Руслан Белов - Сердце дьявола - 2

- Ты что, братан? Тебе "Памира" рублевого жалко? - удивленно спросил Николай.

- Не жалко! - ответил двойник. - Просто хочу показать, как курить надо.

И пошел к двери, закурил у нее сигарету и, сделав глубокую затяжку, тут же выдохнул дым в одно из зиявших в двери пулевых отверстий.

- Старческий инфантилизм, развившийся на фоне фатального наследственного кретинизма... - констатировал Баламут, огорченно качая головой. - Я вам сочувствую, товарищ прямоходящий.

- Да нет, не старческий, - сказал двойник, когда от сигареты остался бычок короче некуда - Посмотри.

И открыл дверь. Увидев то, что было в коридоре, Николай хотел присвистнуть, но пересохшие губы не дали ему выразить чувств. А удивляться было чему - на пять метров в обе стороны от двери отсека пол коридора выстилали тела охранников.

- Ни фига себе... - только и смог сказать Баламут.

- Не любят они никотина, мрут как лошади, - устало зевнул двойник, закрывая дверь. - Но их еще много, а сигарет мало, всего пять штук осталось, а этот (он кивнул на мирно бухтящий бытовой генератор с Трахтенном) еще полчаса как минимум вариться будет...

Баламут понял, что если бетономешалка не освободится вовремя, и они не успеют "сварить" сигареты, то роботы-охранники убьют его во второй раз. И чтобы не думать об этом, спросил:

- Ты, как я догадываюсь, из этой машины получился?

- Да...

- А как ты сообразил, что меня надо туда сунуть?

- Я не сообразил, я просто сунул. Правда, сначала голову тебе и твоему другу оторвал... Уже мертвым оторвал...

- А что так? - удивился Баламут, ощупывая свою шею по всему периметру.

- Не знаю... Как вылез, так и сорвался, как бешеный... Но потом как-то незаметно подобрел...

- Значит, правду Трахтенн про вас говорил...

"Что говорил?" - рассчитывал услышать Баламут в ответ, но двойник безмолвствовал. Понаблюдав в раздумье за бытовым генератором, Коля все же решил проверить утверждение мариянина, что все регенераты не вполне нормальные в умственном отношении существа:

- У тебя с головой все в порядке? - спросил он, как спрашивает шофер шофера о состоянии карбюратора.

- Все в порядке... - ответил регенерат. - А вот ты, похоже, шизофреник - говоришь много и не по делу, думаешь часто...

- А жизнь свою ты помнишь? - решил сменить направление разговора Коля, несколько смущенный прямолинейностью ответа.

- А зачем ее помнить? - удивился регенерат. - Зачем мне помнить, как я тебе голову оторвал, а потом в агрегат этот сунул?

- М-да, ты прав, согласился Баламут. - А кайфы какие ловишь? Кроме, естественно, отрывания голов у новоиспеченных трупов?

- Поспать люблю... - начал перечислять двойник. - Еще люблю, когда мускулы играют... Еще люблю, когда на меня нападают...

- Неужели? - обрадовался Коля. - Но это же достаточно опасно? Убить могут...

- Это шизофреники хотят жить дольше. А нам, нормальным людям, все равно сколько жить...

- Послушай, а выпить ты любишь? - спросил Баламут, чтобы не молчать. Водочки холодненькой, пивка?

- А есть?

- Есть, - приняв важный вид, сказал Коля. - Но водку у нас принято пить только по праздникам, ну, и после удачных дел...

- А дела важные есть?

- Да. Надо корабль этот захватить, пока нас всех не поубивали.

- Так пошли, захватим...

- Нет. Сейчас рано. Сначала надо этого, Трахтенн его зовут, доварить, потом вместе с ним решим, как воевать. Слушай, а он не выскочит, как ты? Я имею в виду, головы нам не оторвет?

