Антон Леонтьев - Огненный холод

Времена террора Илья Ильич пережил, хотя видел, как исчезают один за другим (а иногда и целым скопом) вожди советского народа. Еще, допустим, прошлым летом отдыхали в санатории, а потом – раз, и выяснялось из газет, что они-де были злостными врагами народа, заграничными шпионами и вообще планировали покушение на жизнь любимого товарища Сталина. После Двадцатого съезда, когда страх постепенно исчез, Илья Ильич в тесном семейном кругу заметил шутя, что если посчитать всех врагов народа, которых он обслуживал, то получится целый полк.

Доводилось ему видеть и Сталина, причем неоднократно. Впрочем, великий кормчий доверял только своим поварам и к концу жизни, став чрезвычайно подозрительным, вообще питался кое-как, боясь быть отравленным. А вот на правительственных банкетах, а также частных сабантуях, устраиваемых сильными мира сего, Илья Ильич часто готовил и перевидал как трезвыми, так и в стельку пьяными многих: и Буденного, и Ворошилова, и Молотова, и Хрущева и иже с ним. Однако Илья Ильич умел держать язык за зубами, за что его чрезвычайно ценили.

Дочка Ильи Ильича и его супруги Веры Пантелеевны, родившаяся вскоре после войны, была названа в честь матери – Верочкой. Были у четы Чесноковых еще два ребенка, да старший сын пропал без вести под Сталинградом, а дочурка, Валечка, умерла в детстве от скарлатины.

Вера была единственным и оттого любимым ребенком. И отец, и мать страстно желали, чтобы Верочка получила высшее образование, но этому не суждено было осуществиться. Верочка проявила интерес к медицине, однако в институт поступить не смогла – срезалась на химии. Отец хотел было попросить влиятельных знакомых, чтобы помогли девочке с поступлением, однако Вера сама воспротивилась и заявила:

– Не хочу, папа! Шесть лет учиться, затем еще в ординатуре мучиться... Мне и так хорошо!

Зато медицинское училище Верочка закончила с отличием, и Илья Ильич уже знал, где дочка будет работать – в том же санатории, где сам он был начальником пищеблока, а супруга, Вера Пантелеевна, кастеляншей. Так Верочка и стала трудиться вместе с родителями, и тем было покойно: место хорошее и дочка под присмотром. А то уехала бы в другой город, кто знает, что бы там могло произойти! Санаторий все же не обычный, а для высокопоставленных лиц, самое место для молодой девушки из хорошей семьи.

Верочка пошла в мать – длинные русые волосы, большие голубые глаза, тонкая белая кожа, ямочки на щечках, красивая фигура. Загляденье, да и только! Илья Ильич подумывал о том, чтобы выдать дочку замуж, скажем, за полковника. Конечно, дочке решать, он ведь не тиран, неволить не будет, однако хорошо бы указать направление, в котором девочке надо двигаться. А то ведь Верочка такая хохотушка, в голове одно веселье. Но надо же и о будущем думать!

Очередная смена власти в Москве оставила Илью Ильича равнодушным. Что ни говори, но прежние времена, когда все ночного звонка боялись, прошли безвозвратно. Ну, сместили Никиту Сергеевича, и что с того? Теперь у нас новые вожди, молодые и энергичные, а жить в полном соответствии с заветом покойного Иосифа Виссарионовича становится лучше и веселее! Так и до коммунизма недалеко – ведь социализм уже вроде бы построен!

Верочка политикой не интересовалась, зато завела романчик с одним из шоферов. Илья Ильич, который в санатории пользовался всеобщим авторитетом и обладал поистине неограниченной властью, это быстро пресек и позаботился о том, чтобы наглеца перевели в другое место. Ишь чего, парень решил в зятья к самому Чеснокову затесаться! Не бывать такому! Верочка выйдет за полковника, а тот, глядишь, со временем и генералом станет. И будет Илья Ильич и Вера Пантелеевна внучат нянчить на старости лет, да не простых, а генеральских!

Летом 1965 года в санаторий пожаловали гости – многие из них впервые, потому что сами в Москве оказались недавно, приехали из провинции, в основном с Украины, откуда родом был новый генсек Леонид Ильич. Он в Кремль въехал, а его друзья и соратники сменили старую элиту в министерствах, комитетах и ЦК.

Работы было много, требовалось учитывать пожелания всех гостей, да и не забывать о том, что некоторые из них, в особенности те, что постарше, соленого или перченого, например, не едят. К тому же многие из их супружниц не потребляли сладкого и требовали жарить на оливковом масле. И ведь не возразишь им – не простой же санаторий, а для слуг народа! Да, при Иосифе Виссарионовиче, думалось Илье Ильичу, лучше было – все ели то, что подают, никто пикнуть не смел, потому что другие проблемы у всех имелись: страну поднимали, в живых остаться пытались, боялись...

Но времена новые наступили, и Илья Ильич не знал, к лучшему или нет. Но не его это дело – политикой заниматься. Его дело на кухне царить, следить за тем, чтобы четыре раза день на столе у гостей появлялись питательные и вкусные блюда. За дочку, после того как шустрого шофера перевели в другой пансионат, Чесноков был спокоен. Вот сезон закончится, осенью он и представит ее моложавому полковнику танковых войск. А там, глядишь, и до свадебки недалеко!

Но Верочка была совершенно иного мнения на сей счет. Папа Гошу спровадил, а ведь все у них так многообещающе начиналось... И Гоша такой красавчик, жениться на ней обещал. А отец, как всегда, вмешался! Верочка знала, что Илья Ильич планировал выдать ее замуж не за простого шофера, а за крупного военного. Ну, или в крайнем случае за ученого-физика с докторским званием. Только вот зачем ей, Верочке, такой муж? Она ведь хочет любви! А отец этого не понимает. Что ж поделать, человек старой формации, у него даже в спальне висит портрет Сталина. А она – молодая современная девушка и сама будет решать, как свою жизнь обустроить.

С Дмитрием Евсеевичем Гелло Верочка познакомилась совершенно случайно – до того она и не ведала, что существует подобный политический деятель. Дмитрий Евсеевич работал вторым секретарем ЦК Украины, однако после отставки Хрущева был приглашен своим хорошим другом, Леонидом Ильичом, на ответственную работу в Москву. И это был его первый визит в подмосковный санаторий.

Верочке товарищ Гелло сразу же понравился – совсем еще не старый (лет сорока с небольшим), он выделялся статью, хорошо поставленным голосом и шармом. Приехал мужчина один, хотя, как разузнала любопытная Верочка, был женат и имел дочку.

Дмитрий Евсеевич посещал физиотерапевта, а Верочка как раз работала в физиотерапевтическом кабинете. Она увидела товарища Гелло без рубашки – полноватое, однако красивое тело сразу свело ее с ума. И глаза... и брови... и чувство юмора!

Товарищ Гелло тоже положил глаз на симпатичную медсестру. Он практически сразу стал ласково называть ее по имени и позволял себе двусмысленные замечания, от которых девушка, впрочем, таяла.