Алена Винтер - Черные ирисы

– Настолько интересно, что спустя десять лет ты запрыгнула к нему в постель?

– Ну и язва же ты! – Мадлен подняла голову, глаза ее искрились весельем. – Скажу по секрету, порой мне было интересно, насколько высок уровень его мастерства.

– И как же ты его оцениваешь?

– Микеланджело, – не задумываясь, ответила Мадлен, и женщины рассмеялись. – Так что будем делать с документами об агентстве, которые хранятся в компьютере моего чичисбея?

– Не знаю, – Ольга пожала плечами. – Позже решим.

В комнату вбежали девочки. София присела возле матери, а Виктория бросилась к Мадлен и обняла ее за талию. Мадлен подхватила ее на руки и пригладила растрепавшуюся челку. Обе малышки были похожи на Кристиана: черноглазые и черноволосые. У Софии губы были точно такой же формы, как у отца, а Виктория, когда улыбалась, делалась его точной копией. Мадлен смущенно подумала о том, что девочки будут всегда напоминать Ольге о бароне. Глядя на них, она никогда не забудет и жизнь с ним, и его смерть.

– Мадлен, а ты останешься с нами жить? – спросила Виктория.

Мадлен беспомощно посмотрела на Ольгу. Та молча улыбалась, показывая глазами, что не собирается помогать ей отвечать на этот вопрос.

– Я не знаю. У меня, вообще-то, есть свой собственный дом.

– А у тебя есть сад? – Виктория потянула ее за палец. – И бассейн?

– Нет.

– Тогда тебе надо жить с нами, – уверенно сказала девочка. – Как же можно жить без бассейна?!

Ольга повернулась к подруге.

– Послушай, Виктория права. Переезжай к нам или хотя бы погости.

Мадлен замялась.

– Если ты думаешь об Эдди, – продолжала Ольга, – то он может бывать у нас так часто и так долго, как ты захочешь.

– Я принимаю приглашение, – Мадлен сделала реверанс. – Кроме того, я считаю, что госпожа Виктория абсолютно права. Без бассейна жить невозможно!

Мадлен подхватила сумочку и почтительно поклонилась.

– Утром я приеду к вам с чемоданами. И поверьте мне, нас ожидает веселая жизнь, так как я собираюсь задержаться здесь надолго.

Ольга долго не могла уложить детей спать. Наконец, они уснули, и она спустилась вниз. Она сидела в гостиной перед телевизором, когда раздался звонок в дверь. Первой ее мыслью было, что Мадлен решила не дожидаться утра и переехать к ним уже сегодня. С улыбкой она направилась к двери.

– Я вижу... – начала Ольга и замолчала, увидев на пороге Марвина. – Что тебе надо?

– Может, впустишь внутрь?

– И не собираюсь! – Она попыталась резко закрыть перед ним дверь, но Марвин успел подставить ногу.

Он с силой толкнул дверь, и Ольга, не ожидавшая этого, не удержалась на ногах и едва не упала. Марвин вошел в дом, с ухмылкой направился в глубь гостиной, подошел к столику со спиртным и налил себе виски. Ольга молча ждала продолжения, поняв, что выгнать его будет очень трудно, ведь Марвин был уже изрядно пьян. Он был непочтителен и беззастенчиво дерзок, ибо его мозг уже отказывался адекватно воспринимать окружающее.

Марвин удобно устроился на диване с бокалом в руке, положил ноги на стеклянный стол и жестом пригласил Ольгу сесть рядом.

– Что ты себе позволяешь? – возмутилась она. – Убирайся отсюда, пьяная скотина!

Она говорила тихо, чтобы не разбудить детей. Голос ее был полон презрения. Марвин оскалился:

– Я не собираюсь уходить.

– Тогда я вызову полицию, и тебя увезут.

– Я всего лишь пришел узнать, как чувствует себя молодая вдова. – Марвин забавлялся, глядя, как Ольга нервничает. – Решил предложить свою помощь.

– Мне от тебя ничего не нужно.

– Ошибаешься. Такая женщина, как ты, не может оставаться без крепкого мужского плеча. Ей нужны поддержка и внимание.

Ольга засмеялась, всем видом показывая нелепость услышанного. Однако тут же отшатнулась в сторону, потому что Марвин бросил стакан с виски на пол и поднялся. Неровной походкой он направился к ней. Внутри у нее все задрожало от страха. Она с ужасом смотрела, как Марвин приближается. Алкоголь и ярость окрасили его щеки в пунцовый цвет. Ольга чувствовала жар его тяжелого дыхания. Замерев, она смотрела, как он снимает пиджак, сквозь туман в голове понимая, что именно последует за этими. Яркие картинки той ночи, когда Марвин насиловал ее, возникли перед глазами, пугая своей отчетливостью. Ольга быстро метнулась к двери, но Марвин перехватил ее.

– Отпусти, – полным отчаяния голосом прошептала она.

– Не-ет, – протянул Марвин и провел пальцами по ее шее. – Я же сказал, что пришел тебе помочь.

Ольга попыталась вырваться и ударила его ногой. Марвин даже не отреагировал, лишь крепче прижал ее к себе. Он провел губами по ее щеке, и Ольга от отвращения передернулась, за что мгновенно получила пощечину.

– Не смей так смотреть на меня! – выкрикнул Марвин и схватил ее за руку.

– Не кричи. – Ольга все пыталась вырваться. – Наверху дети, ты их напугаешь.

Марвин, намеренно растягивая слова, произнес:

– Маленькие леди сладко спят в кроватках? Мама ведь не захочет разбудить своих любимых девочек. Не захочет их напугать.

Он рванул Ольгу на себя и начал целовать. Ольга яростно отбивалась, но Марвин крепко ее держал. Медленно, таща за собой стонущую от боли и омерзения женщину, он направлялся к дивану. Повалив ее, он вытащил ремень из штанов и ударил ее. Ольга дернулась от боли, пронзившей плечо.

– Закричишь – изобью до смерти, – предупредил Марвин. – И тебя, и твоих девчонок.

Он просунул руку под платье Ольги и сорвал с нее трусы. Она застонала и резко повернулась, пытаясь ускользнуть в тот момент, когда он ослабил хватку. Ее попытка была пресечена еще одним ударом ремня. На бедре мгновенно появилась багровая полоска.

– Не дергайся, сучка. – Марвин спустил штаны и навалился на нее.

Ольга брыкалась и глухо стонала. Марвин, обдавая ее кислым запахом алкоголя, схватил Ольгу за шею и крепко сжал, перекрывая кислород. Раздвинув дрожащие бедра женщины, он устроился на ней. Ольга чувствовала, как все внутри разрывается от боли. Она хотела кричать, но Марвин зажимал ей рот и срывающимся голосом шептал, что убьет ее и детей, если она посмеет издать хоть один звук. Ольга словно вернулась в ночь перед попыткой самоубийства. Ей казалось, что за дверьми стоит Кристиан и жадно прислушивается к ее стонам. Слезы застилали глаза, и сквозь них она видела смеющееся лицо мужа. Он запрокинул голову, и его жестокий хохот разнесся по всему дому.

Марвин судорожно двигался в ней, и его пот мелкими капельками стекал на шею Ольги. Мокрыми поцелуями он покрывал ее лицо, запустив руки в лиф платья. Он был уверен в том, что Ольга не станет кричать, поэтому больше не зажимал рот, лишь впивался в него губами, мыча от страсти. Наконец, в исступлении он задрожал и обмяк. Ольга горько плакала, чувствуя на себе тяжесть его тела. Тогда он с безразличием посмотрел на нее и вытер слезы с ее щек. Затем встал и поднял ремень с пола. Ольга в ужасе сжалась.