Роберт Ладлэм - Протокол 'Сигма'

- Может быть, вернее будет сказать: опережают нас?

Бен некоторое время сидел, массируя виски кончиками пальцев, и наконец чуть слышно проговорил:

- Враг моего врага - мой друг.

- Что вы хотите сказать?

- Совершенно очевидно, что "Сигма" убивает своих. Те жертвы, которых вы пытаетесь разыскать... У всех них есть нечто общее со мной - общий враг. Мы видим одну и ту же картину: испуганные старики, вынужденные под занавес своей жизни скрываться, жить под псевдонимами. Я уверен - они имеют некоторое представление о том, что за чертовщина происходит вокруг. Наша единственная надежда - установить контакт с кем-то из списка, кто все еще жив, кто может говорить. Некто, с кем я смог бы найти точки соприкосновения, добиться симпатии, уговорить его оказать нам помощь, ради прежде всего защиты его собственной жизни.

Анна встала и прошлась по комнате.

- Бен, это может получиться лишь в том случае, если кто-то из них еще жив.

Он долго смотрел на нее, не говоря ни слова; в его глазах можно было прочесть глубокую растерянность. Анна могла бы сказать, что ему очень хотелось полностью доверять ей, так же безоглядно, как - ей очень хотелось на это надеяться - она могла доверять ему. Потом он негромко, нерешительно проговорил:

- У меня такое чувство... Это именно чувство, самое большее обоснованное предположение, что по крайней мере один из них все еще жив.

- И кто же это?

- Француз по имени Жорж Шардан.

Анна медленно кивнула.

- Жорж Шардан... я видела это имя в списке "Сигма". Но ведь он умер уже четыре года тому назад.

- Но сам факт того, что на него заведено досье "Сигма", означает, что Аллен Даллес по каким-то причинам очень заинтересовался им.

- Ну, да, давным-давно, в пятидесятые годы. Но припомните, большинство этих людей уже много лет как на том свете. Мое внимание было сосредоточено на тех, кто оказался жертвами недавней серии убийств - или тех, кто должен был оказаться в их числе. Шардан не относится ни к той, ни к другой категории. К тому же он не был основателем и не входит в ваш перечень. - В списке "Сигма", с которым приступила к работе Анна, перечислялись имена не только первоначальных учредителей корпорации, но и много других людей. Она кинула на Бена пристальный, даже тяжелый взгляд. - Должна задать вам вопрос: почему вам пришло в голову спросить именно о нем? Вы что-то скрываете от меня?

Бен помотал головой.

- У нас нет времени на игры, - сказала Анна. - Жорж Шардан - я знаю его только как имя на бумаге. Но он никому не известен, лично я никогда не слышала о нем. Так почему же он может иметь какое-то особое значение?

- Значение имеет его босс, легендарный французский промышленник человек, бывший одним из учредителей корпорации и присутствующий на фотографии. Человек по имени Эмиль Менар. В свое время он являлся одним из самых могучих титанов экономики. Уже в 1945 году он был стариком; он давно уже умер.

- О нем я знаю. Он основал "Трианон", который часто рассматривают как самую первую в мире многопрофильную промышленную корпорацию, верно?

- Совершенно правильно. "Трианон" - одна из крупнейших индустриальных империй во Франции. Эмиль Менар сделал из "Трианона" французский нефтехимический гигант, рядом с которым даже "Шлумбергер" казался лавкой дешевых распродаж.

- В таком случае этот Жорж Шардан работал на легендарного Эмиля Менара?

- Работал? Лучше сказать, что он дышал за него. Шардан был его доверенным помощником, адъютантом, фактотумом - называйте, как хотите. Он был не просто приближенным Менара, он был, в буквальном смысле слова, его правой рукой. Шардан попал к нему на работу в 1950 году, когда ему только исполнилось двадцать лет, и всего лишь через несколько лет новичок полностью изменил порядок капиталовложений, предложил сложный путь, гарантирующий их высокоэффективный возврат, и соответствующим образом реструктурировал компанию. Намного опередив при этом свое время. Гигантская фигура.

- Возможно, только в вашем мире.

- Согласен с вами. Но, если говорить как можно короче, дело в том, что старик целиком и полностью доверял своему молодому протеже, тот имел право определять любые крупные и мелкие детали в управлении этим колоссальным предприятием. После 1950 года Эмиль Менар нигде не показывался без Шардана. Говорят, что Шардан знал на память все бухгалтерские книги фирмы. Его можно было назвать ходячим компьютером. - Бен извлек пожелтевшую фотографию группы "Сигма", положил ее перед Анной и ткнул пальцем в лицо Эмиля Менара. - Что вы видите?

- По правде говоря, Менар выглядит довольно усталым. И отнюдь не здоровяком.

- Совершенно верно. Уже тогда он был очень серьезно болен. А последние десять лет своей жизни он провел в безнадежной борьбе против рака, хотя до самого конца оставался все тем же несравненным гигантом. Но он умер с сознанием полной уверенности в том, что его корпорация не только останется сильной, но и продолжит свой рост, потому что в ней имеется такой блестящий молодой Directeur General du Departement des Finance - то есть главный управляющий финансами.

- Из всего этого вы делаете вывод, что Менар мог доверить Жоржу Шардану и тайну предприятия "Сигма"?

- Я абсолютно уверен в этом. Вне всякого сомнения, Шардан оставался где-то за сценой. Но ведь он был так же неотделим от Менара, как его собственная тень. Невозможно даже представить, что Шардан не был полностью посвящен в секреты "Сигмы", какие бы цели ни преследовала эта корпорация и какими бы методами ни пользовалась. А теперь взгляните с точки зрения "Сигмы": чтобы выжить, независимо от своей истинной цели, "Сигма" была обязана постепенно вводить новых членов взамен основателей. И Шардан не мог не играть в ней существенную роль, вероятно, в качестве члена внутреннего совета - Менар должен был позаботиться об этом.

- Ладно, ладно, в этом вы меня убедили, - нетерпеливо прервала его Анна. - Но что это может дать нам сегодня? Мы же знаем, что Шардан умер четыре года назад. Вы думаете, что после него могли сохраниться какие-нибудь бумаги, архивы или нечто в таком роде?

- Нам сказали, что Шардан умер четыре года назад, так? Как раз тогда, когда и мой брат Питер разыграл свою гибель. А что, если он сделал нечто вроде того, что и Питер: чтобы таким образом исчезнуть, уйти в убежище, спрятаться от убийц, которые, как он знал наверняка, уже были или вскоре будут отправлены к нему?

- Постойте, Бен! Вы сами строите предположения, а от них переходите к совершенно необоснованным выводам!

- В вашем списке сказано, что он погиб при пожаре, правильно? терпеливо ответил Бен. - Так не может ли это быть старой уловкой с "обгоревшим до неузнаваемости трупом"? Как было с моим братом? Простите, не стоит позволять снова дурачить себя. - Он, вероятно, заметил скептицизм на ее лице. - Послушайте! Вы же это сами сказали. Мы имеем толпу стариков, которые убиты из-за того, что кто-то увидел в них возможную угрозу. "Сигма", или ее наследники, или распорядители. Так давайте как следует подумаем: почему кучка старикашек, доживающих последние дни, могла рассматриваться кем-то как настолько серьезная опасность, что для ее пресечения стоило пойти на множество убийств? - Бен встал и принялся расхаживать по номеру. - Видите ли, главная моя ошибка заключалась в том, что я рассматривал "Сигму" как некий фасад, подставную организацию, а не подлинную.