Кара Хантер - Вся ярость

– Ладно, – говорит Алекс. – Я только что из душа, но приеду, как только смогу.

– Ой, спасибо ! – выдыхает помощница. Без вопросов, – мысленно напоминает себе Алекс, – очень толковая и честолюбивая, но все еще жутко неопытная. – Вы так добры!

– Без проблем, – говорит Алекс, стараясь изобразить больше оживления, чем чувствует на самом деле. – Тебе нужно продержаться всего час. Я мигом!

Рут Галлахер не помнит, когда в последний раз заглядывала в кабинет к Алану Чаллоу. Полгода назад? Еще раньше? В прошлом году она вела три или четыре дела об убийстве, но с криминалистами обыкновенно общается сержант. Что же касается Алана Чаллоу, это он приходит к кому-то, а не наоборот, поэтому приглашение в его владения – это по меньшей мере аномалия. Галлахер хочется думать, что у Чаллоу для нее что-то важное, но долгие годы работы в отделе особо опасных преступлений приучили ее не тешить себя ложными надеждами.

На стук никто не отвечает, тогда Галлахер толкает дверь и видит, что кабинет пуст. Здесь все в точности так, как она помнит, – вид на автомобильную парковку, тщательный порядок на столе, полное отсутствие чего бы то ни было личного. Галлахер сильна в мелочах – умеет находить смысл в чем-то вроде бы тривиальном: о своей новой команде она по «осадочным породам» на письменных столах узнала почти столько же, сколько из личных дел. Фотографии маленького ребенка, засунутые по периметру экрана компьютера Гислингхэма; горшок с ухоженным растением Эверетт; а у Сомер фотография женщины, настолько похожей на нее, что они, наверное, родные сестры; небрежная россыпь на столе у Куинна; обертки от шоколадок, спрятанные в мусорной корзине под столом Бакстера. Что касается Фаули, у него тоже есть фотография. Его жена и сын на пляже, загорелые, босиком, клонящееся к закату солнце позади них окрасило им волосы в красный цвет, сделав сходство еще более поразительным. Джейк Фаули улыбается, несколько сдержанно. Наверное, снимок был сделан летом того года, когда он умер.

– Извини, что заставил ждать, – говорит Чаллоу, заходя в кабинет и закрывая дверь; в руке у него кружка с кофе. – Я подумал, что лучше разобраться с этим при личной встрече. – Он указывает на стул и, обойдя стол, садится в кресло.

– Ну, что там у тебя? – спрашивает Галлахер, наблюдая за тем, как Чаллоу достает из ящика банку с подсластителем и аккуратно отсчитывает три таблетки.

– Давай сперва разберемся со всем скучным. Мы сравнили отпечатки пальцев, взятые у Грэма Скотта, с теми, которые были обнаружены на мешке, использовавшемся при нападении на Фейт Эпплфорд, и нет никаких совпадений. Мужская ДНК также не принадлежат ему, и следов ДНК Фейт в его машине нет.

– Но мы и так уже исключили Скотта из дела Фейт. Его алиби проверено. Что насчет Саши?

– Ни ножи из его дома и коттеджа, ни его машина в нападении не участвовали, и ДНК Саши также ни в одном из этих мест не обнаружена. Увы.

– Вы проверили не только багажник, но и сиденья?

Чаллоу бросает на нее высокомерный взгляд.

– Я знаю, что делаю, тебе это известно.

– Извини, просто мы разрабатывали версию, что Скотт в тот вечер подвозил Сашу. Но судя по тому, что ты сказал…

Он качает головой.

– Крайне маловероятно. Вычистить машину настолько тщательно необычайно трудно, а в машине Скотта нет никаких признаков того, что ее пылесосили в этом тысячелетии, не говоря уже про последнюю неделю.

– Ладно, значит, похоже, можно исключить его и из дела Саши, – вздыхает Галлахер. – Но ты, кажется, говорил, что у тебя также есть кое-что не скучное?

– Ах да, – говорит Чаллоу, аккуратно укладывая ложку на салфетку. – А это уже гораздо интереснее. Речь идет о пакете.

– Слушаю внимательно, – медленно произносит Галлахер.

– На прошлой неделе мы проверили образцы ДНК на пакете по базе данных и не нашли никаких совпадений. Но вот одно мы не сделали.

– И что же это?

– Мы не сравнили эти образцы между собой. Это не ляп, – быстро добавляет Чаллоу, увидев выражение ее лица, – стандартная процедура этого не предусматривает. Больше того, если б Нина еще раз не взглянула на образцы, когда мы проверяли Скотта…

– Я теряю нить.

– Два профиля ДНК, обнаруженные на пакете, – оказывается, они связаны.

– Связаны с чем?

Чаллоу откидывается назад.

– Друг с другом. Практически наверняка речь идет о матери и дочери.

У Галлахер внутри все обрывается – она ожидала услышать что-либо интересное.

– Но это мало что нам дает. Мы с самого начала понимали, что пакет мог оказаться там случайно. С улицы, из мусорного бака – он мог побывать в руках у кого угодно…

Однако Чаллоу уже качает головой.

– Все не так просто. Профили не просто связаны друг с другом. Они связаны с жертвой.

Галлахер широко раскрывает глаза.

– Они связаны с Фейт ?

Он кивает.

– Чтобы это можно было представить в суд, нужно взять образцы непосредственно у них, но я уверен практически на сто процентов. Этот пакет держали в руках и Диана, и Надин Эпплфорд.

Адам Фаули

8 апреля 2018 года

11:46

– Я Адам Фаули – мне сказали, моя жена здесь.

Я с трудом произношу эти слова, сердце колотится так быстро, что я едва могу дышать. Всю дорогу в машине я твердил себе…

Медсестра в регистратуре поднимает на меня взгляд, затем сверяется со списком.

– Да-да, – резко произносит она. – Кажется, у нее сейчас доктор Чоудхури. Подождите минутку. – Она снимает трубку и набирает номер.

Мой мозг находится в свободном падении: эта женщина, она не смотрит мне в глаза и не улыбается – разве она вела бы себя так, если б все было в порядке? Значит, это означает…

Медсестра кладет трубку.

– По коридору направо. Палата сто пятьдесят шесть.

Алекс сидит на кровати, в больничном халате. И какое-то мгновение я вижу только это – ее бледное лицо, навернувшиеся на глазах слезы…

– О, Адам, я так виновата…

Не знаю, как я подхожу к кровати, потому что ног у меня больше нет, легкие налились свинцом…

– Мне позвонили… из твоей конторы… сказали, что ты здесь, что ты упала в обморок… я сказал, что они ошибаются… ты и не думала появляться на своей проклятой работе…

– Ваша жена потеряла сознание, мистер Фаули, – тихо произносит врач.

У меня в сознании даже не зарегистрировалось его присутствие. Я оборачиваюсь к нему.

– Мы сделали кое-какие анализы, на всякий случай, но пока что все в полном порядке.

Я смотрю на него, как приговоренный к смерти, которому объявили о помиловании в самую последнюю минуту.

Врач кивает.

– С ребенком все хорошо. Но вашей жене необходимо гораздо серьезнее следить за своим здоровьем. Особенно в том, что касается правильного питания и отдыха.