Виктор Доценко - Бешеный жив !

Как воспитанный человек подполковник не стал занимать начальническое место за столом, а предложил устроиться у журнального столика.

- Может, чаю или кофе?

- Нет, благодарю вас: давайте приступим к разбору полетов.

- Вы так серьезны. Надеюсь, не подозреваете, что это было покушение на вас? - озабоченно спросил подполковник и в сердцах добавил, - этого нам в крае еще не хватало!

- Ни в коей мере.

- Откуда такая уверенность?

- Во-первых, в Ставропольском крае мало кто еще знает, что я занял этот пост, во-вторых, у меня нет врагов, - сказал Савелий, но сразу поправился. - По крайней мере, пока нет. Вполне допускаю, что эта акция была направлена против кого-то из находившихся в тех двух машинах. Хотя и не исключено, что потенциальные убийцы могли перепутать их с заказанными им жертвами. Ведь в нашем отечественном бардаке всякое случается...

Савелий намеренно не уточнил, ни в какую машину целились убийцы, ни свое местонахождение в момент взрыва.

- Почему вы так думаете?

- Террористический акт был прекрасно подготовлен, исполнители оснащены новейшим иностранным оружием, рациями, и наверняка эти двое профессиональных убийц имели сообщников, которые и сообщали им о передвижениях об®екта по рации, а потому ошибка маловероятна.

- Откуда вам известно, что у террористов было иностранное оружие?

- Я бы мог ответить, что за несколько лет, проведенных в Афганистане, можно научиться отличать звуки нашего оружия от иностранного. Однако повторю то, что вы уже слышали: я поднимался на чердак, где видел и австрийскую винтовку с цейсовской оптикой, и израильский гранатомет, и последней модели "Уоки-токи" американ-ского производства.

- А террористы-то сбежали?

- Напротив. На каждом чердаке лежал мертвец.

- Так вы об этих трупах говорили! - вспомнил подполковник.

Савелий молча кивнул.

- И уж конечно, вы не видели, кто с ними расправился? - бесстрастно предположил подполковник.

- Почему же?.. - словно не заметив скрытой иронии в вопросе собеседника, ответил Савелий. - Одного видел...

- Вот как? - оживился тот. - А куда он делся?

- Он тоже мертв.

- Лично я - ничего не понимаю! А вы?

- Если позволите, могу высказать некоторые предположения.

- Слушаю вас.

- Но сначала расскажу вам о том, что я обнаружил, когда поднялся на чердак, откуда, полагаю, выстрелом в голову был убит второй террорист. Его сообщник лежал на спине, сжимая в руках винтовку. Знаете, нисколько не удивлюсь, если экспертиза покажет, что у него сломан шейный позвонок.

- Один пристрелил другого, а потом сломал сам себе шею. Забавно, не правда ли? - скептически усмехнулся подполковник, - Кстати, с чего вы взяли, что они сообщники?

- У них одинаковое оружие.

- Судя по всему, у вас имеется некая версия происшедшего, не так ли?

- Предположение... - поправил Савелий. - Оба террориста, наблюдая за улицей, постоянно находились в поле зрения друг друга...

- На таком расстоянии, да еще в сумерках? - выразил сомнение подполковник.

- Их оптика позволяет даже газету читать на большом расстоянии...

- Не понимаю, что нам это дает, - признался подполковник, - но давайте завершайте ваши догадки.

- Предположим, что они от нечего делать глядели друг на друга в оптические прицелы...

- Ну и?

- А тут, как мне кажется, заговорила рация. Кстати, я обратил внимание, что его рация, как и ваша, тоже была включена. Так вот, пребывая в нервном напряжении, от неожиданности этот террорист нажимает на спуск, но так как он сам не был готов к стрельбе, отдачей приклада его откидывает назад, он ударяется о балку и ломает себе шейный позвонок.

- Что ж, в логике вам не откажешь, - задумчиво проговорил подполковник, помолчал немного, а потом спросил: - Вы, часом, не в разведке в Афганистане служили?

- За Речкой, товарищ подполковник, все были солдатами, и все были разведчиками, - серьезно ответил Савелий.

- Наверное, вы правы, - продолжая о чем-то размышлять, согласился Михаил Иванович.

- Мне кажется, вы и сами за Речкой были, так что у нас с вами есть кое-что общее, - глядя прямо в его глаза, сказал Савелий.

- Что, от меня до сих пор Афганом пахнет? - грустно усмехнулся подполковник.

- Вы знаете, только бывший афганец не спросит, о какой речке идет разговор?

- А вам палец в рот не клади.

- Вам тоже. Скажите, Михаил Иванович, я могу идти?

- Вы где остановились? - спросил подполковник и пояснил: - Это на случай, если у меня к вам появятся еще вопросы.

- В "Жемчужине".

- Не самая плохая гостиница. - отметил Пуговкин.

- Шутите? - Савелий встал и протянул руку: - Рад был познакомиться.

- Мне тоже приятно.

Проходя мимо комнаты, где он оставил Ставрополь-ского и его ребят, Савелий заглянул в нее, но там, кроме майора, уже никого не было.

Майор хотел что-то спросить, но Савелий его опередил.

- До свидания, товарищ майор, - попрощался он.

- Всего доброго...

Выйдя из здания управления, Савелий остановился, размышляя, куда направиться, но тут услышал короткий автомобильный сигнал и понял, что сигналят ему. Действительно, в тени соседнего здания его ожидал Ставропольский с ребятами.

Роман вышел ему навстречу:

- Как прошла беседа?

- Соперники обменялись несколькими уколами, но обошлось без жертв и крови, и они мирно расстались, не держа камней за пазухой, - туманно ответил Савелий.

- И слава богу: было бы несправедливо, если бы у вас возникли неприятности из-за того, что вы нам помогли в столь трудную минуту.

- Пустяки, - отмахнулся Савелий.

- У меня есть предложение, Серафим Кузьмич, - обратился Роман к Савелию.

- Можно просто Сема, - улыбнулся Савелий.

- Очень хорошо, Сема, минут на пять поднимемся ко мне домой, чтобы успокоить жену и детей, а потом поедем к моему приятелю: у него свой ресторан, там отметим наше знакомство и поговорим. Возражения есть? - Роман вопросительно посмотрел на нового знакомца.

- Никаких возражений.

- Васек, - повернулся Роман к своему старшому. - Со мной остается Санек, а все остальные пусть отдыхают. Не думаю, что сегодня меня ожидают еще какие-нибудь сюрпризы.

- Но риск все равно остается, - не согласился тот.

- Я прослежу, чтобы с Романом ничего не случилось, - заверил Савелий.

- Ладно, пусть будет по-вашему, - нехотя уступил Васек-Беспалый.

Ребята попрощались, сели в машину и уехали.

Перевалило за полночь, и Роман, стараясь не шуметь, тихонечко открыл дверь своим ключом.

В квартире Ставропольского стоял невыветрившийся запах краски, и на стенах красовались новенькие обои, они говорили о только что закончившемся ремонте. Квартира была большая и уютная: чувствовались заботливые женские руки и хороший вкус хозяев. Внутри было тихо.

- Все спят, наверное, - почти шепотом проговорил Ставропольский, но в голосе послышались огорчение и недовольство.