Дарья Донцова - Продюсер козьей морды

Для начала Рязанова позвонила брату Нюры, Юрию. Парень не нравился Ольге, он казался ей слишком занудным и сердитым. У него была отвратительная манера устраивать человеку, посмевшему его побеспокоить, форменный допрос, но Олечке очень хотелось узнать, куда же подевалась Нюра.

– Алло, – звонко ответил молодой женский голос.

– Здравствуй, Антуанетта, это Оля, – представилась Рязанова, недолюбливавшая не только Юрия, но и его размалеванную жену.

Девица раздражала ее всем: крашеными волосами, манерой растягивать гласные звуки, идиотским кокетством и шикарными шмотками. Бесило и имя: Антуанетта. Жена Юры не уставала повторять, что является внебрачной дочерью некоего великого артиста. Девушка настолько надоела Рязановой этими разговорами, что однажды на дне рождения у Нюрочки Оля не выдержала и налетела на Антуанетту с вопросом:

– И как звали твоего отца?

– Это секрет! – закатила глаза Антуанетта.

– Даже имя сказать не можешь?

– Нет! У папы другая семья, мама не хочет разрушать его брак, – торжественно заявила Антуанетта.

– Что-то никого из твоих родственников на свадьбе с Юрой не было, – не успокаивалась Оля, – наверное, они слишком знамениты, вот и не захотели с простыми работягами за одним столом сидеть.

Антуанетта начала что-то говорить, но Юрий перебил жену:

– Замолчи! Лучше ешь салат, а ты, Ольга, прикуси язык.

Рязанова вспыхнула и ответила:

– Между прочим, я не с тобой разговариваю.

В результате случилась ссора, понимаете, как «обрадовалась» Оля, нарвавшись на Антуанетту? Рязанова понимала, что та может бросить трубку, поэтому быстро сказала:

– Извини за беспокойство, я ищу Нюрочку, она не у вас?

– Простите, вы кто? – прикинулась беспамятной Антуанетта.

– Ольга Рязанова, – вздохнула библиотекарша, подавив желание заорать: «Хватит кривляться, дура». – Мне нужна Нюра, сестра твоего мужа. Если ты забыла, напомню: его зовут Юрий Кондратьев.

– Вот оно что! – воскликнула собеседница. – Меня зовут Клава. Кондратьевы переехали.

Оля спросила удивленно:

– Куда?

– Ой, не знаю. Квартира-то ведомственная, – Клава охотно пустилась в объяснения, – пока на заводе работаешь – живешь, уволился – освобождай комнаты. Мы с мужем ничего про прежних жильцов не знаем. Вроде у них кто-то умер.

– И давно вы въехали? – пришла в себя Оля.

– Уже два месяца живем, – сообщила Клава и повесила трубку.

Ольга попыталась навести справки о Нюрочке через общих знакомых, но никто не мог сказать, куда она подевалась. В конце концов Рязанова перестала искать словно в воду канувшую подругу.

Прошло некоторое время, увлечение книгами Павла Подушкина стало у Рязановой почти манией. Прозаик набил руку, его произведения поражали мастерством, Ольга с трепетом ожидала выхода новой исторически-любовной саги.

Во время очередной книжной ярмарки Оля пришла на автограф-сессию Павла Ивановича. Народу в павильоне, где происходило мероприятие, толпилось немерено. Рязанова терпеливо отстояла час в очереди, дошла до стола, за которым сидел писатель, положила перед ним только что купленную книгу и попросила:

– Подпишите на добрую память.

– Как вас зовут? – улыбнулся он.

Рязановой стало обидно.

– Неужели я так изменилась, что меня и узнать невозможно? – спросила она.

Павел заморгал.

– Простите, мы встречались?

– Да, и не раз, – кивнула Ольга, – я член клуба ваших поклонников. Вы когда-то упали на улице, запачкали плащ, и мы с Нюрой помогли вам отчистить грязь.

Лицо Подушкина напряглось, и тут в воздухе повеяло дорогими, явно импортными духами, за спиной писателя возникла хрупкая женская фигурка. Дама положила Павлу на плечо узкую ладошку с пальцами, щедро украшенными кольцами, и нежно прочирикала:

– Милый, если будешь по полчаса беседовать с каждой, то мы опоздаем на прием в Доме литераторов. Уже четыре часа, а очередь на километр тянется. А вы, девушка, не задерживайтесь, получили автограф и отходите, другим тоже надо. Не злоупотребляйте временем моего мужа!

Ольга, сообразив, что судьба столкнула ее с женой Подушкина, решила получше разглядеть даму, подняла глаза и ахнула:

– Антуанетта!

За спиной Павла Ивановича стояла жена Юрия Кондратьева. Антуанетта сильно изменилась, ее волосы теперь не были вытравлены перекисью, они имели оттенок спелой пшеницы, исчез и грубый макияж, на лице был лишь намек на грим, в ушах у дамы висели большие бриллиантовые серьги, плечи, несмотря на жаркий сентябрь, укутывало меховое манто. Но глаза! Взгляд Антуанетты не изменился, он остался таким, как прежде: цепким, жестким и одновременно по-детски беспомощным.

– Антуанетта, – повторила Рязанова, – ну и ну! Ты жена Павла?!

– Простите, милочка, – процедила супруга прозаика, – вы ко мне обращаетесь?

– У него что, две жены? – усмехнулась Оля. – Ясное дело, к тебе! Вот это поворот! Не знаешь, как поживает Нюрочка? Нет ли у тебя ее координат?

Уголки губ Антуанетты опустились вниз.

– Любезная, вы меня с кем-то перепутали!

– Мою жену зовут Николетта, – удивленно сказал Павел.

– Нет, Антуанетта, – уперлась Ольга, – я ее расчудесно знала в прежние годы!

– Девушка, – крикнули из толпы, – хватит болтать, подписали книгу и уходите.

Антуанетта, воспользовавшись тем, что Оля повернула голову в сторону кричавшего, быстро ускользнула.

– Следующий, – протянул руку Подушкин.

– Я подожду, пока вы автографы раздаете, – не сдалась Ольга, – очень хочется побеседовать с Антуанеттой.

Но тут толпа поднаперла, и Рязанову оттеснили в сторону. Оглядев очередь, Оля поняла, что раньше чем через час Подушкин из павильона не уйдет, и отправилась бродить по ярмарке. В конце концов она добралась до стенда издательства «Детство» [15], где шла торговля красиво изданными сказками.

Рязанова протянула руку к яркому тому.

– Простите, он отложен, – сказала одна из сотрудниц стенда и подняла голову.

– Нюра! – подпрыгнула Ольга.

– Вот уж встреча! – совсем не радостно заявила Кондратьева. – Ты что здесь делаешь?

– Книги покупаю, – растерялась Рязанова. – А ты, значит, в «Детстве» служишь?

– Нет, – после некоторого колебания ответила Нюра, – я тут временно подрабатываю на ярмарке.

– Как дела? – завела беседу Оля.

– Нормально.

– Чего не звонишь?

– Некогда.

– Там Подушкин сидит.

– Знаю.

– Он женился!

– Слышала.

– Видела его супругу?

– Нет!

Ольга оперлась о прилавок.

– Сходи погляди! Просто невероятно.

– Мне некогда, – пожала плечами Нюра, – и, если честно, мне даже неинтересно, кто его спутница жизни, я переросла свое увлечение книгами Павла Ивановича.

– Не поверишь, – понизила голос Рязанова, – его жена – Антуанетта!