Питер Чейни - Считайте дело законченным

Подойдя к номеру двадцать четыре, открыл дверь и оказался в маленькой гостиной, очень уютной и опрятной. В дальнем углу была видна другая дверь, к которой он и направился. Слегка постучав, открыл ее и очутился в спальне.

— Хэлло, Эванжелина, — сказал он, и остановился, залюбовавшись ею. Мисс Триккет была молодой женщиной двадцати семи или двадцати восьми лет, с прелестным личиком и первоклассной фигурой. У нее были стройные ноги и очень красивая копна светло-каштановых волос, рассыпавшихся по плечам. На ней было кружевное белье, отделанное золотом, на котором были вышиты черные китайские драконы. На ногах были тончайшие шелковые чулки и черные шелковые туфельки с золотыми звездами. Она сидела перед туалетным столиком и красила губы. Мисс Триккет выглядела как картинка и отлично знала это.

— Хэлло, — ответила она резким и неприятным голосом, а Вэллон подумал, что если бы при такой внешности она обладала бы еще и приятным голосом, то это было бы уже просто не правдоподобно.

Пройдя через комнату, Вэллон положил свой чемодан и шляпу на стул, а сам сел на кровать, собираясь разглядывать мисс Триккет со спины. Но она сейчас же повернулась на своем табурете, улыбнулась ему и сказала:

— Я рада видеть вас, мистер Леннокс, и вижу я вас уже не в первый раз. Вы удивлены, не так ли?

— О нет, вы видели меня через дырку в стене, когда я разговаривал с мистером Сэлкиным в его комнате. Она подняла брови:

— Откуда вы можете это знать?

Вэллон усмехнулся:

— Вы слишком красивы для того, чтобы соглашаться на случайные встречи, даже не видя мужчину.

— Послушайте, а ведь вы очень умны. Как только я увидела вас, я сразу поняла, что вы обладаете индивидуальностью и что вы очень умны. А в девяносто девяти случаях из ста маленькая Эванжелина не ошибается. Но только не называйте меня “Эванжелина”, пожалуйста, — это имя подходит для пастушки. Мои друзья обычно зовут меня “Бобби”.

— Хорошо, Бобби.

— Как вы думаете, не следует ли вам слегка выпить? Я всегда говорю, что сначала надо выпить и познакомиться, а позднее можно и подружиться по-настоящему.

— Я заказал виски и лед и слышу, что как раз сейчас официант ставит на стол стаканы. Пойдем и выпьем.

Она встала с табурета, показав при этом свои ножки.

Вэллон спросил:

— Говорил ли вам кто-нибудь, что у вас очаровательные ножки?

— Да, масса людей. Но я женщина, и если у женщины красивые ноги, то она хочет, чтобы ей об этом говорили непрерывно. Ну, пойдем. — И она пошла в гостиную.

Вэллон разлил виски по стаканам, а она сказала:

— Послушайте, вы какой-то необычный. Вы ничуть не похожи на других мужчин, с которыми я постоянно встречаюсь.

— Да, Бобби, да, и пришел я к вам по не совсем обычному делу. Послушайте, мое имя вовсе не Леннокс и я не собираюсь нарушать супружескую верность с кем бы то ни было. Я даже не женат, так что мне, понятно, не нужно никакого развода.

Она вскочила и резким голосом спросила:

— В чем дело? Что здесь происходит? Вэллон спокойно ответил:

— Нет никакой надобности волноваться. У нас просто состоится небольшая профессиональная беседа между двумя детективами.

— Какого черта вам нужно? — спросила она.

— Мое имя Джон Вэллон, и я управляю конторой сыскного агентства Шенно. Слышали о таком?

— Да, конечно. Вы имеете в виду Джо Шенно, того, который умер несколько дней тому назад? Он кивнул:

— Правильно, Бобби, и я рад поговорить с коллегой по профессии. Я знаю о вас все, Бобби. Контора Сэлкин и Фрэш принадлежит вам, а люди, которые там сидят, просто нанятые вами служащие. А кроме того, вы несомненно самая красивая соучастница бракоразводного процесса, какую только можно найти. Вы мне нравитесь, Бобби, но, хотя я обычно не угрожаю красивым женщинам, но предупреждаю, что у нас с вами будет очень серьезный разговор. Я думаю, Бобби, что вы понимаете: никому не следует знать, чем собственно занимается ваша контора. А она занимается исключительно тем, что подбирает подходящих соучастниц для бракоразводных процессов. Если все станет известно, то это уничтожит ваше предприятие и, кроме того, принесет массу неприятностей лично для вас.

— Какое дело вам до всего этого? Чего вы, собственно, хотите? — в голосе ее прозвучал страх.

— Почему вы не допиваете свое виски и не позволяете мне налить вам еще стаканчик?

— Да, налейте мне еще, мне это необходимо. С первой минуты, как я вас увидела, я поняла, что вы не обычный клиент. Вы так красивы и привлекательны, что везде нашли бы женщину без моей конторы и совершенно бесплатно. Вы принадлежите к редкой категории мужчин, которые одарены решительно всем, и вообще вы слишком хороши, чтобы быть настоящим.

Он пожал плечами:

— Послушайте, Бобби, вот что я решил. Я заплатил вашей конторе, то, есть вам, шестьдесят три фунта. Я доплачу вам еще тридцать семь, доведя общую сумму до ста фунтов, а вы за это дадите мне небольшую информацию, которая останется между нами. Но я хочу услышать правду, всю правду и ничего, кроме правды. Вы знаете, это формула официальной присяги в суде, но я думаю, что вы предпочтете рассказать все мне, чем выступать на публичном заседании в качестве свидетеля.

— Что вы, собственно, хотите сказать?

— А вот что: бракоразводный процесс супругов Джейл, в котором фигурирует и ваше имя в качестве соучастницы, конфликтный процесс, который грозит всем участниками крупными неприятностями. Вы не хотели бы оказаться причастной к делу об убийстве?

— О, боже! Что же такое случилось?

— Ничего, Бобби, если вы будете вести себя тихо и смирно и не будете выскакивать, вас ничего не коснется, а контора Сэлкин и Фрэш, по мне, может существовать вечно.

— Это странно, но я верю вам. Что я должна делать, чтобы не выскочить?

— Всего лишь ответить мне на несколько вопросов и ничего больше. Но не фантазируйте. Сообщите мне одни лишь факты и ничего более.

— Согласна. Слушаю вас.

— Вы названы соучастницей по процессу Пирса Джейла.

Скажите, он обращался в вашу контору?

— Нет, я познакомилась с ним в ночном клубе и влюбилась в него. Однажды во время танца он сказал мне, что ему нужна соучастница. Я засмеялась и сказала, что его вряд ли затруднит найти подходящую девушку. Он ведь чертовски интересный парень, знаете? Он ответил “да, конечно, но я не хотел бы, чтобы в это дело была замешана именно моя девушка."

Вэллон сказал:

— Очень красивая девушка с волосами цвета спелого зерна и с ниткой черного жемчуга не шее. Верно? Не знаете ли вы как ее имя?

— Ее имя Энстли, Клэр Энстли, — ответила Бобби резким голосом.

— Она вам не нравится? — спросил Вэллон.

— Нет, совсем не нравится. Вы ведь знаете, чем я занимаюсь, и что какому-нибудь священнику вряд ли мои занятия покажутся нравственными. Но видите ли, у меня тоже есть своя мораль: дело есть дело, но если ты любишь какого-то парня, то это уж что-то совсем иное. Вэллон кивнул: