Лариса Соболева - Первая, вторая, третья

И вот он вошел — еще не старик, но недалек от семидесятилетнего рубежа, полностью седой, с седыми усами, слегка горбящийся. Светлана всматривалась в черты его лица, они были крупными, по ним она пыталась угадать, какой он. Вспомнила своего папу, человека безмерно доброго, в то же время строгого и заботливого, по-житейски мудрого. Глаза заполнили слезы, ведь ее папа ушел безвозвратно, есть только его символическая могила. Всеволод Федорович отдал трость «мужу» и развел руки в стороны:

— Ну же, малышка, иди ко мне.

Светлана робко подошла, он обнял ее, как может обнять только любящий отец, тут-то и хлынули слезы. Он отстранил ее, чтоб посмотреть, изменилась ли дочь за то время, что они не виделись, а Светлана замерла, моля его одними глазами: «Смотрите, смотрите на меня, вы же отец, вы должны понять, что я не ваша Лиза». Обнадеживающая ее мысленную просьбу тень промелькнула в его глазах, он взял в ладони лицо Светланы, рассматривая его вблизи, хмурился… Ага! Отцовское сердце не обманешь! Сейчас папа уличит всех в подлоге, отправит в тюрьму — какое счастье! Краем глаза Светлана видела замороженную рожицу Родиона, которая скукожилась от страха, побледнела. Всеволод Федорович вытер большими пальцами слезы на щеках девушки и… нежно обнял со словами:

— Неужели соскучилась? Я-то думал, моя дочь черствая и эгоистичная девочка, для нее чем дальше отец, тем лучше. Ну, будет тебе нюни распускать, давай лучше радоваться.

Не распознал подлог! Светлана недоумевала: как можно признать в совершенно чужом человеке родную дочь? А голос крови? А то, что одинаковых людей не существует? Пусть внешнее сходство — один к одному, но повадки, реакции, походка, манеры, выражения лица должны отличаться. Впрочем, у отца Лизы еще не было достаточно времени понаблюдать за «дочерью», в таком случае надежда есть, что открытие он сделает позже.

— Всеволод Федорович, вы сначала к себе зайдете или дом посмотрите? — подполз к папе с дочерью аспид Роди. — Или сразу будете ужинать?

— Я не прочь принять душ, поэтому зайду к себе, — не выпуская из объятий Светлану, сказал тесть. — Заодно посмотрю дом. Лиза, ты покажешь, где моя комната?

А она знает? Сама заблудится в этих переходах. Светлана натянула улыбку — пускай трактует ее, как ему хочется, выручил Родион:

— Мы вместе покажем.

— Комнаты моих секретарей должны находиться рядом с моей.

— Я помню, — сказал Роди, беря Светлану за плечи.

Жест «любимого мужа» было вытерпеть не под силу — словно девушку обнял разлагающийся мертвец. Светлана послала ему гневный взгляд и чуть заметно шевельнула плечами, мол, убери свои мерзкие руки, он понял и убрал.

— Идемте, — пригласил Роди тестя к лестнице.

— Да, это Светлана, — на взводе произнес Захар.

А разве не покажется странным, когда настаивают: скажи сейчас при всех и громко, кто на фотографии? Просьба походила на издевательство, к тому же ради этой ерунды он и Михаил тащились через весь город, оттого Захар и вознегодовал со свойственным ему темпераментом. Стриж не обратил внимания на гнев жениха, потерявшего невесту, повернул фото к Михаилу:

— И ты подтверждаешь, что это Светлана?

— Не понял, — подскочил ближе к столу Захар, — что означают твои дурацкие вопросы?

— Сейчас поймешь, наберись терпения, — сказал Наговицын.

Михаил человек рассудительный и решил так: раз прозвучал нелепый вопрос, значит, на то есть причины, он ответил, не дожидаясь повтора:

— На фото Светлана.

— А вы, — повернул снимок к Лисовскому Стриж, — уверены, что это…

— Лиза, — быстро ответил тот, догадавшись, что не в путанице дело, а в чем-то посерьезней.

— Кто? — скептически фыркнул Захар, посмотрев на незнакомого мужчину.

Вместо Лисовского заговорил Наговицын, чтоб избежать ненужной перепалки, когда одна сторона доказывает другой свою правоту, и не разберешь слов:

— Господин Лисовский заверяет, будто женщина с этой фотографии — ее зовут Лиза — отправила тебе, Захар, ту самую эсэмэску, попросив у него телефон.

— Лиза? — вытаращился Захар. — Я не знаю никакой Лизы! Эту фотографию мы с Мишкой делали и вместе вам отдавали… На ней моя невеста Светлана, а не Лиза.

Всякая нестандартная ситуация требует времени на соображение, данная тем более, ибо одно женское личико не может одновременно являться и невестой, и чьей-то там женой. Первая мысль — обознались, но она настолько неубедительна, что Стриж сразу же и отбросил ее, а других идей не приходило. Пару минут он задумчиво потирал подбородок, глядя на фото, затем поднял глаза на Лисовского:

— Андрей Борисович, вы давно знаете Лизу?

— Это Светлана, моя невеста, — застонал Захар.

Михаил толкнул его локтем в бок, мол, помолчи. Молодой человек что-то пробурчал, упал локтями на колени и низко опустил голову, тогда как Лисовский ответил:

— Они не так давно живут здесь, но Родион успел наладить связи… Примерно год знаю, точнее, познакомились где-то год назад на одном из мероприятий. Должен сказать, в число друзей семьи не вхожу, так что подробной информации о них дать не могу.

Стриж вновь задумался, изучая фото, а может, не изучал вовсе, а просто остановил глаза на девушке, которая непонятным образом раздвоилась, остальные терпеливо ждали, так как сами ничего не понимали. Вдруг Захар поднял голову и предложил:

— А давайте я посмотрю на эту… Лизу.

— Не надо, — живо отказался Стриж.

— Почему? — вскипел он. — Если она так похожа на мою Светлану, то отличия только я могу найти.

— Напишите все ваши координаты, — пододвинул чистый лист бумаги к Лисовскому Стриж. — Номер отделения, где занимались расследованием по делу вашего брата… Вы же писали заявление о пропаже?

— Разумеется, — доставая авторучку, сказал тот.

— Ну и фамилии тех, кто участвовал в поисках. Пишите. Захар, ты ищешь «Lexus»?

— Конечно. Почему ты не хочешь, чтоб я посмотрел на Лизу?

— Посмотришь, но чуть позже. Как продвигаются ваши поиски внедорожника?

— Пока никак, — сказал Михаил. — Мы перебросили ребят из нашей группы, они нам помогают, на Семигорку, Светлана этот район написала… — И выпятил губу. — Если писала она.

— А неизвестная Лиза мне писать не могла, — бросил Захар.

— Прекратите все поиски, — внезапно огорошил обоих Стриж.

— Не понял, — ощетинился Захар.

— Что тут не понять? — хлопнул его по колену Наговицын. И дружественный жест, и шутливая интонация имели задачу успокоить парня. — Теперь мы займемся поисками вплотную.

Однако Стриж не был настроен так дружелюбно, на всякий случай он предупредил, точнее, выдвинул требование:

— Если замечу вас на Семигорке… нет, рядом! Я тебя вместе с Михаилом и вашими друзьями из группы посажу в КПЗ.