Роберт Ладлэм - Протокол 'Сигма'

- Латексный протез, - пояснил их спаситель. Он отцепил нос, потом сморщенные мешки под глазами "старика", и Бен узнал гладкое, лишенное морщин лицо того самого человека, который пытался убить его перед домом Юргена Ленца в Вене. Человека, пытавшегося убить их всех в Париже.

Человека, убившего его брата.

- Архитектор, - выдохнула Анна.

Бен застыл на месте.

Он открыл рот, не веря своим ушам, но это было правдой.

- Он собирался убить вас обоих, подойдя вплотную, - пояснил странный спаситель. Бен всматривался в его желтовато-коричневую кожу, странно длинные ресницы и квадратную челюсть. Говорил смуглокожий с легким ближневосточным акцентом. - Это ему легко удалось бы, так как его внешность ввела вас в заблуждение.

Бен вспомнил странное движение хилого старика, поднявшего руку, чтобы засунуть ее в карман куртки, чуть ли не извиняющееся выражение его лица.

- Подождите минуточку, - заговорила Анна. - Вы же Йосси. Из Вены. Израильский парень, работающий на ЦРУ. По крайней мере вы изображали его из себя.

- Черт возьми, скажите же, кто вы такой! - потребовал Бен.

- Мое имя не имеет значения, - ответил Йосси.

- Ну, а для меня имеет. Кто вы такой?

- Иегудия Малкин.

Имя ничего не сказало Бену.

- Вы следили за мной, - заявил он. - Я видел вашего партнера в Вене и в Париже.

- Да, он зарвался и засветился. Он следил за вами всю прошлую неделю. А я его страховал. Теперь можно вам сказать, Бен: нас нанял ваш отец.

Мой отец? Но для чего?

- Вас нанял...

- Макс Хартман более пятидесяти лет назад купил для наших родителей возможность выехать из нацистской Германии. А человек, который только что погиб, был не только моим партнером. Он был моим двоюродным братом. Иегудия на секунду закрыл глаза. - Да чтоб все это черти побрали! Ави вовсе не собирался умирать. Ему было еще рано. Черт побери все это! - он с силой замотал головой. Смерть родственника, видимо, еще не проникла в его душу, и он не собирался позволить горю овладеть собой - слишком уж неподходящим был момент. Он твердо посмотрел в лицо Бену и увидел его растерянность. - Мы оба обязаны вашему отцу всем на свете. Я полагаю, что у него были какие-то связи с нацистами, потому что он сделал то же самое еще для многих семей немецких евреев.

Макс выкупал евреев - платил деньги, чтобы спасти их от лагерей? В таком случае то, что говорил Зонненфельд, было правдой.

- Где вы учились? - вмешалась в разговор Анна. - У вас не американская подготовка.

Иегудия повернулся к ней.

- Я родился в Израиле, в кибуце. Мои родители уехали в Палестину, как только вырвались из Германии.

- Вы служили в израильской армии?

- Парашютистом. В шестьдесят восьмом, после Шестидневной войны мы переехали в Америку. Мои родители были по горло сыты войнами. После средней школы я поступил в израильскую армию.

- Вся эта венская история с ЦРУ - что, черт возьми, все это значило? сердито осведомилась Анна.

- Для этого дела я использовал моего товарища-американца. Нам было приказано убрать Бена подальше от опасности. Вернуть его в Штаты и взять под прямую защиту. Не позволить ему рисковать.

- Но как вы за это взялись... - начала Анна.

- Ну, вы же должны понять: у нас совершенно не было времени. Знаете, если вы хотите побеседовать со Штрассером, то лучше всего войти в дом, прежде чем объявятся полицейские.

- Вы правы, - согласилась Анна.

- Подождите, - потребовал Бен. - Вы сказали, что вас нанял мой отец. Когда это случилось?

Человек нетерпеливо огляделся.

- Где-то с неделю назад. Он позвонил нам с Ави и сказал, что вам угрожает определенная опасность. Сказал, что вы находитесь в Швейцарии. Дал нам имена и адреса - те места, в которых, как он считал, вы могли появиться. Он хотел, чтобы мы сделали все, что в наших силах, чтобы защитить вас. Сказал, что не хочет потерять еще и второго сына. - Он снова покрутил головой. - Вас чуть не убили прямо у нас на глазах в Вене. Потом еще раз в Париже. И здесь вы тоже вляпались в такую же ситуацию.

Бен не знал, с какого из интересовавших его вопросов лучше начать.

- Куда уехал мой отец?

- Я не знаю. Он сказал, что в Европу, но ничего не уточнял, а ведь это большой континент. Сказал, что с ним несколько месяцев никто не сможет связаться. Оставил нам кучу денег на путевые расходы. - Он мрачно улыбнулся. - Намного больше, чем нам когда-нибудь могло понадобиться, честно.

Анна тем временем склонилась над телом Фоглера и вынула оружие из нейлоновой плечевой кобуры. Она отвинтила глушитель, опустила его в карман своей спортивной куртки, а пистолет засунула за пояс юбки, так что его совсем не было видно.

- Но вы ведь здесь не следили за нами, - сказала она, - или все-таки следили?

- Нет, - не слишком охотно согласился Малкин. - Имя Штрассера было в списке, который дал мне Макс Хартман. Там был его адрес и псевдоним.

- Он знает обо всем происходящем! - в сердцах воскликнул Бен. - Он знает всех игроков. Он рассчитал, что я в конце концов смогу выследить Штрассера.

- Но нам удалось сесть на хвост Фоглеру, который не очень беспокоился по поводу слежки за ним самим. Поэтому как только мы узнали, что он летит в Аргентину, а у нас был адрес Штрассера...

- Вы следили за домом Штрассера последние пару дней, - утвердительно заметила Анна. - Ожидая появления Бена.

Их собеседник снова оглянулся.

- Знаете что, нам нужно пошевеливаться.

- Действительно, надо, но сначала все же скажите мне еще одну вещь, продолжала Анна, - раз уж вы вели наблюдение: Штрассер только недавно возвратился в Буэнос-Айрес?

- По-видимому, да. Такое впечатление, что он вернулся откуда-то с отдыха. С ним было много багажа.

- Были у него какие-нибудь посетители после приезда?

Человек на секунду задумался.

- Насколько я видел, нет. Только медсестра, она вошла туда с полчаса назад...

- Медсестра! - воскликнула Анна. Она взглянула на белый микроавтобус, стоявший перед домом. Автомобиль был украшен надписью "Permanencia en CASA". - Быстрее! - крикнула она.

- О, Боже... - пробормотал Бен, устремившись вслед за Анной, а та метнулась к парадной двери и принялась снова и снова нажимать кнопку звонка.

- Вот дерьмо, - простонала она. - Мы опоздали. - Иегудия Малкин стоял позади нее и немного в стороне.

Менее чем через минуту дверь медленно открылась. Перед ними стоял глубокий старик, увядший и сгорбленный, с обвисшей, изборожденной множеством морщин кожей на лице.

Йозеф Штрассер.

- Quien es este? - хмуро спросил он. - Se este metiendo en mis cosas ya llego la enfermera que me tiene que revisar.

- Он говорит, что к нему пришла для осмотра его медсестра, - перевела Анна и добавила, повысив голос: - Нет! Герр Штрассер! Держитесь подальше этой медсестры, предупреждаю вас!

В глубине прихожей мелькнула белая тень.

- Анна! У него за спиной! - предупредил Бен. Медсестра приблизилась к двери и быстро заговорила сердитым, как показалось Бену, тоном, обращаясь к Штрассеру: