Анна Данилова - Два лица Пьеро [litres]

Горан. И зачем он только вернулся? Конечно, предположить, что он сам мог, убив ее, забрать ее кулон и носить на себе, было бы глупо. К тому же Аллу не ограбили, все ее вещи и деньги, по словам Георгия, были на месте. Интересно, а куда он, Георгий, их дел? Вряд ли оставил у себя. Быть может, сам подкинул в полицию? Или через какого-нибудь знакомого полицейского? Все-таки ей когда-нибудь придется его расспросить. Ведь она – хозяйка отеля!

– Утром поговорим, а теперь – уходи, – приказала она, кивая ему на дверь.

Она так и не поняла, почему не возмутилась, когда Горан встал и выключил свет, а потом, когда он вернулся к ней и обнял, она вцепилась в него, как в само спасение, уткнулась лицом в его грудь и разрыдалась.

– Как-то несправедливо все в этом мире, – сказала Катя, держась за забинтованное ухо.

Вика привезла ее из больницы, и теперь они сидели на кухне и пили чай. Дети, набегавшись по квартире и разбив вазу, крепко спали в спальне.

Вика усмехнулась. Да уж. О какой справедливости можно говорить, когда родной муж, отец ее детей, чуть не убил Катю.

– И не переживай, что написала заявление на него, – зло бросила Вика, в душе ненавидя этого алкаша.

– Да я не об этом, – отмахнулась Катя, – Со мной-то все понятно давно. Промахнулась я с этим браком, чего и говорить. Сама во всем виновата. Но Женя! Жила, мучилась со стариком, а когда он ей все оставил, ее жизнь и вовсе превратилась в ад!

Вика, которая даже себе боялась признаться в том, что тайно завидовала Жене, хотя и любила ее, не говоря уже о том, как была привязана к ее детям, не нашла, что ей ответить. И так ли уж несчастлива была Женя в своем неравном браке? Об этом может рассказать лишь она сама. Но все ее окружение после смерти Залетаева наверняка думало о том, что теперь Женя свободна, богата и что теперь уж точно не растеряется и выберет себе в мужья какого-нибудь молодого и горячего парня. Ну должен же ее кто-нибудь разбудить, наконец!

– Думаю, Седов во всем разберется, – уклончиво ответила она, – Но история, согласись, очень странная. Хоть и нехорошо так говорить, но я скажу: почему преступник не довел дело до конца? Кто ему мог помешать? Ведь в доме никого, кроме Жени с детьми, не было.

– Значит, кто-то помешал… Может, ему стало плохо с сердцем… Хотя тогда вряд ли он нашел бы в себе силы выпрыгнуть в окно. Но ведь выпрыгнул же! Ясно, что через окно.

– Значит, никто их убивать и не собирался. Просто попугали, чтобы она отдала свой бизнес.

– Но кому? Может, Кириллу?

– Седов допрашивал его, у него вроде алиби, но мне кажется, что он запросто мог ее таким вот образом запугать. Но подозревать Кирилла можно лишь в том случае, если снимется вопрос о наследниках. Все-таки Залетаев был человеком в годах, и мало ли каких историй у него в его мужской жизни не было. Может, переспал с кем, потом родился ребенок. Да таких историй сейчас полным-полно! Посмотри любое шоу, одна и та же тема – известный человек оказывается в центре скандала, связанного как раз с внебрачным ребенком, и его мамаша пытается отжать наследство.

– Насколько я знала Залетаева, он не такой человек, чтобы бросать своих детей на произвол судьбы. Он был богатым, и ему ничего не стоило обеспечить хоть с десяток своих наследников и квартирами, и машинами. Как-то не верится мне.

– Значит, Кирилл.

– А при чем здесь Кирилл? Если бы он был наследником… А так, какой ему смысл всех убивать?

– Да в том-то и дело, что вся эта история лишена какого-либо смысла, если не касается наследников!

– Может, у нашей Жени был любовник, о котором мы ничего не знаем? – осторожно предположила Катя.

– Ты сама-то веришь в то, что сказала? – нахмурилась Вика. – Ладно, хватит уже об этом. Главное, что с Женей пока все в порядке, она в Варне, то есть в относительной безопасности, и что с детьми все в порядке.

– Они у Седова, говоришь?

– Ну да. Надо же, какой человек!

Ох, если бы все следователи были как Седов! Глядишь, и у меня ухо было бы цело.

– Не переживай, ты и с таким ухом еще найдешь себе своего человека. А про своего мужа забудь, пусть его посадят.

Катя заплакала. Вспомнила, как когда-то любила его, как рожала детей, как они устраивали свое маленькое хозяйство в деревенском доме, как варила она варенье, собирала по утрам яйца в курятнике, как надеялась на счастливую семейную жизнь, а в результате осталась одна, с разбитой головой и обрубком вместо уха.

– Не плачь, – Вика поднялась и обняла ее. – Вот увидишь, все будет хорошо. Просто отлично. Главное, чтобы Женя поскорее вернулась. Она поможет тебе. Квартиру снимет, а если с наследством проблем не будет, то, может, и купит тебе. Может, бизнес какой придумает тебе, и ты будешь и при работе, и при деньгах. Скажи, вот что ты умеешь? Чем бы тебе хотелось заниматься?

– Да я и не знаю. Раньше хотела корову купить, Женька деньги на доильный аппарат дала, а эта скотина все пропил…

– Вон, некоторые дамочки открывают свои парикмахерские салоны или ателье…

– Скажи еще – картинную галерею! – вдруг рассмеялась Катя, – Мне бы что-то попроще. Может, купить ферму?

– Ты подумай. А завтра утром сходим с тобой в церковь, помолимся за Женю.

– Да, хоть бы она уже поскорее вернулась! Теперь, когда Семен в СИЗО и можно будет спокойно вернуться домой, устроим себе отдых… Поедем все вместе на пруд, порыбачим, на лодке покатаемся…

– Ты все обещаешь…

– Знаешь, когда на душе так, что выть хочется, не до отдыха как-то…

– Ладно, Катюха, иди ложись, отдыхай, а я поставлю бульон вариться, к вечеру борщ сварю.

Подруги обнялись, и Катя отправилась в спальню. Увидев спящих детей, безмятежно разметавшихся на чужой кровати, присела на краешек и тихонько заскулила.

Сквозь шум воды в душе Мика услышала стук в дверь. И хотя было раннее утро, около семи, она вполне могла предположить, что это Женя. Не выдержала, так хотелось поскорее узнать, что рассказал Мике по телефону Седов. А ведь они так и не поговорили. Милен отключил телефон. Знал ведь, насколько важен звонок из Москвы, и все равно отключил.

Мика с вспененным шампунем на голове выскочила из душа, набросила халатик и кинулась к двери, распахнула ее и вдруг вместо худенькой Жени увидела на ступенях просто-таки огромную блондинку в розовом халате. Ее влажные волосы соломенного цвета закручивались в колечки. От женщины пахло мылом или шампунем. Должно быть, и она только что приняла душ.

– Доброе утро… Очень извиняюсь за столь ранний визит, – сказала болгарка мягким грудным контральто. – Просто боялась вас не застать.

И тут Мика чуть не потеряла сознание от страха. А ведь это была одна из обитательниц «золотых террас». Неужели она заметила Женю после того, как та ограбила ее?