Дарья Донцова - Страсти-мордасти рогоносца

– Болеро у меня, – сказала Люба, – надеюсь разобраться, с чем мы имеем дело.

– Странная история… – протянула я. – Ткачевы едут впервые за долгие годы семейной жизни отдыхать вместе. Юлия Бокова говорила, что путевки в отель «Лесной парадиз» приобрела Антонина, она хотела отвадить мужа от его любовницы, роковой женщины Риты Грачевой. Но Гелена Родионова, хозяйка гостиницы, уверяла меня, что ей звонил какой-то знакомый Тихона и просил предоставить номер Ткачевым. Судя по тому, что об Антонине Ивановне говорили разные люди, она совсем не дура. Но почему-то, увидев мужа и Грачеву на своей кухне за кофе с пирожными, она сразу сочла их прелюбодеями. Это нелогично, на мой взгляд. Скорее Ткачева должна была удивиться, может, спросить у Маргариты, что та делает в ее квартире в отсутствие хозяйки. Но она почему-то просто убежала. А потом, по словам той же Юлии Боковой, решила оживить супружескую сексуальную жизнь, которая в последнее время потеряла остроту, для чего приобретала эротичное нижнее белье и увезла супруга в загородный отель.

– Но трусики и лифчики в ее чемодане самые обычные, – пожала плечами Буль, – никаких корсетов, чулок с подвязками, стрингов и черно-красных бюстгальтеров с буйством кружев.

– Пенсионерка в стрингах? – захихикала Эдита. – Угарно! По-моему, от такого зрелища любой мужик вообще навсегда об эрекции забудет.

– Поговорим на эту тему, когда твой возраст приблизится к пенсионному, – пообещала эксперт, – ты тогда поймешь, что у многих пожилых людей довольно бурные интимные радости. Но Антонина и Тихон к их числу не принадлежали. Тоня давно не была близка с мужем, ей нечего было освежать. Ткачевой сделали операцию по удалению миомы, бывает, что после этого интерес к супружеским утехам пропадает. Не хочу сказать, что это обязательно, часто женщина остается сексуально активной, но случается и наоборот.

– Тихон Матвеевич мог завести любовницу, – предположила я. – Вероятно, подозрения Ткачевой справедливы, возможно, Рита и утешала в койке ее мужа. Ладно, забудем про нижнее белье. Поговорим о болеро. Антонина приобрела его в сетевом магазине… И – оно оказалось отравленным. Вопрос дня: убить хотели именно жену Тихона Матвеевича? Или мы имеем дело с…

– С мстителем, ты имеешь в виду? – перебила меня Эдита. – Расскажу одну историю. Начало шестидесятых, США. В небольшом провинциальном городке начинают умирать жители. По одному каждую неделю. На десятом трупе полиция запаниковала, под подозрение попали все жители местечка. Народ перепугался, начал убегать кто куда. Но ведь не у всех есть возможность сменить место жительства. Не стану долго томить вас в ожидании развязки. Серийным убийцей оказался доставщик молока. Парня бросила девушка, и он решил отомстить всем женщинам. Взяв на ферме наполненные бутылки, преступник отъезжал пару километров и, проколов закрытую пробку, впрыскивал внутрь одной из них яд. К кому попадет его «подарок», юноша понятия не имел.

– Ему не пришло в голову, что выпить отраву могут и мужчины, и дети? – вздохнула Буль.

– С тех пор таких преступников принято называть «мститель», – тараторила Булочкина. – Они то здесь, то там периодически появляются. Последний орудовал в Германии – отравлял пакетики с соком.

– Хм, мститель… – вздохнула я. – Антонине в магазине попалась отравленная им вещь? Нельзя, конечно, исключать все версии, но что-то мне подсказывает: убить хотели именно Ткачеву. И кому же выгодна ее смерть?

– Юрию и его жене Нине, – ожидаемо ответила Эдита. – Они ж наследники.

– Верно, – согласилась я, – им достанется квартира в Тушине. Хороший куш. Но пара-то рассчитывает на большее: на апартаменты на Бронной, на коллекционные мячи, которые можно продать. Однако дорогие хоромы в центре вместе с собранием экспонатов подарены Моисеенко.

– Значит, и он под подозрением, – живо добавила Буль.

– Пожалуй, нет, – возразила я. – Какой смысл ему убивать супругов? Он и так уже владеет жильем. Ох, что-то тут не так… Не нравится мне эта история, не складывается пазл. Чего-то мы не знаем.

Булочкина заерзала на стуле.

– Таня, я пришла к тебе с новостью, но прибежала Буля, и не дала мне договорить. Может, уже выслушаешь меня? Вот смотри, что я нарыла. У Тихона Матвеевича определенно водились деньги – в течение нескольких лет он регулярно каждый месяц передавал сто тысяч рублей на содержание некоей дамы – Кристины Михайловны Золотовой. Я выяснила, что эта женщина ровесница Тихона. В детстве она жила в одном доме с Ткачевым. Учились ребята в разных школах, но были знакомы с пеленок.

– Вот как… – протянула я. – Золотовы были богаты?

– Вроде нет, рядовая семья, – пожала плечами Эдя. – Тихон поступил в институт, а Кристина попала в больницу – что-то с сердцем у нее случилось. Еще я выяснила, что она лечилась в санатории в городе Желтые Воды, это на Кавказе.

– Ближе здравницы не нашлось? – удивилась я.

Эдита развела руками.

– На твой вопрос ответа нет. И не будет – спросить не у кого. Есть лишь предположение: кавказские минеральные воды считаются целебными. Кристина там вышла замуж за Дато Габриани и осталась в Желтых Водах. Не работала, сидела дома. Маленькая деталь, о которой я забыла упомянуть ранее: родители Золотовой умерли, когда она училась в выпускном классе. Присматривать за сиротой до совершеннолетия стала тетка, сестра матери, которая официально оформила опеку.

– Бедный ребенок! – пожалела незнакомую девочку Буля. – Лишиться в один год матери и отца очень тяжело.

– В один день, – поправила Эдита. – У Золотовых была дача в деревне Костры, это примерно в двадцати пяти километрах от Москвы. Изба досталась отцу Кристины по наследству. Центрального газа в селе не было, готовили на баллонном. Ну и случился взрыв. Может, в месте, где труба входила в плиту, газ подтекал. Или баллон прямо на кухне держали. Кстати, до сих пор многие так делают – боятся, что ночью кто-нибудь топливо у них украдет, а так баллон в доме, значит, не пропадет.

– Вот только о собственной безопасности народ забывает, – отметила я. – Интересно, почему Ткачев давал деньги Золотовой? Знала ли об этом Антонина? Вдруг она не к той женщине ревновала? Может, Грачева ни при чем, пришла поболтать о каком-то деле, а любовницей Тихона Матвеевича была Кристина?

– Сомневаюсь, – пропела Эдита.

– Сейчас опять будешь говорить, что женщина пенсионного возраста неликвид сексуального рынка? – засмеялась Люба.

– Нет, – прищурилась Булочкина, – скажу, что ты снова не даешь мне высказаться до конца. Как вы думаете, каким образом мне удалось узнать, что Ткачев выплачивал посторонней тетке нехилые деньги?

Я ответила: