Алена Винтер - Черные ирисы

– Не бойся, – ухмыльнулся Марвин и вдел ремень в брюки. – Больше бить тебя не буду. По крайней мере, сегодня. А теперь оговорим наши дальнейшие отношения.

– Какие отношения?

– Любовные, – процедил Марвин. – Заткнись и слушай. Ты всегда знала, что я хотел тебя, и крутила передо мной хвостом. Завлекала и обдавала холодом. Прогоняла, чтобы я еще больше горел страстью. Раньше я не мог получить тебя, теперь это будет случаться всякий раз, когда у меня возникнет желание. В любой момент я могу прийти к тебе или вызвать к себе.

Ольга покачала головой.

– Я обращусь в полицию, – прошептала она.

– Можешь позвонить полицейским прямо сейчас. – Марвин надел пиджак. – Но учти, как только это случится, я превращу тебя в больную извращенку. Опозорю и отправлю в психушку, а девчонок твоих в приют. Когда они подрастут, сделаю их главными шлюхами в своем агентстве. Буду продавать каждому, кто захочет их попробовать, а потом приезжать к тебе и рассказывать об успехах молодых леди. Ты ведь знаешь, что я не даю обещания впустую.

Ольга с ужасом смотрела на него.

– Марвин, ты не посмеешь причинить боль моим детям!

– Посмею, если станешь упрямиться, – хохотнул Марвин, но тут же со злостью произнес: – Ты будешь моей!

Он наклонился и поцеловал Ольгу. Та глухо застонала, чем вызвала очередную ухмылку Марвина.

– Запомни, дорогая, от твоего поведения зависит будущее твоих детей. Посмеешь нарушить правила, я выполню все свои обещания. – Он холодно посмотрел на нее. – Надумаешь сбежать – убью. Чтобы ты не предприняла такой попытки, за тобой всегда будут присматривать. Теперь ты всецело принадлежишь мне и находишься в моем долгосрочном пользовании. Даю тебе несколько дней на то, чтобы успокоиться и привести себя в порядок. Потом жду в гости.

Ольга напряженно смотрела ему в спину, затем услышала, как захлопнулась дверь, и, уткнувшись в подушку, в отчаянии разрыдалась.

Измученную и подавленную, прикрывающую раскрашенные кровоподтеками ноги, Ольгу обнаружила Мадлен. Девушка с веселыми возгласами втащила в дом два огромных чемоданы и, оглянувшись вокруг, замерла. Она увидела разбитый бокал и разлившееся по полу виски, разбросанные подушки, которые ранее аккуратно лежали на диване, и заплаканные глаза Ольги. Мадлен села на чемодан и закрыла лицо руками. По стоявшему в комнате запаху алкоголя, смешавшегося с запахом пота и знакомым парфюмом, она поняла, кто именно приходил к Ольге.

– Здесь был Марвин? Что он с тобой сделал? – Мадлен бросилась к подруге и обняла ее. – Господи! – заплакала она, увидев следы от ударов ремнем.

– Тише, не плачь. – Ольга прикрыла ноги. – Я пойду в спальню.

Мадлен провела Ольгу в комнату и усадила на кровать. Затем помогла ей раздеться и напустила воду в ванную. Мадлен старалась не смотреть на ее синяки, от их вида у нее начинала кружиться голова. Она живо представляла себе, как Марвин бьет Ольгу, а затем насилует. Как никто другой, Мадлен знала, что именно чувствует Ольга. Боль физическая не идет ни в какое сравнение с тем, что испытывает в данный момент ее душа. Отчаяние, страх и ненависть – вот что сейчас владеет ею. Мадлен намылила мочалку и аккуратно водила ею по коже Ольги, боясь причинить боль подруге. Но и от этих нежных прикосновений Ольга вздрагивала.

– Не сдерживай себя, – попросила Мадлен. – Если хочешь рыдать – рыдай. Кричи, ругайся! Только не молчи!

