Майкл Коннелли - Черное эхо

– Что, если в хранилище сработает охранная сигнализация? – спросил Босх. – На этой неделе это случалось уже трижды.

Рурк на минуту задумался.

– Отреагируйте на это стандартным способом. Встретьте того начальника, который приедет по вызову – Эвери или кого-то еще, – а потом, как обычно, отключите сигнал и отправьте его восвояси. Я свяжусь с Ороско и велю ему выслать на место тревоги свои патрульные машины, но события будем контролировать мы.

– На вызовы будет приезжать Эвери, – сказала Уиш. – Он уже знает, что, по-нашему мнению, здесь должно произойти. Что, если он захочет открыть само хранилище, проверить, как там внутри?

– Не разрешайте ему. Все очень просто. Да, он хозяин, но, если он войдет, его жизнь окажется в опасности. Мы можем и обязаны это предотвратить.

Рурк обвел взглядом лица собравшихся. Больше вопросов не было.

– Тогда на этом все. Я хочу, чтобы те, кто будет дежурить всю ночь, заняли свои наблюдательные посты через девяносто минут. Это позволит людям поесть, сходить в туалет, выпить кофе. Уиш, регулярно докладывайте мне по телефону о положении дел – в полночь и в шесть ноль-ноль. Ясно?

– Ясно.

Рурк и агент из спецназа сели в машину, где уже сидел Гирсон, и машина покатила по пандусу вниз. После этого Босх, Уиш, Хэнлон и Хаук выработали код, чтобы использовать в радиосообщениях. Они решили поменять названия улиц в зоне наблюдения на названия улиц в центре города. Идея состояла в том, что если кто-то подслушивает симплексные частоты службы общественной безопасности, то подумает, что слышит донесения о слежке на Бродвее и Первой улице, а не на Уилшире и Ринкон-стрит. Они также решили в сообщениях именовать депозитарий ломбардом. Когда с этим было покончено, детективы опять разделились на две команды и договорились выйти на связь по заступлении на вахту. Когда машина Хэнлона и Хаука двинулась к выезду из гаража, Босх спросил Уиш, что она обо всем этом думает. Они остались наедине впервые после того, как был разработан план действий.

– Я не знаю. Мне не нравится затея позволить бандитам проникнуть в хранилище, а затем без помех выйти оттуда. Я спрашиваю себя, справится ли спецназ, сможет ли действительно все предусмотреть.

– Думаю, скоро мы это узнаем.

По пандусу въехала машина и двинулась прямо к ним. Фары ослепили Босха, и на какой-то момент он вспомнил о той машине, что мчалась на них накануне вечером. Но тут машина отклонилась от прямого пути и остановилась. Это были Хэнлон и Хаук. Окно со стороны пассажира опустилось, и Хаук протянул из окна толстый конверт из плотной желтоватой бумаги.

– Почта, Гарри, – сказал агент. – Совсем забыл, нас просили передать вам вот это. Кто-то из вашего офиса сегодня занес это в Бюро. Якобы вы ждете эту почту, но так и не выбрали времени заехать на Уилкокс-авеню ее забрать.

Босх взял конверт, однако старался держать его от себя подальше. Хаук заметил выражение дискомфорта на его лице.

– Черный парень по имени Эдгар сказал, что вы с ним раньше были напарниками, – пояснил Хаук. – Сказал, что эта штука валяется в вашем почтовом ящике уже два дня, и он подумал, вдруг что-то важное. Сказал, что едет показывать дом в Уэствуде и решил по дороге закинуть конверт нам. Такое объяснение вас устраивает?

Босх кивнул, и агенты ФБР умчались. Тяжелый конверт был запечатан, но в качестве обратного адреса значился Сент-Луис, архив личных дел вооруженных сил США. Босх оторвал край конверта и заглянул внутрь. Там была толстая пачка архивных документов.

– Что это? – спросила Уиш.

– Пакет с материалами личного дела Медоуза. Я совсем забыл, что его заказывал. Это было в понедельник, еще до того, как я узнал, что ваша команда тоже занимается этим делом. Так или иначе, я уже видел эти документы.

Через открытое окно он швырнул конверт на заднее сиденье.

– Голоден? – спросила она.

– Хотелось бы по крайней мере выпить кофе.

– Я знаю тут одно местечко.

Босх прихлебывал из пластикового стаканчика дымящийся черный кофе, принесенный из итальянского ресторанчика на бульваре Пико, позади Сенчури-Сити. Он сидел в машине все там же, на втором уровне парковочного гаража, по другую сторону бульвара от депозитария. Подошла Уиш, ходившая звонить Рурку – как и было приказано, в полночь, – открыла дверь и села рядом.

– Они нашли джип.

– Где?

– Рурк сказал, что спецназ провел разведывательный рейд по Уилширскому канализационному туннелю, но не обнаружил там признаков чужаков и никакого входа в подземный лаз. Похоже Гирсон был прав. Они забились в один из мелких, второстепенных каналов. Так или иначе, парни из спецназа спустились затем в дренажную систему, что у автострады, чтобы расставить ловушки. Они стали окапываться у трех выходов из туннелей и наткнулись на джип. Рурк сказал, что там у шоссе есть большая автостоянка. Так вот на ней оказался припаркован бежевый джип с прицепленным к нему закрытым трейлером. В трейлере три синих вездехода. Это их.

– Он оформляет ордер?

– Да, он кого-то отправил найти судью. Так что ордер они получат. Но они не хотят там светиться, пока не начнут операцию. На тот случай, если по плану бандитов один должен выбраться на поверхность и отогнать вездеходы. Или находящийся снаружи сообщник должен появиться и увезти их.

Босх кивнул и прихлебнул кофе. Это был разумный образ действий. Он вспомнил, что в пепельнице у него догорает сигарета, и вышвырнул ее в открытое окно.

Словно догадавшись, о чем он думает, она добавила:

– Рурк сказал, что, насколько они могли заметить, на заднем сиденье джипа не было одеяла. Но если это тот джип, в котором привезли к резервуару тело Медоуза, то там должны остаться улики в виде волокон.

– Что насчет клейма, которое Шарки видел на двери машины?

– Рурк сказал, что там нет никакого клейма. Но оно могло быть раньше, и они просто удалили его, когда оставляли джип на стоянке.

– Угу, – отозвался Босх. Некоторое время он находился в раздумье, потом сказал: – Тебя не беспокоит то, как все удачно складывается, одно к одному?

– А должно беспокоить?

Босх пожал плечами. Он бросил взгляд на Уилшир. Тротуар перед пожарным краном был пуст. С тех пор, как они вернулись с обеда, Босх не видел белый «форд», который, по его убеждению, принадлежал СВР. Он не знал, ошиваются ли Льюис и Кларк где-то поблизости или на ночь отправились спать.

– Гарри, хорошая детективная работа как раз и сказывается в тех делах, где все вдруг начинает укладываться в схему, – сказала Элинор. – Я имею в виду: нельзя сказать, что в этом деле нам как-то подозрительно быстро повезло. Мы долго бродили впотьмах, прежде чем картина начала проясняться. Но мне кажется, сейчас мы обрели некий контроль над ситуацией. Сейчас дела обстоят гораздо лучше, чем три дня назад. Так что же беспокоиться, если несколько фактов вдруг начали подходить друг к другу?