Дарья Калинина - Цветочное алиби

– Зачем?

– Затем, что дура была! Хотелось, чтобы весь мир увидел, как многого я достигла. А знаете, когда он меня бросил? Когда узнал, что хоть я и владелица магазина, но числюсь ею только по бумагам. На самом деле владеет всем магазином банк. По крайней мере, до тех пор, пока я не выплачу денежный займ. Так что в качестве очередной жертвы я ему не подошла. Вот и все!

– Слишком уж как-то гнусно, – поразилась Мариша. – Даже для Серова.

– А вы еще всего не знаете.

– А что еще?

– Еще он меня использовал! В качестве своего алиби. Я, как последняя дура, поперлась с ним к следователю, который занимался делом о самоубийстве тогдашней жены Серова. И доказывала ему, что Серов там ни сном ни духом. Что он в это время как раз выбирал у нас в магазине свои дурацкие ирисы. И девочек своих еще подговорила. Пожалуйста, ради меня, ради моего личного счастья, скажите, что Серов был в это время у нас в магазине. Ну, ясное дело, они ради моего личного счастья на все готовы были. Так что тоже все поднялись и пошли к следователю.

– И Серова оправдали?

Мусик кивнула коротко стриженной головкой.

– А теперь я узнала, что он еще много раз проделывал подобный трюк! – заявила она. – И всегда ему все сходило с рук. Такой негодяй!

Клоун, которому надоело сидеть у Аю под мышкой, в этот момент коротко тявкнул.

– Ой! – вздрогнула Мусик. – Кто это у вас?

Но, увидев крохотного песика, она мигом расплылась в улыбке:

– Ах, какая прелесть! А можно мне его погладить?

Клоун воспринял знаки внимания снисходительно. Привык, что им восхищаются все дамочки от трех до девяноста трех лет включительно. И разрешил себя не только погладить, но и подержать в руках.

– А много с ним хлопот? – допытывалась Мусик. – Нет? Надо будет и мне тоже завести себе такого песика. Честное слово, чем больше я живу, тем сильней убеждаюсь, что лучше завести себе собаку, чем мужчину. Приятных минут куда больше, а проблем однозначно меньше.

Пока Мусик играла с Клоуном, Мариша молча размышляла. Да, похоже, что на этот раз Серов влип крепко. Даже если он и не убивал Рину, все равно на него повесят ее убийство. Еще бы! Столько эпизодов за прежние годы. Небось следователи, когда узнали, за головы схватились. Столько убийств признано ими несчастными случаями или самоубийствами. А Серов все эти годы гулял на свободе, наслаждаясь имуществом своих жертв.

– Серов был женат трижды, – мрачно произнесла Мусик. – Верней, теперь уже четырежды. И вдовел соответственно столько же раз. Не знаю, как ему в голову пришла эта ужасная идея – наживаться на смерти своих жен. Но ведь пришла! И он активно ею пользовался.

Но в этот момент в коридор выглянул один из оперативников.

– Свидетельница! – окликнул он Мусика. – Пройдите в кабинет. У нас есть к вам еще несколько вопросов.

– Ой, мне пора! – встрепенулась девушка. – Ну, приятно было познакомиться!

И сунув растрепанного от ее ласк Клоуна обратно в руки его хозяйки, Мусик торопливо извлекла из сумочки пудреницу и помаду. Подкрасила губы, облизнулась и плотоядно кивнула:

– Ну, что же, я готова. А знаете, тут среди мужчин попадаются довольно интересные кадры. И ведь что ценно! Знаете?

– Нет. А что?

– Сразу же точно знаешь, кто они и что они. Не проходимцы вроде Серова, а нормальные парни.

И подхватившись, Мусик впорхнула в кабинет следователя. Оттуда немедленно послышался ее оживленный и даже чуточку кокетливый голос. Да уж, этой девушке покупать собачку было еще, пожалуй, рановато. Надежда на то, что ее личная жизнь все же устроится и без собачки, пока что в Мусике не угасла.

После отделения девушки отправились к Марише в гости. Во-первых, это было ближе. А во-вторых, Аю однозначно не хотелось к себе домой. И Мариша ее прекрасно понимала. Подругу требовалось отвлечь от мыслей о ее собственной неудачной личной жизни. И отвлечь радикально.

Разливая по чашкам крепко заваренный чай, Мариша произнесла:

– Пообщавшись с Мусиком, я еще больше теперь подозреваю Ульяну.

– Почему? – удивилась Аю, которая скармливала Клоуну кусочки сыра, который рассеянно отламывала от своего бутерброда.

Аппетита у нее не было совершенно. А вот Клоун в отличие от своей хозяйки на аппетит не жаловался. И угощение воспринимал с благодарностью. Жадно следя за тем, чтобы ни единая промасленная крошка не миновала его маленькой жадной пасти.

– Потому что эти двое чем-то очень похожи.

– Мусик и Ульяна?

– Нет. Ульяна и Серов.

– А-а-а… И чем же?

– Умением добиваться от людей того, что им выгодно. Посмотри, как ловко Серов крутил своими подружками и своими женами. Одни обеспечивали ему надежное алиби. А другие… Другие обеспечивали жестокому проходимцу безбедное существование.

– И Ульяна тоже такая?

– Нам надо выяснить про невесту нашего Геннадия Карловича всю ее подноготную, – вместо ответа произнесла Мариша. – Однако не удивлюсь, если окажется, что в прошлом у Ульяны имеется немало темных пятен. Такие себялюбивые люди обычно приносят окружающим очень мало счастья.

Процесс выяснения прошлого Ульяны Пироговой начался с ее прошлого места жительства. К самой Ульяне подруги соваться больше не решались. Наверное, она уже давно выяснила, что никакие они не дизайнеры. И теперь была полна желания объясниться с самозванками.

– А нам свою внешность беречь надо, – заявила Мариша. – И нервные клетки тоже. Особенно тебе.

Аю молча кивнула. Сегодня она провела крайне неспокойную ночь у себя дома. И очень жалела, что не осталась ночевать у Мариши и Смайла, как они предлагали. Снотворное, на помощь которого она уповала, оказалось полной туфтой.

– Мягкое успокоительное! – ворочаясь без сна, раз за разом презрительно повторяла Аю. – Да что эти фармацевты понимают! Чтобы мне сейчас хоть чуть-чуть успокоиться, нужен как минимум вагон реланиума, а не ваше паршивое снотворное на травках!

Надеясь, что количество перейдет, в конце концов, в качество, Аю выпила целую упаковку. То есть все десять больших зеленовато-коричневых таблеток. И что вы думаете? Снотворное так ее возбудило, что появилось желание встать и побегать по квартире, а еще лучше посетить тренажерный зал. Но Аю удержала себя от этого порыва. Часы показывали начало второго ночи. Где в это время найдешь тренажеры?

Но когда она справилась с этой вздорной идеей, в голову полезли мысли, и снова о Рустаме – почему он не звонит?

– Мог бы и позвонить, – вздыхала Аю. – Ну и что с того, что я ему запретила это делать? Любил бы, позвонил обязательно!

Увы, вместо Рустама ночью ей снова позвонил его приятель Алексей с очередной порцией сладких сказок из семейной жизни Рустама, его жены и их крохотной дочки. Восторги Алексея по поводу этой крохи Аю находила несколько странными. И зачем он звонит ей так часто? Нарочно изводит, что ли?