Майкл Гилберт - Бедняга Смоллбон

Хофман, работавший за столом в помещении кассы, был тому свидетелем. Когда мистер Бёрли ушел, под столбцом, который считал, сделал красноречивую пометку, которая явно доставила ему немалое удовольствие.

– Мне кажется, вам немного не по себе, мисс Милдмэй.

– Верно, мистер Крейн.

– Надеюсь, вы не больны?

– Надеюсь нет, мистер Крейн.

– Это вас так расстроили все эти неприятные события тут у нас. Не нужно так переживать.

– Не буду, мистер Крейн.

– Так или иначе, вас это не касается. Не будут же они подозревать такую куколку в убийстве. Ха-ха!

– Иногда так и тянет это сделать, – сказала мисс Милдмэй и отодвинула кресло на два фута влево.

– Но господи, такое случается с каждым из нас. Но я серьезно, девонька, главное – не берите в голову.

– Я не беру, мистер Крейн.

– Тогда все в порядке.

– Но, мистер Крейн.

– В чем дело?

– Я только на тот случай, если вы не заметили, но то, что вы держите – это моя рука.

– Ну это надо же, ей – Богу! Тогда, значит, так. «Уважаемый сэр, благодарим вас за письмо от четырнадцатого числа прошлого месяца, и направляем проект договора, который был одобрен и согласован. Готовы приложить все старания, чтобы он был подписан вашей светлостью.»

Мистер Бёрли испытывал примерно те же чувства, что и Наполеон, когда тот ликвидировал парочку мелких европейских монархий и один немецкий епископат. Победа возбудила аппетит, и он с глубоким удовлетворением заметил, что приближается пора обеда. Но тут вспомнил, что есть ещё один непокоренный подданный, которого вполне успеет привести к повиновению.

Он позвонил и послал за Боуном.

Генри уже тоже собрался на обед к миссис Маджоли, но послушно отложил плащ и последовал за мисс Читтеринг.

– Будьте начеку, – сказала та. – У него сегодня сволочное настроение.

– Серьезно? – протянул Генри.

Мистер Бёрли открыл огонь, как только неприятель появился в дверях.

– Послушайте, Боун, – начал он. – Я кое-что хотел бы вам сказать. Мы платим вам за то, чтобы вы занимались своим делом. Не сомневаюсь, вы трудитесь старательно, по крайней мере я не слышал ничего обратного – но не желаю, чтобы вы проводили столько времени с тем полицейским. Если он вам нужен, можете в нерабочее время найти его в Скотланд-Ярде, или где там еще, и говорить сколько душе угодно. Понимаете?

– Разумеется.

– Тогда.

– Я хочу сказать, что разумеется понимаю, – пояснил Генри. Но буду ли я руководствоваться вашими советами – это другой вопрос.

Мистер Бёрли на миг лишился дара речи. Потом опомнился настолько, чтобы заявить:

– Восприми я это как дерзость, мне оставалось бы только вас уволить.

– Не сомневаюсь, так бы вы и сделали, – приветливо поддакнул Генри. Но сомневаюсь, что вы способны на это. Насколько мне известно, чтобы кого-то принять или уволить вам нужно получить согласие обоих партнеров. Так написано в договоре, поэтому, видимо, я прав. Если вы полагаете, что сумеете убедить мистера Крейна и мистера Хорнимана и получить их согласие, – ну что ж, тогда конечно стоит попробовать.

– Я.

– Но должен вас кое о чем предупредить. Если бы вам удалось так легкомысленно меня уволить – только со злости, а отнюдь не за профнепригодность или пренебрежение служебными обязанностями – придется всю историю в письменном виде представить в Союз юристов.

На этот раз мистер Бёрли онемел окончательно. А Генри продолжал ещё любезней: – Во всяком случае, учитывая, что вы платите мне по нижнему пределу, установленному для квалифицированных специалистов, сомневаюсь, что я хоть что-то потеряю, если придется уйти. Нет, уходить я не хочу. Мне тут нравится. Редко в какой адвокатской конторе среди сотрудников найдешь нераскрытого убийцу. И не исключено, что он ещё повторит свой номер.

Уже в дверях Боун добавил:

– Даст Бог, на этот раз он выберет жертву поприличнее.

Итак, после столь разочаровывающего утра, сотрудники фирмы разошлись на обед: мистер Бёрли и мистер Крейн – в свои клубы, Боб Хорниман и Эрик Даксфорд – в ресторан Союза юристов, Джон Коу – в менее шикарную закусочную того же учреждения. Генри Боун – домой. Мистер Принс и мистер Вог – в ресторан в подвале здания суда. Мисс Корнель и мисс Милдмэй – в чайную «АВС», мисс Беллбейс и миссис Портер – к Лайонсу. Сержант Коккерил и Чарли ограничились сэндвичами в своем закутке, а мисс Читтеринг, которая оставалась у телефона, заморила червячка пакетиком леденцов.

В конторе фирмы «Хорниман, Бёрли и Крейн» воцарилась тишина.

Только ближе к вечеру в секретариате произошло событие, которое было немаловажным для развития ситуации в целом. И достойное внимания, если учесть, что сам факт, что оно вообще произошло, и далеко идущие его последствия, были вызваны чисто женской вздорностью.

Мисс Читтеринг решила, что маленькое зеркало в деревянной раме, прикрепленное к обратной стороне двери, помещено неверно и не выполняет своих функций.

– Ну что за глупости, – заметила она, – повесить зеркало в таком месте, где нет света?

– Пожалуй, вы правы, – согласилась мисс Корнель. – Но оно всегда там висело, – добавила она, словно для адвокатской конторы это было решающим аргументом.

– Вообще то, – заметила Анна, – никто из нас не столь хороша собой, чтоб вечно наслаждаться видом собственного лица.

Использование множественного числа не слишком смягчило шпильку. Мисс Читтеринг чуть покраснела и сказала:

– Раз уж у нас есть зеркало, могли бы повесить его там, где оно будет хоть на что-то годно.

– Что если повесить его к окну? – предложила мисс Беллбейс, которая обычно в это время приходила сюда на чашку чая.

– Мне все равно, – сказала мисс Корнель. – Только вначале его кто-то должен отвернуть. Если вам уж так нужно, сбегайте за сержантом Коккерилем.

– Зачем обременять сержанта, – возразила мисс Читтеринг. – Тут только два шурупа, а у меня есть маникюрные ножницы. Я их в два счета. Ох!

– И нету ножничек, – удовлетворенно заметила мисс Корнель. – Сходите лучше за сержантом.

– Могу я вам чем-то помочь? – спросил Боун, просунув голову над перегородкой, как жираф.

– Сисси сломала маникюрные ножницы, когда пыталась отвернуть шуруп, сообщила мисс Милдмэй.

– Мы хотим перевесить зеркало с дверей поближе к окну.

– Ну, с этой задачей соединенными усилиями мы справимся. Есть у кого-нибудь пилочка для ногтей?

– Если вы мне её не сломаете, – сказала мисс Милдмэй.

– Обещаю, что постараюсь сдерживать свою силу, – Генри широким концом пилочки быстро ослабил шурупы.

– А теперь дайте мне на минутку свои ножницы, мисс Читтеринг.

– Ну, с ними уже ничего случиться не может.