Кирилл Казанцев - Алчная самка

Он сделал крохотный шажок и оказался еще ближе, прикрывался пакетом, глядел поверх него. И все щурился, тянул шею, пытаясь разглядеть невидимого пока оппонента.

– Стоять, – приказал Олег. – Пакет кидай сюда. Пересчитывать не надо, надеюсь? Или все отменяется.

– Ты не в церкви, не обманут. Держи.

Тяжелый плотный сверток упал точно на пороге кухни. Жданов затаился в темноте, даже сопеть перестал. Олег переместился к другой стене и оттуда, стараясь особо не высовываться, подтянул к себе пакет, открыл. Тот оказался набит тугими пачками купюр – некоторые в банковской ленте, другие перевязаны разноцветными резинками. Олег принялся быстро перебирать содержимое, брал навскидку пачки, разрывал, смотрел, что внутри. Пока все шло гладко, резаной бумаги внутри пачек не оказалось, но вопрос, не фальшивка ли это, пока оставался открытым.

– Не боись, все как полагается, – прогудел из коридора Жданов, – я ж себе не враг. Ловко ты нас с Мартыновым сделал, а Женек до сих пор из дома выйти боится. Тебя боится, мститель. Что, девка так хороша? Поглядеть бы на нее… Или просто деньги нужны? В карты проигрался?

На пороге показалась тень, Олег вскочил, кинул мешок на стол у мойки. Из шкафа вылетели две осы и ринулись навстречу Жданову. Тот матюкнулся от неожиданности, попятился в коридор.

– Твари, мать твою… – услышал Олег, выскочил в коридор и оказался у Жданова за спиной. Тот почуял неладное, но опоздал на несколько мгновений: Олег врезал ему по темени пистолетной рукоятью, схватил пакет и бросился к люку. Вот и все, теперь только уносить ноги – Жданова ждут снаружи, на участок, кроме него, никто не входил. Да и вряд ли догадаются ловить беглеца у чужого забора, если караулят, то напротив крыльца, может, из кустов, или откуда им там удобнее объект контролировать. Все удалось – и деньги вот они, и Жданов лица Нестерова не видел, думал, что говорит с убийцей Мартынова, и опознать вряд ли сможет. Да и с какого перепугу опознавать, кто их двоих видел, спрашивается, кроме ос и муравьев? Даже если Жданов камеру с собой приволок, то там лишь голос в полумраке, и все. Главное сейчас – оказаться подальше отсюда, позвонить тестю, чтоб приехал сегодня же, передать ему деньги, а самому ждать вызова к Чижовой. И завтра же ехать к Лариске.

Олег поднял крышку люка, спрыгнул вниз и помчался вперед. Пролетел коридор за пару мгновений, влез по ступенькам вверх, оказался в гараже. Вскочил, перехватил пакет поудобнее, сунул пистолет за ремень джинсов, и тут в глаза ударила вспышка. Мощная, жаркая, сокрушающая, точно главный поражающий фактор ядерного взрыва – световое излучение, страшный сон ГО-шников и физиков, создавших адское оружие на погибель человечества. Потом эпицентр затянуло облако пепла, и ничего не стало.

Дальше все помнилось как через сон – боль смешалась с духотой и мраком, потом появились первые проблески, потом пришло осознание себя во времени и пространстве. Жутко болели затылок и вывернутые в локтях руки, перед носом маячила мокрая стенка в пятнах плесени и воняло гарью. Рядом был еще кто-то, судя по негромким голосам и отрывистым фразам трое, но Олег их не видел. К тому же голова кружилась до тошноты, Олег прикрыл глаза, и это помогло, но ненадолго.

– Ну что там? – рявкнули сверху. – Что встали? Сюда волоките.

Стенка исчезла, в мутных обрывках предобморочного тумана замаячил коридор, плитки пола, впереди показалась лестница. Олега толкнули вперед, он не успел выставить перед собой руки, врезался лбом в ступеньку и кое-как удержался на ногах.

– Полегче там, – распорядились сверху, и Олег узнал Жданова. Тот снисходительно поглядывал вниз, потом пропал, а на его месте появился невысокий плотный парень. Олег моментально узнал его – это был охранник из «Сказки», и вроде как именно он караулил тогда дверь. Парень выволок Олега наверх и отшвырнул к стенке, встал напротив. Из подвала один за другим появились еще двое, тоже старые знакомцы. Тот, что повыше, держал в руке «макаров» с глушителем, направил ствол на Олега и отошел к лестнице.

– Я как задницей чувствовал. – Жданов принялся стягивать с себя толстовку, запутался в рукавах и бубнил точно из ведра. – Как знал, что ты через подвал ломанешься. Я там сто раз лазил, Валерка нам еще хвастался – гляньте, мол, у меня дом с подземным ходом…

Он отмахнулся от злобно гудящей осы, кое-как справился с толстовкой, стянул ее, и под ней обнаружился легкий бронежилет для скрытого ношения. Такой убережет разве что от ножа и от пули мелкого калибра, на большее он не способен, зато под одеждой почти невиден. Для авантюр посерьезнее кольчужка другого класса потребуется, но сейчас и эта в самый раз.

Жданов принялся возиться с застежками, Олег следил за ним, и тут снова накатила тошнота. Перед глазами все поплыло, мир точно в воронку свернулся и пропал, рассыпав напоследок ворох темных искр, дыхание перехватило. Потом стало полегче, в легкие снова врывался воздух, а голова гудела не хуже осиного роя, что обосновался в кухонном шкафу. Олег обнаружил, что сидит на полу, что напротив топчется Жданов, а охранники норовят оттеснить его в сторонку. Черный пакет валяется на пороге кухни, по нему ползают осы, и на них никто не обращает внимания.

– Ну, здорово, паскуда. Артемьев или Нестеров, как там тебя…

Распахнулась дверь, и в коридор влетел Лавров. Охранники расступились, Жданов повернулся к подельнику, тот наклонился, прищурился, уставился на Олега.

– Видишь, я прав оказался, что людей в гараже оставил, – хвастливо проговорил Жданов. – Я так и подумал, что этот крендель через подвал ломанется. Думал, что умнее всех… Думал, да? Не слышу! – проорал он Олегу в лицо и повернулся к Лаврову. Тот хрустнул пальцами, подошел поближе, щурился, точно плоховато видел в полумраке.

– Я же говорил, что он Пашку грохнул! – Лавров повернулся к Жданову: – А лохом прикидывается… Типа договорились они, что Мартынов долг отдаст. Сказочник, мать твою! Где девка? Где она?

И врезал Олегу ботинком под ребра. От боли будто кровь остановилась, мороз продирал до костей, а стенки малость повело вбок. Потом, когда дышать стало легче, Олег увидел перед собой бледного Лаврова с прикушенной губой, потом спокойного Жданова. А руки того гляди вывернутся из суставов – держали двое, держали профессионально и ловко: одно движение – и «клиент» потеряет сознание.

– В полиции, где же еще, – сказал Олег.

Лавров коротко мотнул башкой и исчез, его заслонил охранник. Дальше все было очень быстро – удар, еще один, в правое подреберье и по виску, колени подкашиваются, из носа капает кровь.

– Где эта сука? Кто свидетель, где он? – рычал Жданов.

Олег послал его по матери и задохнулся от боли. Страха отчего-то не было, зато вернулось прочно забытое, казалось, чувство поединка. Он будто снова сдавал экзамен на право служить в Легионе, и от этого испытания зависело будущее. Но тогда до подобных тестов не дошло, о таком лишь слышать доводилось, а вот испытать все – только сейчас.