Но Ольга словно оцепенела, лишь слезы тихо лились по ее щекам, падая в душистую воду. Мадлен насухо вытерла Ольгу полотенцем и уложила в постель, заставив выпить успокоительное и снотворное. Она сидела рядом и слушала ее дыхание, которое постепенно становилось ровным. Убедившись в том, что Ольга спит, Мадлен вышла из комнаты, поднялась в спальню девочек.

– Сегодня я буду вашей няней, – весело объявила она. – Предупреждаю, готовить я не умею. Зато прекрасно знаю, как заказать пиццу.

– Ура! – засмеялась Виктория. – Пицца на завтрак. Мама никогда не разрешала нам такого. А можно мороженое?

– Мадлен, а папу убили плохие люди? – внезапно спросила София.

Мадлен прижала девочку к себе.

– Не знаю, – сказала она.

– Ведь те, кто убивает, всегда плохие. А если убивают плохого человека – это хорошо?

Мадлен опешила от такого вопроса.

– В любом случае убивать – это плохо.

– Даже если человек плохой? – не унималась София.

– Да. Даже если он плохой.

Весь день они с девочками тихо играли в саду. Иногда Мадлен заходила в комнату Ольги и наблюдала за ее сном, гладила плечи, убирала упавшие на лицо волосы. Наконец, Ольга открыла глаза и попросила пить.

– Сейчас. – Мадлен быстро вернулась со стаканом воды. – Я думаю, что мы должны позвонить в полицию.

– Нет, – резко ответила Ольга.

– Что значит «нет»? Марвин должен понести наказание за свои действия.

– Он выкрутится. – Ольга закрыла глаза. – Марвин – изворотливый сукин сын. У него множество знакомых, готовых помочь ему в любой ситуации. Я не думаю, что выиграю, если буду сражаться с ним в открытую.

– Чем он тебя запугал? – возмутилась Мадлен.

Ольга попросила ее сесть рядом и рассказала об угрозах Марвина.

– Тем более обязательно нужно обратиться в полицию! – с жаром воскликнула Мадлен.

– Неужели ты не понимаешь, что это бесполезно? – Ольга обхватила колени руками и с печальной улыбкой посмотрела на нее. – Сегодня его заберут в участок, а завтра выпустят. Хотя нет. Имея столько влиятельных друзей, он даже на ночь там не останется.

– Какие друзья? Кто дружит с подобной мразью? Ольга, у Марвина не может быть друзей. И кто ему поможет? Те, кому он поставляет девочек?

– Ты задаешь много вопросов. Я не знаю, с кем общается Марвин. Однако могу предположить: те, с кем он сотрудничает, с готовностью окажут ему любую услугу и уберегут от неприятностей. Я для них мелкая сошка, и им не составит труда заставить меня замолчать. И я замолчу, – глаза Ольги заблестели от слез, – где-нибудь в психиатрической клинике.

– Тогда давай уедем! Денег у нас достаточно для того, чтобы хорошо жить в любой стране. В Буэнос-Айрес, ты ведь хотела улететь туда. Уедем? Я сегодня же куплю билеты. – Мадлен с надеждой посмотрела на Ольгу и вздохнула, увидев ответ в глазах подруги. – Никуда мы не уедем. Но почему?

– Марвин будет преследовать меня. Думаю, он уже приставил ко мне своих прихвостней.

– Но он же не всесильный бог. Не может же он контролировать тебя круглосуточно?!

Ольга подошла к окну и посмотрела на дочерей, мирно играющих в куклы на террасе. Она знала, что выполнит любые условия, лишь бы с ними ничего не случилось. И так же отчетливо понимала, что не сможет терпеть издевательства Марвина. В голове крутилось много мыслей о том, как обезопасить себя и детей, но все они казались либо глупыми, либо сложными в осуществлении. Как обмануть Марвина и исчезнуть из города? Или, может, будет лучше, если исчезнет сам Марвин? Ольга легла в кровать и замолчала. Мадлен не мешала подруге думать, вышла из комнаты и направилась к девочкам.