Кристина Ульсон - Заложник

— И что я должен делать? — Захария отложил в сторону сигарету и кофейную чашку.

— Об этом мы еще поговорим. Вы не догадываетесь, кто мог устроить все это?

— Понятия не имею. — Захария покачал головой. — Никто из моих знакомых на такое не способен. Я не вращаюсь в таких кругах.

— Да ладно, — махнула рукой Эден. — Рассказывайте сказки кому-нибудь другому. У нас есть и камеры слежения, и записи телефонных разговоров. Нам известно, кто ваши друзья.

Некоторое время Захария удивленно смотрел ей в глаза, а потом вдруг расхохотался:

— А теперь я вам скажу: дурите кого-нибудь другого. Сидите там со своими камерами и строите теории похлеще, чем вокруг смерти Элвиса. Ничего у вас на меня нет! И вы ничего не знаете о том деле с Эллисом и Хасаном.

— Должна заметить, улик против вас достаточно. То, что вы забирали из бутика пакет, — лишь одна из них.

— Но я же говорил, что не знал, что в нем!

— Кроме того, ваш приятель Эллис оказался настолько неблагодарен, что дал против вас показания.

Захария смотрел на нее исподлобья.

— Рассудите сами, — продолжала Эден, наклоняясь к нему. — От вас зависит жизнь четырех сотен человек. Помогите нам, докажите, что вы не такой, как Хасан с Эллисом. Кто, по-вашему, может за всем этим стоять?

Захария потер пальцем лоб. Он выглядел усталым. Когда он поднял глаза, Эден впервые стало его жалко.

— Я действительно ничего об этом не знаю, совсем ничего, — повторил он.

На этот раз она ему поверила:

— Плохо.

Эден продолжала сидеть на стуле. Следователь стоял в дверях. Похоже, он смирился со своей ролью. Наконец Захария снова повернулся к ней.

— Послушайте, — сказал он. На этот раз его голос звучал умоляюще. — Я не террорист. Я догадываюсь, где мог всплыть мой номер, и повторю еще раз: тогда он принадлежал не мне.

Эден был хорошо известен этот его аргумент, но сейчас он прозвучал совсем иначе, чем раньше.

— Но ведь вы утаиваете от нас, кому он принадлежал, — сказала она. — На суде вы говорили, что забыли, у кого купили телефон, сколько заплатили и когда это произошло. Вы и сами понимаете, что все это выглядит неправдоподобно, ведь так?

Захария молчал, с лица его не сходило жалостливое выражение.

— Ну что? — Эден сощурила глаза. — Все еще не припоминаете?

Захария молчал. Все понятно, он не станет отвечать на ее вопросы. Он лгал с самого начала. Он столько раз переиначивал историю с телефоном, что было бы наивно воспринимать очередной вариант всерьез.

— Нет? — Эден встала. — Прекрасно. У меня нет времени играть в загадки. Если надумаете что-нибудь нам сообщить, обратитесь к охраннику, он тут же нам позвонит. Спасибо, что уделили нам время. — Она поставила стул обратно в угол.

— Спасибо за сигареты, — отозвался Захария.

— Не за что.

Эден вышла из камеры. За ней безмолвной тенью следовал ее спутник.

— А разве из СЭПО никого не будет? — спросила Фредрика, когда они поворачивали с Санкт-Эриксгатан на Торшгатан.

Алекс вел машину в сторону Сольны, где находился таунхаус, в котором проживала семья Карима.

— Мы встретимся с ними на месте, — ответил он.

Впереди показался мост Сольнебрун. Машина миновала Северный вокзал, территория которого превратилась в гигантскую строительную площадку. Здесь, если верить слухам, возводили сотни жилых домов и множество магазинов, торговых и офисных центров. Однако их появление, судя по всему, было делом далекого будущего. Даже очертаний большинства зданий пока не просматривалось, повсюду высились лишь кучи строительного мусора.

— Как тебе СЭПО? — спросила Фредрика.

Ей было любопытно узнать его мнение. Сама она видела сотрудников спецслужб на двух последних совещаниях, и они оказались такими же умными и элегантными, какими она всегда себе их представляла. Одна только Эден Лунделль обманула ее ожидания: показалась слишком яркой для сотрудницы такого рода учреждения и как будто вся была на виду. Тем не менее Фредрика понимала, что это ложное ощущение.

— СЭПО впечатляет, — кивнул Алекс. — Я ожидал увидеть тоскливую контору.

— Почему? — удивилась Фредрика.

— За последние несколько лет много моих коллег ушли работать в СЭПО, или в «секретную зону», как мы ее тогда называли. Конечно, все они в один голос твердили, что довольны новой службой, — там ведь везде такая секретность! — однако по ним было видно, что это не так. Наконец один из них напился на празднике и выложил все как есть. Он сказал, что он не остался бы в СЭПО ни дня, если бы не высокая зарплата. Хотя, вполне возможно, ему просто не повезло с должностью. Там многие довольны тем, что они делают. Эден, например.

Фредрика вздрогнула. Что может быть хуже тоскливой работы! Многие ее знакомые и бывшие коллеги прозябали в СЭПО на должностях аналитиков и администраторов. Стоило устраиваться в СЭПО, чтобы перекладывать бумажки с места на место!

Алекс остановил машину на площадке перед таунхаусом.

Квартира Карима Сасси оказалась в самом дальнем подъезде. Фредрика обратила внимание, что на многих окнах нет занавесок, зато стоят горшки с высокими растениями. Перед домом был разбит небольшой сад с клумбами. Казалось, осень подкралась незаметно и уничтожила красоту, созданную трудами заботливых жильцов.

Алекс и Фредрика вышли из машины и направились к двери. В это время на площадке перед таунхаусом показался еще один автомобиль. Он припарковался за машиной Алекса; вышедший из него высокий смуглый молодой человек поднял в знак приветствия руку.

— Никого нет дома? — поинтересовался он, приблизившись.

— Пока не знаем, — ответил Алекс.

— Похоже, света в квартире нет, — заметила Фредрика. — Ни одно окно не горит.

Она поплотней завернулась в куртку. Холодный, как видно, район.

— Давайте позвоним в дверь, — предложил Алекс.

Звонок оказался таким громким, что Фредрика вздрогнула. Открывать, однако, никто не торопился. Алекс нажал кнопку еще раз. Парень из СЭПО покачал головой:

— Похоже, действительно никого нет. — Он спустился с лестницы и заглянул в окно.

Алекс пошел за ним, Фредрика осталась у двери. Из-за маленького роста ее нельзя было разглядеть в глазок.

«Приятный квартал, — отметила она про себя. — Тихий, много зелени».

Спенсер, всю свою сознательную жизнь проживший на загородной вилле, долго колебался в выборе жилплощади. Он не хотел переезжать в городскую квартиру. «Детям нужен сад», — повторял он. Однако Фредрика полагала, что его больше заботят собственные нужды. «Кого ты хочешь обмануть, мой милый?» — каждый раз спрашивала она.

Саму ее мало прельщала перспектива добираться на работу по бездорожью.

— Тогда найди дом в городе, — сказала она Спенсеру. — И давай больше не будем об этом.