Ричард Старк - Грабители

Луис Буанаделла подошел к столу, схватил бумажник, раскрыл его и просмотрел две или три бумаги. Паркер и Грофилд молча следили за его действиями. Наконец, Буанаделла поднял голову и злобно уставился на Грофилда:

— Откуда это у вас?

— От мертвеца.

— Не верю!

Грофилд пожал плечами.

Буанаделла несколько секунд смотрел на него в раздумье, потом с отвращением бросил бумажник на стол.

— После него будут другие!

— Такие же удачливые? — спросил с улыбкой Грофилд.

— Я могу послать сразу десятерых.

Паркер сделал шаг к Буанаделла, сказав:

— Вы никого не пошлете! Мы здесь одни и можем все решить немедленно!

Угрожающий взгляд Луиса Буанаделла перебегал с Паркера на Грофилда.

— Мне нечего решать с вами.

— Семьдесят три тысячи долларов!

— ...украденных вами денег, — подсказал Буанаделла. — Вы не имеете никаких прав на них. К тому же у вас нет доказательств, что я их вообще видел, что они у меня есть, что я истратил из них хоть доллар. Вы хотите судить меня?

— Вы и находитесь перед судом! — твердо заявил Паркер.

Грофилд, желая избежать ненужных оскорблений и обвинений, решил вмешаться:

— Мистер Буанаделла, маленький совет. Мой друг очень нетерпелив по натуре. Я не знаю никого другого, кто бы так болезненно переносил обман. До этого момента он был чрезвычайно спокоен и еще не причинил вам неприятностей, но я считаю...

— Неприятностей? — перебил Буанаделла. Охватившее его возмущение помешало и дальше изображать непреклонность: — А вы отдаете себе отчет в том, что...

Он словно захлебнулся злобой и, сильно жестикулируя, не смог подобрать дальнейших слов, чтобы объяснить этим мерзавцам все, что он может сделать с ними.

— Поверьте мне, — между тем спокойно продолжал Грофилд, — мы здесь уже пять дней, и единственное, что мы хотим, это получить наши деньги! А мы еще ничего не получили, к сожалению... Скоро состоятся выборы, идет война гангстеров, всевозможные идиотские происшествия, то там, то здесь... Нас это совершенно не касается, деритесь себе на здоровье! Повторяю: единственное, что нас по-настоящему интересует, это наши семьдесят три тысячи долларов...

— И из-за вас все взлетело на воздух! — заявил Буанаделла. — Вы совершили ограбления, убили людей, вы угрожали будущему мэру, срываете мои личные планы, на которые я положил три года... — он не договорил. — Вы говорите о войне гангстеров? Какая война гангстеров? Здесь было все абсолютно спокойно, пока не появились вы!..

— Если бы вы вернули наши деньги сразу же, в четверг, — все так же спокойно продолжал Грофилд, — или даже в пятницу, то и не было бы никаких проблем ни у нас, ни у вас!

— Меня тошнит от вашего вонючего городишки! — снова вмешался Паркер. — Если я получу мои деньги, тут же удалюсь!

— Семьдесят три тысячи долларов! — настаивал Грофилд. — Не такая уж большая сумма! Но ведь это наш профессиональный заработок!

Луис Буанаделла хотел возмутиться, но внезапно замолчал, задумавшись. Выражение “профессиональный заработок”, похоже, заинтересовало его. Грофилд подметил эту перемену и внимательно посмотрел на Буанаделла.

— Подождите немного, — сказал Буанаделла.

Он подвинул к столу стоявший слева от него стул, сел и, облокотившись на зеленый бювар, уставился на окно-дверь.

Грофилд бросил быстрый взгляд на Паркера, внимательно следившего за Буанаделла со своим обычным непроницаемым выражением лица. Грофилду хотелось знать, понял ли тот, что они почти выиграли, что Буанаделла, видимо, отдаст им деньги.

Луис Буанаделла действительно собирался отдать им деньги. Сидя за письменным столом, он продумывал все обстоятельства, прикидывал варианты, взвешивал все “за” и “против”.

“За семьдесят три тысячи долларов избавиться от этих мошенников! Безусловно, это высокая цена, конечно. Но если я откажусь, то возникнут еще более сложные проблемы... К тому же, ведь я заплачу этим подонкам их же деньгами, а не своими!”. Все эти мысли быстро проносились в голове Буанаделла.

Наконец он заговорил. Он не знал, к кому надо обращаться: к Паркеру или Грофилду. Поэтому сперва посмотрел на одного, потом на другого, и решил, что с Грином будет легче сговориться.

— Я не смогу сразу заплатить всю сумму, — сказал он.

— Сожалею, — ответил Грофилд, — но нам дорого наше время. Нам нужна вся сумма полностью.

— Проклятые семьдесят три тысячи долларов, — пробурчал Буанаделла.

— Но вы можете их собрать!

— Вы явились в тот момент, когда я особенно нуждаюсь в деньгах...

— Прекратите, Буанаделла, — сказал Паркер. — Есть только один выход: заплатить нам, и вы это прекрасно знаете! Полностью всю сумму, и наличными! И вы так же хорошо знаете, почему только наличными.

Луис Буанаделла, деловой человек, знал, конечно, что они правы, но не хотел так быстро соглашаться.

— Может, лучше дать официальную расписку, — проворчал он, — и вы сможете привлечь меня к суду, если я откажусь вам заплатить. Я согласен заплатить, и я заплачу!

— Нет, мистер Буанаделла, так не пойдет! — огорченно отозвался Грофилд. — Чтобы составить официальный документ, понадобится открыть мое настоящее имя, а я предпочитаю его не сообщать. Не говоря уж об адресе.

— Черт возьми! — Буанаделла барабанил пальцами по бювару. — Я не смогу немедленно достать всю сумму. И вообще... убирайтесь к дьяволу! Устраивайтесь как хотите!

— Вы не знаете, на что мы способны, мистер Буанаделла, — медленно проговорил Грофилд.

Луис Буанаделла наклонил голову, чтобы попристальнее рассмотреть их обоих, и Грофилду показалось, что Буанаделла впервые понял всю серьезность угрозы.

“Всегда необходимо под конец изменить тон, — подумал Грофилд. — Это производит определенный эффект”.

Буанаделла размышлял.

— Собрать всю сумму, конечно, можно. Но это займет все же дня два.

— Немедленно! — бросил Паркер. Грофилд повернулся к Паркеру:

— Погоди минуту, дай ему сказать. У него тоже есть сложности.

Буанаделла поочередно посмотрел на обоих, но опять обратился к Грофилду:

— Нельзя получить наличными так быстро. На это надо время. А сейчас лето, и публика не так многочисленна. У меня совсем небольшая выручка. Потом еще выборы...

— Вот именно, — перебил Грофилд. — О выборах как раз и думает мой товарищ. Это произойдет во вторник, не так ли?

— Да... Во вторник.

— Послезавтра! — Грофилд пожал плечами и покачал головой с явно огорченным видом. — Вы понимаете, эти выборы играют решающую роль и для нас! Благодаря им мы и можем оказывать давление на вас.

— Если вы не отдадите деньги до утра вторника, ваш кандидат проиграет, — твердо сказал Паркер. — Так или иначе он проиграет.

— Я не смогу собрать всю сумму за такой срок.