Антон Леонтьев - Интервью с магом

– С ней все в порядке? – боязливо спросил водитель, подходя к Маше.

Я склонилась над девочкой, а затем попыталась нащупать пульс.

– Пульса нет! – завопила я в ужасе. – Она не дышит! У Маши клиническая смерть! Господи, что же делать? Вы же телохранитель, вы должны уметь – нужен искусственный массаж сердца, дыхание рот-в-рот… Ну сделайте же, черт вас раздери, что-нибудь! Мы вашей Золотой Антилопе нужны живыми, она с вас скальп сдерет, если девочка сейчас умрет! И я скажу, что вы стояли рядом и ничего не предприняли!

Угроза привела телохранителя в чувство, он склонился над Машей, оттянул веки и неуверенно произнес:

– Она, кажется, умерла!

– Что вы пялитесь, как баран на новые ворота? – набросилась я на водителя. – Звоните по мобильному, вызывайте подмогу!

А когда повернулась обратно к Маше, то увидела необычайную картину: девочка, живая и невредимая, стояла с пистолетом в руках, держа на мушке телохранителя.

– Маша, с тобой все порядке? – вскричала я, а девочка ответила:

– Теть Кать, какая же ты, блин, тормозная! От тебя требовалось ударить этого ханурика по кумполу, когда он склонился надо мной, но ты не просекла! Так что пришлось мне выхватить у него пистолет!

Ничего себе! Десятилетняя девочка обезоружила накачанного тридцатилетнего мужика! Телохранитель, криво усмехнувшись, сделал шаг в сторону Маши и с угрозой произнес:

– Отдай оружие, а то хуже будет!

Раздался щелчок, и телохранитель замер. Маша, держа оружие обеими руками, отчеканила:

– Если хуже и будет, то только тебе, лошок. Думаешь, я не знаю, как с оружием обращаться? Пока я по стране колобродила, и не такому пришлось научиться. И одного, как и ты, лощеного урода, который мою сестренку снасильничал, потом уложила. Вусмерть!

На лбу телохранителя я заметила капельки пота. Он испугался Маши! Да я и сама безоговорочно поверила в то, что она знает, как надо стрелять и что уже стреляла – в человека!

– Эй, девочка... – начал водитель, но Маша, даже не смотря на него, велела:

– Теть Кать, иди к машине! Ключи должны торчать в замке зажигания. Ты хоть водить-то умеешь? Я тоже могу, но мне неудобно, до педалей с трудом достаю...

Я подошла к «БМВ» и убедилась, что ключи торчат в замке зажигания. Водитель вынул мобильный, а Маша сказала:

– Еще одно движение, болван, и твой товарищ лишится своего дружка. Положи мобилу на асфальт! Теть Кать, осторожно возьми ее.

– Делай, что говорят! – фальцетом крикнул водителю телохранитель, видимо, тотчас поверивший в реальность Машиных угроз и боявшийся стать евнухом.

Я подняла телефон и сунула его в карман джинсов.

– Подойди к нему! – велела водителю Маша и кивнула в сторону телохранителя. – А теперь оба снимайте штаны!

– Что-что? – переспросил недоверчиво водитель, и Маша навела на него пистолет.

Мужчины быстро поняли, что от них требовалось, расстегнули ремни и спустили брюки. На водителе трусы были семейные, до колена, в мелкий горошек, не первой свежести, а вот на телохранителе – кто бы мог подумать! – кокетливые алые стринги.

– Теперь сняли боты! – командовала Маша. – Положили все в кучу... Носки тоже сняли… А теперь и трусняки!

– Нет, это какой-то идиотизм... – начал водитель, но быстро заткнулся, стоило Маше на него цыкнуть.

Вот ведь девочка, подумала я в восхищении, вот ведь характер! Мне бы такой, я бы президентом стала! Если не России, то по крайней мере телеканала!

Стыдливо прикрывая пах рукой, мужчины стянули и трусы.

– Теть Кать, возьми тряпки и положи их в тачку, – приказала Маша.

Я сгребла в охапку белье и непроизвольно вспомнила, как давно не держала в руках мужских трусов.

Маша, и в том не было сомнений, полностью контролировала ситуацию. Может, в позапрошлой своей жизни, до того, как стать Феликсом, она была генералиссимусом Сталиным или Франко?

– А теперь бегите вокруг дома! – велела Маша.

И мужчины побежали, прикрывая срамное место ладонями, сверкая ягодицами – водитель ослепительно-белыми, а телохранитель шоколадно-загорелыми. В этот момент из подъезда вышла роскошная дама с несколькими крошечными собачками, те залились лаем, а соседка моего бывшего (кажется, третьеразрядная шансонетка, звезда кабаков, исполнительница блатных песен) остолбенело уставилась на прыгавших зайцами типов без штанов.

– Боже мой, эксгибиционисты! – вскрикнула она то ли испуганным, то ли, скорее, восторженным тоном. – У нас, в элитном доме со шлагбаумом! И куда только охрана смотрит?

Затем она увидела Машу с пистолетом и ахнула, а я грубо сказала:

– Вы что, мадам, не врубились? Мы из программы «Скрытая камера». Вас из-за тех вон кустов снимают!

– Ах, да вы что? – Певичка сразу порозовела, провела обриллиантенной рукой по платиновым волосам и, широко улыбнувшись, приняла картинную позу. – Мне что, изображать, будто я не в курсе? Скажите, а когда меня по телевизору покажут? Скоро? Съемки ведь Толик организовал?

– Толик, Толик! – уверила я ее, и мы с Машей бросились к автомобилю. Девочка прыгнула на заднее сиденье, а я за руль, завела мотор и вдавила педаль газа. Машина, урча, двинулась с места.

В зеркало заднего вида я увидела телохранителя и водителя, которые преследовали нас – одной рукой несчастные прикрывали свои достоинства, другой махали, что-то крича и пытаясь дать охране дома знак задержать нас.

Времени на выяснение отношений с секьюрити не было, а шлагбаум был опущен. Не оставалось ничего иного, как снести его к чертовой бабушке. Здорово подскочив на «лежачем полицейском», мы покинули территорию жилого комплекса, где обитал мой бывший, которому я, если останусь в живых, поклялась оторвать голову.

Напуганные охранники высыпали на дорожку, а прохожие с неподдельным интересом взирали на типов без штанов. Призывно зазвонил мобильный телохранителя, и на дисплее высветилось: «Золотая Антилопа». Ага, вот она-то мне и нужна!

Руля одной рукой, я влилась в автомобильный поток на Кутузовском шоссе, а другой схватила телефон.

– Где дура с девчонкой? – услышала я властный голос Роксаны Петрухиной.

– Золотая Антилопа, слушай сюда, – перебила я ее. – Повторяю всего один раз: алмазов я не брала, выкуп передала пожарному. Камни или украли до того, как передали мне, или похитители врут. Больше в роли курьера я выступать не намерена. Советую оставить Машу и меня в покое. Пока тебе удалось помешать предать историю с похищением дочки огласке, но я все равно это сделаю! Не через телевидение, так через газеты, а если не через газеты, так через Интернет. Твои ребята бегают сейчас по Москве без штанов, а прохожие полагают, что присутствуют при несанкционированном гей-параде! Чао!

И, не слушая ругань и угрозы мадам олигарха, выбросила мобильный в открытое окно на проезжую часть. Оставлять телефон при себе было опасно, так нас легко могли запеленговать. А автомобиль, подумалось мне? Что, если в нем установлен «маячок»? Тогда засечь нас проще простого!