Джеймс Эллрой - Американский таблоид

— Не нравится мне это. На корме баржи кто-то играет в кости.

На пристань поднялись таможенники. У них были револьверы, полицейские дубинки и наручники.

Стэнтон показал Кемперу фото.

— Это Паэс. Надо будет по-быстрому задержать его, пока его не реквизировали таможенники.

Паэс смахивал на тощий вариант музыканта Ксавье Кугата. Бэнистер сказал:

— Теперь я его вижу. Он ближе к носу баржи, весь в синяках и порезах.

Стэнтон поморщился:

— Кастро ненавидит «Юнайтед фрут». Подразделение пропаганды из нашего ведомства как-то перехватило полемическую статью, написанную им с девять месяцев назад. Уже в ней были предпосылки того, что он подастся в коммунисты.

Высокие волны прибоя с пенистыми барашками подталкивали баржу к пристани. Пассажиры пускали в ход локти и кулаки — каждому не терпелось высадиться первым.

Кемпер снял свой револьвер с предохранителя:

— Где мы будем их держать?

Бэнистер махнул рукой на север:

— Управлению принадлежит один мотель на Бойнтон-Бич. Администрация придумала историю про дезинфекцию помещений и выселила всех постояльцев. Поселим этих красавцев по шесть в номер и посмотрим, кто из них нам может пригодиться.

Беженцы завопили и замахали американскими флажками на палочках. Тео Паэс готовился к решительному рывку.

Начальник таможенников заорал:

— Готовьсь!

Баржа стукнулась о доски пристани. Паэс спрыгнул. Кемпер и Стэнтон схватили его в охапку.

Подхватив его под руки, они побежали. Бэнистер бросился им наперерез:

— Задержание по приказу ЦРУ! Он наш!

Прозвучал предупредительный залп. Беженцы пригнулись и закрыли голову руками. Таможенники ухватили баржу крюками и прикрепили к сваям.

Кемпер быстренько провел Паэса сквозь толпу. Стэнтон побежал вперед и открыл дверь домика для допросов.

Кто-то закричал:

— На борту труп!

Они затолкали свою добычу внутрь. Бэнистер запер дверь на ключ. Паэс рухнул на доски пола и принялся целовать их.

Из его карманов выпали сигары. Бэнистер поднял одну из них и понюхал обертку.

Стэнтон отдышался:

— Добро пожаловать в Америку, мистер Паэс. Мы слышали о вас много хорошего и очень рады приветствовать вас здесь.

Кемпер открыл окно. Мимо на каталке провезли мертвое тело — буквально истыканное ножом с ног до головы. Таможенники выстроили беженцев в шеренгу — всего человек пятьдесят.

Бэнистер поставил на стол магнитофон. Стэнтон спросил:

— У вас на борту кто-то умер?

Паэс упал на стул:

— Нет. Это была казнь политического преступника. Мы заподозрили, что этот человек был депортирован в качестве антиамериканского шпиона. При допросе он признался, что это правда. И мы поступили соответственно.

Кемпер сел.

— Вы отлично говорите по-английски, Тео.

— Я говорю на медленном и подчеркнуто формальном английском, трудолюбиво выученным мной. Носители языка говорят мне, что иногда я ошибаюсь и допускаю смешные недолепости и искажения.

Стэнтон пододвинул стул ближе..

— Ну, тогда поговорите с нами сейчас, ладно? У нас есть для вас славная квартирка, и чуть погодя мистер Бойд вас туда отвезет.

Паэс кивнул.

— Я в вашем распоряжении.

— Отлично. Джон Стэнтон, кстати. А это — мои коллеги, Кемпер Бойд и Гай Бэнистер.

Паэс пожал им руки. Бэнистер сунул в карман остальные сигары и включил магнитофон.

— Не желаете чего-нибудь перед тем, как мы начнем?

— Нет. Я хочу, чтобы первым, что я съем в Америке, был сэндвич из закусочной Вулфи на Майами-Бич.

Кемпер улыбнулся. Бэнистер рассмеялся. Стэнтон спросил:

— Тео, Фидель Кастро — коммунист?

Паэс кивнул:

— Да. Бесспорно. Он — коммунист и в словах, и в делах, и моя давняя сеть студентов-информаторов сообщила мне, что уже несколько раз поздней ночью в Гавану прилегали самолеты с русскими дипломатами. Мой друг Уилфредо Олмос Дельсол, который также был на борту, запомнил номера рейсов.

Бэнистер зажег сигарету.

— Че Гевара подался в красные давным-давно.

— Да. И брат Фиделя Рауль сам является коммунистической свиньей. Больше того, он — лицемерен. Мой друг Томас Обрегон говорит, что Рауль продает конфискованный героин богатым наркоманам и в то же самое время лицемерничает и изрыгает коммунистические лозунги.

Кемпер просмотрел выданный таможенниками список:

— Томас Обрегон тоже был на борту.

— Да.

— Откуда у него может быть информация о торговле героином на Кубе?

— Оттуда, мистер Бойд, что он сам занимался торговлей героином. Видите ли, пассажиры, прибывшие вместе со мной, в большинстве своем представляют собой преступников и подонков. Фидель хотел избавиться от них и сбагрил их Америке в надежде на то, что они будут заниматься своим ремеслом на ваших берегах. А вот того, что коммунизм — большее преступление, чем торговля наркотиками, кражи или убийства, он так и не понял; как и того, что даже преступники могут быть истинными патриотами и желать освобождения своей страны.

Стэнтон принялся раскачиваться на стуле.

— Мы слышали, что Кастро захватил отели и казино, принадлежащие мафии.

— Это правда. Фидель называет это «национализировать». Он украл у мафии казино и сотни миллионов долларов. Томас Обрегон рассказал мне, что знаменитый американский гангстер Санто Траффиканте-младший сейчас содержится под стражей в «Насиональ отель».

Бэнистер вздохнул:

— Этому говнюку Кастро, видать, жить надоело. Он решил подосрать и Америке и мафии.

— Мафии не существует, Гай. По крайней мере, так утверждает мистер Гувер.

— Кемпер, даже Всевышний может ошибаться.

Стэнтон вмешался:

— Ну, хватит, хватит. Тео, каков статус американских граждан, оставшихся на Кубе?

Паэс почесал спину и потянулся:

— Фидель хочет выглядеть гуманным. Он носится с влиятельными американцами, остающимися на Кубе, и показывает им только то якобы хорошее, что появилось благодаря революции. Он собирается потихоньку отпускать их, одного за другим, чтобы они возвращались в Америку одураченными режимом и выкрикивающими коммунистические лозунги. И в то же самое время Фидель сжег множество плантаций сахарного тростника, принадлежащих моей любимой «Юнайтед фрут компани», и запытал до смерти многих моих информаторов-студентов, обвинив их в том, что они — шпионы «империалисто и фашисто» компании «Юнайтед».

Стэнтон посмотрел на часы:

— Гай, отведи Тео на медосмотр. Тео, ступай с мистером Бэнистером. Немного погодя мистер Бойд отвезет тебя в Майами.

Бэнистер увлек за собой Паэса. Кемпер смотрел, как они направляются к палатке, в которой был установлен рентгеновский аппарат.

Стэнтон закрыл дверь.

— Надо избавиться от тела, Кемпер. Займись этим. Я сам поговорю с теми из сотрудников, кто его видел. И не стоит раскачивать клетку Гая — он может быть вспыльчивым.