Александр Фишман - Мертвые головы

Собаки то устремлялись вперед, то возвращались, то отбегали в сторону, то трусили рядом, призванные хозяином, справа или слева от телеги.

Александрыч повернул коня направо. Собаки, знающие эти, по существу уже родные места, убежали в лесопосадки.

— Кудлатка! Тузик! А ну ко мне! — больше для порядка, чем по надобности, крикнул хозяин. — Кому сказал! Ну-ка сюда!

Но псы не послушались команды. Их что-то заинтересовало среди деревьев. Кудлатка, не склонный вообще-то к пустобрехству, вдруг залаял, громко и призывно. Тузик, проявляя солидарность, поддержал лай товарища.

— Ну что вы там нашли? — заворчал Александрыч. — Тпру! — скомандовал он Стрелку, натянув вожжи. — Зверушку поди какую-нибудь? Вот непоседы! А ты стой! — бросил он коню.

Александрыч слез с телеги и направился к собакам. Благо находились они всего в паре десятков метров, а земля была сухая.

— Ну, и что вы разлаялись на всю округу? — укоризненно бросил он, приближаясь к своим питомцам. — Мы же не на охоте! Гав-гав, гав-гав! Ну что здесь? Показывайте!

Александрыч заглянул в выемку. Там, присыпанная листвой, уже частично разрытой собаками, на животе, неестественно вывернув голову и конечности, лежала девушка.

— О Господи! — отшатнулся Александрыч и размашисто перекрестился.

То, что девушка мертва, не вызывало никаких сомнений. Здесь и экспертом быть не надо.

— Кудлатка! — тихим голосом подозвал пса Александрыч.

Тот, уловив чутким собачьим ухом тревожные интонации тут же подошел к хозяину и негромко, не зло зарычал, как бы демонстрируя свою преданность, отвагу и готовность защитить его от любых напастей.

Тут же, с не менее геройским видом, жался и Тузик.

Александрыч опасливо огляделся. Но окрест не было ни одной живой души, кроме спокойно стоящего на дороге Стрелка.

— Вот так, значит… — пробормотал Александрыч. — Ничего себе…

Он бросил последний взгляд на покойницу. В ухе у нее блестела серьга.

"Наверняка золотая, — подумал Александрыч, но как-то равнодушно, вскользь, тут же забыв об этом. — А девчонка молодая. Э-хе-хе, что творится! И убили ее не сегодня, а дня два, а то и три тому. Что я, покойников не видел?.."

Он быстро направился к телеге, запомнив приметы, по которым несложно будет отыскать место. На этот раз собаки послушно потрусили за ним, не заставляя хозяина командовать дважды и строжиться на них.

Дома Александрыч первым делом распряг коня, отвел его в денник. Затем он покрыл брезентом сено, не выгружая его из телеги, после чего кликнул жену.

— Мать, вынеси сигареты! У меня кончились, а раздеваться неохота!

Жена вынесла ему на крыльцо пачку "Луча" и спички, протянула разом:

— Вот.

— Спички-то зачем? Я же не просил, у меня свои есть. Забери.

— Ты что Стрелка-то распряг? Все там подобрал? Говорил же на два раза!

— Так и есть. Там еще столько же осталось, потом доберу.

— Что так? Ехал бы сейчас. Случилось чего? — женщина вдруг разглядела, что с мужем что-то не то. — Ну, говори! Что стряслось?

— Да там Тузик твой на девку мертвую наткнулся, — закуривая, сообщил муж.

— Ой! Где?! — всплеснула руками женщина. — Да кто же это?

— Не ори на весь свет, — досадливо поморщился Алесандрыч. — Почем я знаю, кто! Незнакомая какая-то девчонка. Да и далеко это от деревни.

— Молоденькая?

— Как соседская Ольга. И даже чем-то на нее смахивает. Не она, конечно.

— Ну что ты болтаешь, отец! При чем здесь Ольга! Так нельзя!

— Ладно, пойду участковому сообщу. Ты уж пока не блажи на всю деревню, не будоражь народ. А то знаю я тебя!

— Не выдумывай!

— А за сеном сегодня, наверное, уже не получится. Завтра съезжу.

— Ты Стрелка покормил?

— Да. Если я задержусь, дай ему. В первую очередь скормим то сено, что я привез, а уж потом пусть нашим лакомятся. Высшего сорта. Ну, я пошел.

Участковый жил недалеко, через четыре дома. Александрыч отправился к нему исполнять свой гражданский долг.

Собак на сей раз он оставил дома…

Увидев входящего Кирилла, Мамочка кивнула ему на стул и нажала кнопку громкой связи на телефоне, мимикой предлагая охраннику послушать беседу.

— …Вы понимаете, — усиленный динамиком мужской голос, явно принадлежавший человеку, умеющему говорить и привыкшему командовать, был полон озабоченности, — меня крайне волнует проблема конфиденциальности…

— Конечно, вы уже не первый раз упоминаете об этом. — Мамочка состроила Кириллу гримасу, обозначающую, что собеседник ее уже достал. — Я понимаю ваши опасения, но могу заверить, что ни мы, ни наши сотрудники ни в коей мере не заинтересованы…

— Знаете, — перебил мужчина. — Я… занимаю… определенный пост… — эти слова он проговорил с некоторыми затруднениями. — И то что для других может обернуться… неприятностями, для меня грозит полной катастрофой. И не только для меня!..

— Конечно, если вы занимаете руководящий пост краевого уровня и ваше лицо время от времени мелькает на телевидении…

— Откуда вы знаете?! — в голосе мужчины неприкрытое беспокойство.

— Да не знаю я ничего, — вздохнув, попыталась успокоить его Мамочка. — Просто это несложно понять из ваших намеков. За те пятнадцать минут, что мы с вами беседуем…

— Наверное, я зря позвонил вам… Извините за беспокойство…

— Одну минуту! — Мамочка даже подпрыгнула в кресле. — Не кладите трубку! Это вы всегда успеете сделать. Тем более, что номер вашего телефона не высвечивается на моем определителе, у вас стоит защита, и это похвально. Имени-отчества своего вы не назвали, голос ваш мне незнаком. Что вы теряете? Послушайте меня минуточку, — женщина частила как пулемет. — И если мы не придем, так сказать, к консенсусу…

— Давайте ближе к делу! — недовольным тоном перебил мужчина.

— Прежде всего, хочу вас уведомить, что вы не единственный представитель… высоких кругов, обращающихся к нам с подобной просьбой.

— Допускаю.

— Уж поверьте мне! — тоном многоопытной сводницы возвестила Мамочка. — Человеческое начало играет превалирующую роль, а уж эти чины, посты… — Кирилл жестами призвал женщину выполнить одну из заповедей Козьмы Пруткова: "Если у тебя есть фонтан — заткни его", прекрасно осознавая, что коли уж ее понесет, то остановить будет весьма проблематично. Что-что, а поговорить на всевозможные темы она любила. — Так вот, — правильно отреагировав на сигналы Хлебосолова, продолжала Мамочка. — Вы хоть раз слышали о каком-либо чиновнике, да и вообще хоть о ком-нибудь в скандальном контексте, связанном с нашей фирмой и оказываемыми ею услугами? Ну хотя бы раз?

— Нет, — чуть помолчав, вынужден был согласиться собеседник.

— Хорошо. Теперь дальше. Вам ведь нас кто-то порекомендовал. Не обзваниваете же вы все конторы досуга подряд, верно?