- Не должен... Ты же мне не оторвал, когда выскочил. Хотя кто его знает...

Они сели ждать. Регенерат тотчас уснул, а Коля задумался о бетономешалке.

Познакомившись поближе со своим двойником, Баламут понял, что этот парень из той же колоды, что и копы. Он вспомнил, как Ленчик Худосоков ему говорил, что они сначала кажутся неразвитыми, а потом понемногу прибавляют. Такими же были его собственные копы и копы его друзей - поначалу выглядели как этот регенерат, но потом постепенно как бы проявлялись умом и памятью. Из этого следовал вывод, что и копы появились из бытового генератора или из аналогичного прибора. Еще немного подумав, Баламут понял, почему бытовой генератор мотался с ним по России, а потом и по Вселенной - Трахтенн говорил, что они ласку любят, а он ведь после того, как загрузил в нее скатерть с остатками продуктов, погладил и поцеловал ее. "Вот она и приручилась", - окинул он теплым взглядом довольно заурчавшую машину.

Поурчав минуту, бетономешалка закончила, наконец, работать, и Баламут направился к ней вынимать Трахтенна.

Мариянину не пришлось долго объяснять ситуацию - почти все он понял сам. Включая и то, почему регенерат голый. Действие никотина на "чебурашек" его несколько удивило, и он попросил Баламута помочь ему внести в отсек одного из них - хотел посмотреть, нельзя ли их отремонтировать, перепрограммировать и поставить в строй на свою сторону. Но когда они открыли дверь, волосы их стали дыбом - из всех роботов-убийц как бы вышел воздух - их оболочки лежали на полу, как проколотые оболочки надувных игрушек.

- Членистоногие... - упавшим голосом сказал Трахтенн. - Он выпустил членистоногих. Все, господа, сливайте воду.

2. Членистоногие начинают. - Благородство упадает на голову.

Захлопнув дверь, Баламут посмотрел на бледного от волнения Трахтенна.

- Что, никак нельзя с ними справится? - спросил он подрагивающим голосом.

- Только при помощи вакцины. Но она в медпункте. А медпункт располагается в командном пункте. Это во-первых. А во-вторых, они, наверное, уже лезут сюда через пробоины в двери...

Осмыслив эти сведения, Баламут понимающе кивнул. Подойдя к ящику ПВВВ, служившего им достарханом, взял с него недоеденную булку, откусил кусочек и принялся его тщательно разжевывать. Разжевав, замазал получившейся массой пулевую пробоину в двери, затем другую. Третью пробоину замазал регенерат.

- Молодец! - похвалил его Баламут.

- А что молодец? - грустно усмехнулся Трахтенн, стараясь не смотреть на обнаженного регенерата. - Заклеивай, не заклеивай, все равно они нас съедят.

- Ты давай, не паникуй, а лучше садись и думай, как с манолиями совладать. Ты ведь их не понаслышке знаешь (Трахтенн рассказывал Баламуту о своих сексуальных экскурсиях на Марго).

- Думай, не думай, три рубля - не деньги. Ты, что, не понимаешь, что до манолий дело не дойдет?

- Дойдет - не дойдет, это мы посмотрим. Садись, давай, и думай.

Трахтенн пожал плечами и полез на ящики ПВВВ думать. Баламут, проводив его глазами, подмигнул регенерату:

- А мы с тобой подумаем, как с муравьями сладить...

- Я думать не умею, - ответил на это регенерат, совсем так ответил, как отвечают: "Я не курю". - Думай ты, а я лучше продуктов и сигарет наделаю скоро ужин, а у нас шаром покати.

И принялся закладывать в бетономешалку остатки пищи. Последней он взял порожнюю бутылку из-под водки и вопросительно показал ее своему двойнику. Тот утвердительно кивнул, и бутылка немедленно очутилась в чреве машины. Затем регенерат подошел к Трахтенну и попросил позволения отрезать с его пончо маленький клочок.