Людмила Мартова - Когда исчезнет эхо

Гостья ступила на плиты, которыми была вымощена дорожка внутри двора, и старательно заперла калитку.

— Жужа, Жужа, — позвала она и успокоенно вздохнула, услышав собачий лай, доносившийся из открытого окна. Собака была в доме, слава богу.

Вероника дошла до беседки, но та была пуста, подергала дверь в баню, оказавшуюся запертой, проверила теплицу и осмотрела кусты. Юли нигде не было. Странно, если она в доме, то не могла не слышать Вероникин голос. Тогда почему не отвечает?

Девушка поднялась на крыльцо, зашла в сени, взялась за ручку двери, ведущей на жилую половину, и вдруг замерла, услышав незнакомый мужской голос, доносившийся с хозяйственного двора. Тихий, он не нес в себе агрессии, в нем слышалась лишь спокойная уверенность человека, знающего цену себе и своим поступкам.

— А вот если сломают хребет? Ты когда-нибудь про это думала? — спросил голос, и Вероника замерла, представив, что в эту самую минуту милую, не приносящую никому вреда Юлю убивают на расстоянии нескольких шагов.

Дальнейшие действия Вероника совершала на автомате. Оглядевшись по сторонам, она увидела большую лопату, наверное, зимой используемую для чистки снега во дворе. Схватив ее, Вероника, стараясь ступать неслышно, взошла на деревянный настил хоздвора и увидела мужскую фигуру, склонившуюся над распятой над отверстием открытого подпола Юлей. В руке у мужчины был топор, поэтому больше девушка не раздумывала, совершила прыжок и со всего маху ударила злоумышленника, покушавшегося на жизнь ее русской подруги, по голове лопатой. Злоумышленник изумленно хрюкнул, повернулся к Веронике лицом и упал как подкошенный к ее ногам.

Девушка снова подняла лопату, замахиваясь для нового удара.

— Не надо! — закричала Юля, кое-как выбралась из люка, подбежала к мужчине и двумя руками подняла его голову. — Не надо, Вероника, он не хотел ничего плохого. Это Олег, мой муж.

Уютно урчал и фыркал электрический чайник, в такт ему вторила Жужа, обнюхивающая чужие мужские ноги в носках модной заграничной фирмы BOSS. Ноги не вызывали у нее ни малейшей тревоги, отчего-то собака знала, что они ее не выгонят и не пнут. Владелец ног и правда вел себя пристойно. Сидел на стуле тихо, периодически покряхтывая в унисон Жуже и чайнику и ощупывая свою голову. На столе перед ним стоял стакан с водой и лежала конвалютка обезболивающих таблеток.

— Ну вам, девушка, лучше на дороге не попадаться, — сказал владелец носков, обращаясь к Веронике. — Рука у вас тяжелая.

— Это не рука, а лопата, — ответила Вероника чуть нервно.

Она до сих пор еще не совсем пришла в себя от пережитого стресса, а главное, от смущения. Ну надо же, огрела лопатой по голове врага, который оказался вовсе и не врагом! Неловко вышло.

— А ты не вламывайся без предупреждения в чужие дома, — вмешалась Юлька, заваривая свежий чай, который вкусно пах мятой и смородиновыми листочками.

Из чайника поднимался ароматный пар, от которого становилось уютнее и даже немножко легче жить. Впрочем, в присутствии Олега Юльке сразу стало легче, и это ее немного пугало. Он был изменник, мерзавец и предатель, которого она выгнала из своей жизни навсегда. И спрашивается, отчего бы это ей сейчас испытывать такое острое чувство облегчения?

И тем не менее облегчение действительно было. Напряжение, в котором Юлька пребывала с того момента, как нашла в подполе тело Игоря Петровича, а может, даже и раньше, сейчас спадало, уходило мутной волной, унося тревоги и печали, как прибитые приливом к берегу водоросли. С Олегом было не страшно, потому что Юлька знала: он обязательно во всем разберется.

— Я и не вламывался, — ответил он и скривился от головной боли. — Я просто пришел.

— Зачем?

— Затем, чтобы уберечь тебя, дуреху, от неприятностей. — Муж даже головой покачал, видимо, чтобы Юлька острее осознала собственное несовершенство. — Ты же на виду у всех ходишь по деревне, расследование ведешь, вопросы задаешь. Просто руки чешутся тебя пристукнуть!

— У тебя руки чешутся? — уточнила Юлька.

— Да не у меня, а у убийцы! Ты хоть понимаешь, что все это не шутки?

— Я все понимаю получше тебя! — запальчиво воскликнула Юлька. — Это ты только что приехал, а я тут уже почти месяц живу!

— Так и я почти месяц… — начал было Олег, но тут же осекся, поймав ее возмущенный взгляд. Немного помолчал, словно набираясь смелости, и продолжил: — Ну да, а ты что хотела, чтобы я спокойно продолжал себе жить в городе, зная, что ты уехала в какую-то глушь? Да я себе несколько дней места не находил, пока не выяснил, где ты.

— И как ты это, стесняюсь спросить, выяснил? — спросила Юлька. — Маман сообщила или Вера проболталась?

— Если по правде, то обе, — ответил Олег и снова потер многострадальную голову. Вероника наблюдала за ними с огромным интересом. — Тут у меня, правда, отлегло, потому что в Сазонове Василий Васильевич живет. Да еще, по счастливой случайности, аккурат напротив твоего дома. Так что я для начала попросил его за тобой присмотреть. А уж когда он мне сигнализировал, что не все в деревне ладно, я и сам приехал.

— Так это ты в заброшенном доме ночевал! — догадалась наконец Юлька. — И спальник это твой, и носки… — Она заглянула под стол, и Олег поджал ноги в приметных своих носках. — Ты за мной следил, что ли, Асмолов?!

— Да не за тобой, а за домом. — Олег поморщился и запил водой еще одну таблетку. — Василий Васильевич сказал, что к тебе все время разные гости наведываются, что ищут, непонятно, я и встревожился.

— А тебе какое дело, кто ко мне наведывается и зачем? — сердито спросила Юлька. — Тебя моя личная жизнь больше не касается.

— Личная — может быть, а вот просто жизнь — очень даже, — тихо сказал Олег. — Хотя и с первым постулатом я не согласен. Ты моя жена, а я твой муж, как-никак.

— Скорее никак, — уточнила Юлька. — Причем это был твой выбор, а не мой.

— Да не делал я никакого выбора! — Олег повысил голос и застонал, потому что вибрация звука в горле тут же отозвалась в ушибленной голове. Черт бы подрал эту девчонку с лопатой! — Ты же мне даже объяснить ничего не дала!

— А и не надо ничего объяснять! — В голосе Юльки зазвучали слезы, как было всегда, когда она вспоминала перенесенное унижение. Перед глазами снова встала картина того, как она застала мужа с любовницей, тошнота подступила к горлу, и немедленно захотелось, чтобы Олег Асмолов пропал с ее глаз, провалился сквозь землю.

— Юль, давай мы с тобой потом доругаемся, — устало попросил муж. То есть бывший муж, конечно. — Сейчас у нас есть дела гораздо более важные, чем выяснение отношений. Ты отдаешь себе отчет, что здесь, вот в этом доме, который ты умудрилась купить, случилось убийство? Настоящее, не игрушечное. И что убийца все еще на свободе и в любой момент может нанести новый удар?