Галина Романова - Заговор обреченных

Ага! Уже неплохо. Куда ехать, он сам не знает. Теперь узнал. И Глеб тоже. И сразу понял все окончательно.

Построенный бортовым навигатором маршрут не сулил добра. Он бывал в том месте. Заброшенный кирпичный завод. Глубокие шахты. И печи для обжига кирпича. Давно потухшие. Но кто сказал, что в них нельзя сжечь труп? Можно. И еще как. Он знал об этом.

Шеф ждет их там. Это он понял тоже. Ждет, чтобы насладиться зрелищем. Он всегда с садистским удовольствием наблюдал за сценами расправы над непослушными.

Глебу сделалось горько. Как можно хранить верность таким животным? О каком доверии речь? Правильно он делал, что всю жизнь никому не доверял. Правильно жил настороже. Это всегда помогало ему выжить. Поможет и теперь.

Горечь сменилась ухарским, злым весельем. Он ему устроит представление! Он его порадует, суку! Доставит удовольствие, мать его!

– Я подремлю? – глянул он на соседа вопросительно и с удовольствием зевнул. – Спал плохо. Ехать долго?

– Выспишься, – кивнул водитель и тоже зевнул. – Минут двадцать, тридцать. Спи.

Вечным сном? Он чуть не хихикнул, сонно прикрывая глаза. Откинулся на спинку сиденья. Зябко поежился. И обнял себя руками так, чтобы правая очутилась под курткой чуть выше ремня. Аккурат на рукоятке пистолета, который эти два лоха не удосужились у него найти.

«Спокойной ночи, пацаны!» – злорадно подумал Глеб за мгновение до того момента, как выхватил пистолет и пустил его в дело.

– Я же говорил вам, что не виноват, – с легким упреком произнес Степан Сергеевич Нестеров.

Подумал и нехотя протянул руку Вихрову. Тот тоже нехотя ответил на рукопожатие. Роль этого персонажа во всей этой истории для него лично не выяснена до конца. В этой истории вообще ничего еще не выяснено. Но неожиданное убийство водителя злополучного рейса частично снимало с Нестерова подозрения.

– Вы считаете, что его убили? – Нестеров медлил, не уходил из его кабинета, хотя капитан подписал ему пропуск пятнадцать минут назад.

– Разбираемся, – туманно ответил Егор.

Он не собирался откровенничать с человеком, который еще вчера был подозреваемым.

– Если я могу вам чем-то помочь, – неуверенно проговорил Нестеров, – вы можете рассчитывать.

– Постарайтесь пробыть в нашем городе как можно дольше, Степан Сергеевич, – неприятным скрипучим голосом попросил его Егор.

– Я понял. – Нестеров повернулся, чтобы уйти. – Правда, не представляю, где остановиться. Денег на гостиницу у меня нет. Много потратил на адвоката.

Последняя фраза была упреком в адрес капитана. Но он не засовестился. Совеститься из-за каждого упрека подозреваемого – тут не работать.

– Как вы считаете, если я попрошу Марину предоставить мне комнату, это не будет слишком?

– Марину? Девушку погибшего водителя? – вытаращился на него Егор. – С какой стати?

– Ну… Я же изначально приехал в этот город по их приглашению. Отдых по обмену. Может, слышали? Мне была выделена комната. Правда, пожить в ней мне почти не пришлось. Я нашел Анну и потом… Вы все знаете.

– Анну-то как так быстро нашли? – недовольно буркнул Егор.

Кажется, Нестеров ему уже об этом рассказывал. И в протоколе это отражено было. Просто замотался, забыл.

– Я вам уже рассказывал, – тут же упрекнул его Нестеров. – Мой брат узнал в плачущей девушке злополучного рейса Анну Логинову…

– …по фотографиям из желтой прессы, – закончил за него Егор, сразу вспомнив.

– Совершенно точно. Его жена читает подобную чепуху. Фото было большим, на весь разворот. Анна была там… не в себе.

Он замялся. Говорить плохо о покойниках, видимо, было не в его правилах. Но Егор остался безучастным к его смущению. Он по-прежнему не верил Нестерову.

– То есть на фото Логинова была пьяна? – уточнил он.

– Да. И там же было написано, где она обычно опохмеляется. Крохотная забегаловка с хамоватыми официантками. Там я ее и нашел. И обнаружил человека, который за ней следил.

– И об этом вы тоже нам рассказывали, – рассеянно отозвался Егор, у него куда-то запропастился степлер, а он ему срочно понадобился.

– Но это был совсем не тот человек, который напал на меня во дворе Елизаветы Егоровой, – проговорил Нестеров, с сожалением посматривая на капитана.

Перед кем он здесь распинается, господи! Вихров его даже не слушает. Ему важнее бумажку в дело подшить, чем выслушать мнение авторитетного свидетеля. А Степан себя считал авторитетным свидетелем, да! Весьма заинтересованным в том, чтобы справедливость восторжествовала! Но дела до этого, кажется, никому нет.

– Товарищ капитан. – Нестеров сделал два метровых шага, вновь становясь перед столом Вихрова. – Вы вот даже меня не слушаете! А у меня для вас важная информация.

– А разве не всей информацией вы со мной успели поделиться? – жестко оборвал его Егор.

Еще не хватало – его учить станут!

– Разве вы что-то утаили от следствия? – спросил он противным едким голосом, от которого самому стало неприятно.

– Не утаил. Просто не рассказал.

– Почему?

Вихров поставил локоть на стол, подпер подбородок кулаком. Как же этот мужик его достал! Оставляешь под замком – возмущается. Отпускаешь – не уходит. Ему через час на доклад к начальству. А доложить нечего! Четыре трупа с одного рейса! Попахивает маньяком. Но как тогда присовокупить к этому следы наркотического вещества, обнаруженные на столе в мастерской погибшего гончара? Как? Чертов клубок! Просто лабиринт какой-то. Куда не свернешь – везде загадки.

– Почему? – повторил он вопрос.

– Вы не спрашивали, – вполне миролюбиво улыбнулся Нестеров.

– Хорошо, присядьте. – Егор со вздохом указал ему на стул, с которого Нестеров минут пять назад поднялся. – И рассказывайте, что утаили от следствия.

– Я не утаил. Просто не рассказал, – поправил его Нестеров, присаживаясь. – Не был уверен. Вот и промолчал.

– Хорошо, хорошо, говорите уже.

– Я шел на встречу с Анной Логиновой в тот вечер, это вы знаете.

Егор кивнул.

– До места встречи оставалось совсем немного, когда я услышал вскрик. Женский вскрик.

– Это есть в протоколе. Дальше, – скомандовал Вихров.

Время шло, работа над докладом ни с места.

– Я сразу неладное почувствовал. И побежал, – признался Нестеров, опуская глаза, уставившись на свои сцепленные замком пальцы. – И увидел человека, который убегал. А подбежал ближе, увидел Анну. Вызвал «Скорую», полицию и…

– И сбежали с места преступления, – закончил за него Егор.

– Не сбежал. Я побежал за этим человеком. И «Скорую» с полицией вызывал уже на ходу.

– Побежали? За ним? – Егор вдруг заинтересовался, отодвинул в сторону бумаги. – И? Догнали?

– Нет. Он скрылся.

– О как. Почему-то я так и думал.