Ян Валетов - Левый берег Стикса
- Название:Левый берег Стикса
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Альтерпрес
- Год:2005
- Город:Киев
- ISBN:966-542-269-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Ян Валетов - Левый берег Стикса краткое содержание
1997 год, год накануне 2-х выборов Президента Украины. Семья одного из крупных украинских банкиров, Константина Краснова, захвачена руководителем его собственной службы безопасности в загородном доме. За освобождение жены и детей от Краснова требуют перевода большой суммы на счет трастовой компании в одной из оффшорных зон.
События, которые происходят в тот же день на Украине и за ее рубежами, показывают, что, на самом деле, судьба банка и принадлежащих ему предприятий, жизнь семьи Краснова, его самого, его друзей и сподвижников, просто разменные фигуры в игре, которую ведут между собой Премьер-министр и Президент. Главный приз в этой игре — должность будущего главы государства, ставки — человеческие жизни. А вращают колесо интриги — как всегда — жадность, честолюбие и предательство.
Левый берег Стикса - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— Ну, тогда, — Костя засмеялся, — прошу добавить «сэр». Все ли понятно? Я обязан полностью осветить для комсомолки Кияшко интересующий ее вопрос. Как комсомолец и старший товарищ.
Начав ерничать, Костя оказался на Олиной территории, а уж тут равных ей не было — она могла вогнать в краску кого угодно. Не взирая на лица и чины. Диана уже с откровенным интересом наблюдала развитие событий, предвкушая дальнейшее.
— А если бы я тебе задала более интимный вопрос? — спросила Кияшко, прищурившись. — Чтобы ты мне ответил, как комсомолец и старший товарищ?
— Правду и только правду! — Краснов явно знал правила игры и отступать не собирался. Может быть, в своем кабинете он вел бы себя иначе, но обстановка вечеринки давала ему возможность быть раскованным и неофициальным. — Комсомол не против интимности, но коллектив должен знать, что скрывается за этим полубуржуазным понятием. У нас нет секретов от коллектива.
— Ну, сейчас она ему врежет, — подумала Диана, — врежет на полную катушку. Мало не будет. Только перья полетят. И правильно!
Кияшко обладала редким качеством — она не смущалась, ни при каких обстоятельствах. Когда, во время работы в колхозе, рухнула стенка деревянной душевой, и вся женская часть группы бестолково металась по развалинам в поисках полотенец, визжа и прикрывая ладонями, разные части тела, Кияшко, осознав, что рук всего две, а того, что нужно прикрывать, по общему разумению, больше, вышла вперед, уперла руки в бока, и, покрыв, покатывающихся от смеха однокурсников, пятиэтажным матом, в течении минуты, сделала так, что стенку вручную установили на место и держали до тех пор, пока все необходимое не было надето.
Но, к удивлению Дианы, на этот раз Кияшко в бой не ринулась. В схватке, между шекспировской Катариной Строптивой и Ханумой, победила Ханума. Изобразив лицом и, по возможности, остальными частями тела, максимум покорности победителю, Олечка включила «задний ход».
— Ладно, тогда об интимном позже! Сам нарвался! — сказала она с многообещающими интонациями. — А сейчас, я хочу тебе представить свою подругу — Диану Никитскую. Незнакомы?
— Нет. — Костя подал Диане руки. Ладонь у него была теплая и сухая. — Краснов. Костя.
— Диана, — ответила она.
— Она у нас, — продолжила Оля, — комсомолка, отличница, но не спортсменка…
— Поправимо, — отозвался Костя.
— Не замужем, бездетна, — Кияшко было уже не остановить, — в порочащих связях не замечена, в непорочных, как ни странно, тоже.
Диана почувствовала, что краснеет. Эти двое пикировались, совершенно не обращая внимания на ее присутствие.
— И, все-таки, чуточку об интимном, — не удержавшись, с издевкой продолжала Кияшко. — У многих комсомольцев возникает вполне законный вопрос. Как лидер столь многочисленной организации до сих пор не создал основной ячейки советского общества? И не является ли его отказ от создания подобной ячейки…
Глаза у Дианы в прямом смысле полезли на лоб.
— Что она плетет? Какая ячейка?
— Оля! — выдохнула она.
