Сандра Браун - Чужие интриги

Хови заулыбался. У него было мало друзей. Точнее, вообще не было – во всяком случае, таких, кому можно излить душу. Может, хоть теперь появится один. От этой мысли он даже почувствовал легкое головокружение.

– А я видел то интервью с первой леди, – бросил мужчина. – Впечатляет. Кстати, а как имя той журналистки, которая его брала?

– Барри Тревис. – Хови не упустил случая намекнуть, что это он ее нанял. – Помню, она долго сидела без работы. Ну, я и подумал – какого черта? Дам девочке шанс. К тому же она красотка.

– Раз уж все равно приходится брать их на работу, так почему бы не нанимать хорошеньких, верно? – С губ мужчины сорвался смешок.

Хови ухмыльнулся – они с этим парнем понимали друг друга с полуслова.

– Это точно, старик, – заговорщически подмигнул он. – У нас с Барри все было уже вроде как на мази, но потом я дал задний ход – эти служебные романы до добра не доводят, ну, ты меня понимаешь. Но она молодец. У меня с ней не было никаких хлопот – не то что с другими до нее. Кстати, из нее получился чертовски хороший репортер. Схватывает все на лету. Может, не в меру амбициозна, а так ничего.

– Это как?

– А то ты не знаешь? Сделала репортаж – заметь, под моим руководством – он имел успех, ну и у девочки закружилась голова. Возомнила себя бог знает кем. Теперь вот доводит меня до белого каления – все твердит, что, мол, нарыла что-то потрясающее.

– В самом деле? – Хови заметил, что его собеседник перестал нетерпеливо поглядывать на часы. Похоже, он даже забыл, что торопится на работу – уселся поудобнее и явно приготовился слушать. – И что на этот раз?

– В том-то все и дело, что паршивка мне не рассказала!

– Да брось! – не поверил мужчина. – Кому я проговорюсь?

– Правда, не знаю. Клянусь. Сказала только, что если все так, как она думает, скандал разразится почище Уотергейта.

– Должно быть, нечто сенсационное. – Губы мужчины искривились в улыбке.

– Еще бы! Иначе стала бы она отпрашиваться у меня? Сказала, хочет что-то разузнать, а для этого ей нужно на пару дней уехать из города.

– И куда, если не секрет?

В его голосе звякнул металл, и рука Хови, которой он потянулся за орешками, внезапно повисла в воздухе. Только сейчас до него дошло, что он, расхваставшись, едва не выболтал собеседнику важную информацию.

– Понятия не имею, – промямлил он. – Она не сказала.

– Неужели даже не намекнула? – Мужчина снова растянул губы в улыбке.

– Не-а.

– Не девушка, а сплошная тайна.

– Женщины, что тут сказать? Кто их поймет? – Орешки внезапно застряли в пересохшем горле, и Хови, раскашлявшись, потянулся за пивом.

– Ну что ж, уже поздно, а ты собирался вернуться на работу пораньше. Спасибо за выпивку.

Новый знакомый поднялся из-за стола. Хови поспешно последовал его примеру.

– Рад был встрече, – пробормотал он.

– Еще бы, везунчик ты этакий. Вернешься домой, став на пятнадцать баксов богаче.

– Может, как-нибудь пересечемся, – пробормотал Хови, надеясь, что его собеседник не сочтет это за навязчивость. – Я тут бываю пару раз в неделю. Ну, когда нет других дел. Захожу выпить с приятелями.

– Что ж, тогда до встречи. – они обменялись рукопожатием.

Хови проводил его восхищенным взглядом. Эх, вот бы ему научиться так держаться! Мужчина шел по залу уверенно и вместе с тем независимо, Хови почувствовал легкий укол зависти. Что-то подсказывало ему, что больше он его не увидит.

Проехав пару кварталов, Спенсер Мартин оглядел себя в зеркале заднего вида, рассмеялся и стащил с головы бейсболку с пришитыми сзади длинными, вьющимися волосами, потом отодрал приклеенные фальшивые усы. К сожалению, избавиться от пропитавшего его одежду запаха табачного дыма и кислого аромата пива, стоявшего в баре, куда он потащился вслед за Хови Фриппом, будет сложнее, недовольно подумал он.

Ну и мразь, с содроганием думал Спенсер по дороге в Белый дом. К счастью, ему удалось выведать у него все, что им с президентом хотелось узнать. Итак, Барри Тревис ведет журналистское расследование, собираясь сделать из этого сенсацию. Но имеет ли это отношение к Дэвиду и Ванессе?

Будь Фриппу что-то известно, он бы наверняка проболтался. Стало быть, ему неизвестно, чем занимается Тревис. Спенсеру Мартину, увы, пока тоже. Впрочем, это дело поправимое, решил он. И поклялся, что не успокоится, пока во всем не разберется.

– Что ж, рад, что вы всем довольны, миссис Гэстон… Нет, нет, я уверен, миссис Меррит одобрит мой выбор… Хорошо. Теперь насчет нашей договоренности на завтра: машина заедет за вами в шесть тридцать. Да, знаю, немного рановато, но… Хорошо. Отлично. Тогда до встречи. Доброй ночи.

Джордж Аллан в задумчивости уставился на телефонную трубку, словно не зная, что с ней делать, когда на пороге кабинета появилась его супруга с двумя чашками кофе в руках. Одну она поставила перед ним на стол, а сама устроилась на кожаном диване напротив мужа.

– Кто звонил?

Кабинет доктора Аллана располагался на втором этаже их стильного и при этом достаточно уютного особняка в самом конце Массачусетс-авеню, более известной, впрочем, как Посольская улица. Джордж Аллан поднес к губам чашку.

– Мальчики в постели?

– Да, но я позволила им поиграть еще десять минут. А потом велела потушить свет и ложиться спать. Так кто это был? – повторила Аманда, кивнув на телефон.

– Частная медсестра, которую я пригласил ухаживать за Ванессой. Она чуть с ума не сошла, когда я сказал, кто будет ее пациенткой. Даже сначала не поверила, что речь идет о первой леди.

– Ванессе нужна сиделка?

Алланы знали Мерритов еще с тех пор, когда те, только что поженившись, пытались привыкнуть к семейной жизни, и это у них не очень-то получалось.

– Просто на всякий случай, – нахмурился Джордж. – Дэвид считает, что она нуждается в постоянном присмотре квалифицированной медсестры.

– Вот как, – протянула Аманда. – А я думала, ей просто необходим отдых.

– Так и есть.

– Но раз ей нужен постоянный медицинский уход, не разумнее было бы поместить ее в клинику?

– Хватит меня допрашивать, Аманда! – Джордж так стремительно поднялся из-за стола, что кресло, отъехав в сторону, с грохотом ударилось о стену. Открыв бар, он извлек бутылку бренди и щедро плеснул себе в кофе.

– Даже не думала, – мягко сказала жена.

– Ну да, как же! Проклятье! Любой разговор ты почему-то превращаешь в перекрестный допрос.

– Сам виноват! – отрезала Аманда. – Стоит только задать вопрос, даже самый невинный, как ты тут же лезешь на стенку. Вот чего ты так ощетинился, скажи на милость?

– Потому что никакой это не невинный вопрос, Аманда! Что ты пытаешься из меня вытянуть?!

– Ну, знаешь! Тебе не кажется, что это уже отдает паранойей? – возмутилась она. – Что такое известно о тебе Дэвиду, что ты шарахаешься от собственной тени? Даже во мне видишь врага!