— … признаком внутренней распущенности лидера, его буржуазных склонностей? Или, может быть, интересы лидера лежат в совсем чуждой каждому советскому человеку области?
С каждым Олиным словом брови Кости ползли вверх, а уголки рта — в разные стороны. А Диана чувствовала, что погасни сейчас в зале свет, то ее щеки и уши засветятся в темноте ярче, чем аварийные лампы.
— Я, пожалуй, пойду — несмело сказала она.
( — Совсем с ума сошла, Кияшко? Сводня сумасшедшая!)
— Вы уж тут без меня…
Но вырваться от Оли, когда она занялась любимой работой, было делом безнадежным, как в прямом, так и в переносном смысле. Диана попробовала освободить руку её хватки, как можно более незаметно для окружающих, но из этого ничего не вышло — Кияшко держала ее, как оголодавший бультерьер пойманного кота.
— Надо понимать, — сказал Костя, оглядывая обеих подруг достаточно бесцеремонно, — что комсомолка Никитская предназначена коллективом в боевые подруги лидеру? Отлично! Благодарю за службу.
Он ловко перехватил Дианину руку.
— Нам нужно поближе познакомиться. — Он посмотрел Диане в глаза, и ей понравилось то дружелюбие, которое в них на мгновение мелькнуло. Но, предназначенный для Кияшко спектакль, Краснов продолжил, практически без паузы. — Мы просто не можем пренебрегать мнением коллектива.
Он посмотрел на Ольгу, а потом и на Диану, как князь Игорь на плененных половчанок.
— Комсомолка Кияшко, вы свободны. — сказал он официально. — От имени ячейки, выражаю вам благодарность.
— От имени какой ячейки? — ехидно спросила окончательно обнаглевшая подруга.
— Будущей, — бросил он через плечо, отводя Диану в сторону. — Основной. О которой ты так печешься. Благодарность в приказе хочешь?
Кияшко, фыркнув, гордо удалилась, покачивая крутыми бедрами по увеличенной амплитуде. Пронять ее было невозможно, а вот у Дианы было ощущение, что впросак, в результате, попала она.
— Удрать, — это было первое, что пришло в голову, — немедленно. Ну, Оля, я тебе брови выщипаю!
— Прошу прощения, — сказал Костя, явно уловив ее настроение. — Я подумал, что если этот разговор не закончить, то вам будет не очень уютно.
— Мягко говоря, — сказала Диана, не зная, как себя вести дальше. Бежать прямо сейчас? Но он то, вроде бы, не при чем?
— Где вы сидите? На юбилеях факультета просто невозможно найти место. Я свое потерял.
— Пятый столик.
Им повезло. Пятый столик в полном составе участвовал в групповой пляске перед эстрадой. Судя по количеству бутылок под столом, они могли бы участвовать и в танце шаманов на побережье Огненной Земли. Особой разницы не наблюдалось.
Краснов, садясь, зацепил бутылки, улыбнулся и сделал вид, что ничего не заметил.
— Ах, какие мы либеральные! — с неожиданным раздражением подумала она.
— Подруга у вас веселая, Диана. За словом в карман не лезет.
— Вы извините, Костя, — сказала Диана, решившись уйти, — я, наверное, пойду. Очень некрасиво все получилось. Извините.
Он придержал ее за локоть.
— Давайте договоримся, — теперь голос у него был серьезным, — не обращать внимания на то, что говорят посторонние. Я думаю, что слова вашей подружки на вас особого впечатления произвести не должны. Да и что она, в принципе, сказала?
— Она не посторонняя, — возразила Диана, — а говорила она пошлости…
— Вы пошлости не говорили? — спросил Краснов. — Почему тогда вы смущены? Почему вы извиняетесь? Я вас обидел чем-нибудь?
— Нет.
— Она вас обидела?
— Да. Но это наше с ней дело.
— Прекрасно. Значит к вам и ко мне — это отношения не имеет? Тогда давайте чуть-чуть шампанского, — он ловко ухватил с соседнего столика два чистых бокала, — и, примите, как совет. Никогда нельзя допускать, чтобы на ваши собственные впечатления накладывалось чужое мнение. Мало ли кто и что о ком говорит? Не надо верить Кияшко. Верить можно только себе…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: