Виктор Доценко - Террор Бешеного

- Если вы думаете, что я буду возражать, то ошибаетесь! - улыбнулся Савелий и раскрыл руки для объятий.

Тамара обхватила его голову ладонями и трижды, по-русски, чмокнула его в обе щеки.

- Ну а теперь пойду, чтобы накормить-напоить как следует!

- Надо же, Савка у меня в гостях! - снова воскликнул Валентин, едва жена вышла из комнаты. - Давай, сержант, рассказывай, как жил это время, почему физию поменял, какими судьбами к нам залетел? Просто, на огонек, повидаться, или дела какие привели? Поговорим?

- Если хочешь со мной говорить, то молчи лучше! - серьезно проговорил Савелий.

- Надо же, помнишь? - весело рассмеялся Валентин.

Эта фраза, сказанная им в Афганистане, сразу давала понять провинившемуся, что старший лейтенант с большим трудом сдерживается от злости и его в этот момент лучше не выводить из себя, а просто помолчать.

- Я, старлей, ничего не забыл про Афган! - словно клятву проговорил Савелий.

- Ты знаешь, а это тост! - Валентин встал, чтобы сходить за алкоголем.

- Погоди, Валек, успеем еще разговеться: ты лучше послушай, зачем меня сюда принесло! Я, конечно же, рад нашей встрече, которая так надолго отложилась, но ты прав, есть у меня и дело! И лучше поговорить вдвоем, без свидетелей! Кстати, ты предупреди жену: никто не должен знать, кто я на самом деле и зачем здесь объявился!

- За это можешь не беспокоиться: моей Томочке приказывать не нужно, только намекни чуток, а далее сама все сообразит. Она же дочь генерала Семицветова!

- Семицветова? Нашего покойного комдива! - воскликнул Савелий.

Он не забыл генерала Семицветова, хотя и прослужил под его началом немногим более четырех месяцев. Комдив погиб нелепо и, можно сказать, случайно, но героически: обходя как-то службы дивизии, генерал увидел, как один совсем еще зеленый солдатик, судя по еще не выгоревшей гимнастерке, недавно прибывший из-за Речки, случайно выдернул чеку из лимонки, которой просто баловался. Вытащил и растерялся, не зная от страха, что делать. Вокруг него находилось около полутора десятков бойцов, которые тоже не видели нависшей над ними смертельной угрозы.

Не размышляя ни секунды, комдив выхватил из рук помертвевшего от страха парня гранату, громко скомандовал: "Ложись!" - а сам бросился на землю, сунув гранату под себя. К сожалению, граната оказалась исправной: комдива разорвало на части и двух солдат легко ранило.

- Господи, я никак не думал, что ты его застал, - словно от боли, поморщился Валентин. - Я слышал, что тебя тяжело ранило и тебя отправили на Большую Землю.

- Ранило, - вздохнул Савелий. - Я вернулся еще раз после ранения и после того, как несколько месяцев отсидел в местах не столь отдаленных.

- Ты? За что?

- За что? - поморщился Савелий. - Захотели посадить и посадили на целых девять лет!

- Ничего себе! - присвистнул Валентин. - А ты?

- Бежал.

- Я так и думал! - обрадовался капитан. - Нашел эту мразь, что тебя подставила?

- Конечно! Они все свое получили, по заслугам! - Голос его стал суровым. О Варламове-то знаешь?

- Нет, а что с ним?

- За меня парень погиб.

- Как это - за тебя? - не понял капитан.

- Я уже в зоне сидел, а они боялись, что я их и оттуда достану. Они знали о нашей с ним дружбе, вот и решили припугнуть меня его убийством. Суки! Прислали фото, где было отчетливо видно, во что он превратился после их издевательств. А я, прикидываешь, в это время в полной прострации: кто подставил, за что подставил, кто предал... ничего не знаю! Хотя нет, не так: догадываюсь, конечно, но уверенности-то нет. Короче, в полной апатии нахожусь. Ничего не хочется. Состояние такое: оставьте меня в покое и не трогайте! А тут эта фотография... Ну, думаю, сволочи, ждите ответа!

- Тогда и пошел к "Зеленому прокурору"?

- Да, тогда я ушел в побег.

- А Органы?

- А что Органы? Потом разобрались, реабилитировали.

- Но это же здорово! Зачем же тебя опять в пекло, я имею в виду в Афган, потянуло?

- Во время побега в тайге ко мне пришла любовь. Настоящая любовь! Господи, это была такая девушка, за которую не жалко и жизнь отдать! Добрая, нежная, чистая. Да если бы ты видел мою Варюшу, ты бы сам все сразу понял. - При рассказе о девушке у Савелия даже лицо просветлело, а глаза озарились каким-то удивительным светом, но спустя миг словно тень упала - его лицо мгновенно потемнело, а глаза увлажнились. - Пока я разыскивал этих сволочей, они успели ударить по самому больному. - Савелий стиснул зубы так сильно, что они заскрипели.

- Что они с ней сделали?

- Надругались... страшно надругались!.. А я опоздал... Не успел! - Савелий больно стукнул кулаком по колену. - Не успел прийти на помощь: появился, когда все уже произошло.

- И что? - тихо спросил Валентин.

- Никто из них не выжил: кого Варечка, а кого я отправил в преисподнюю! Однако и сам оказался в госпитале с тяжелым ранением, долго лечился, а когда вышел, то узнал, что она... Моя Варечка не захотела... не смогла жить после всего этого! Так и написала в своем последнем ко мне письме.

- Тогда-то ты и кинулся искать смерти в Афгане? - догадался капитан, со вздохом покачал головой, после чего тихо добавил: - Теперь понятно!

В этот момент они, услышав какой-то странный звук, одновременно обернулись: в дверях стояла Тамара и тихо, стараясь сдерживаться, плакала.

- Ты что, Томочка? - с волнением спросил Валентин.

- Мне Савушку жалко!

- Сергея! - серьезно поправил муж.

- Извини, больше не буду! - совсем по-детски ответила жена, потом вздохнула и, старательно вытирая слезы, гостеприимно воскликнула: - Прошу в залу, гостюшка дорогой! Поснедаем чем Бог послал!..

Савелий переглянулся с хозяином, и тот, моментально поняв его знак, обратился к жене:

- Томочка, ничего, если мы чуть-чуть задержимся? Разговор больно серьезный: прерываться не хочется.

- А не лучше ли вам присесть за стол и там поговорить? Как закончите, так меня и позовете.

- Ты видишь, Рэкс, какая у меня умная жена?

- Не только умная, но и чертовски красива! - подхватил Савелий, причмокнув языком.

- Ага, скушал! - воскликнула довольная Тамара. - Вот что значит столичный гость: всегда найдет доброе слово настоящей женщине! Так вы идете или нет? Она гордо вскинула голову.

- Можно подумать, что я, назвав тебя умной, оскорбил тебя! - с обидой произнес Валентин.

- Ой, какой у меня несмышленый муж: даже шуток не понимает! - Подойдя к нему, женщина ласково потрепала его волосы: невооруженным глазом было видно, как они любят друг друга.

- Ладно, настоящая женщина, ты, как всегда, права: мы переходим к столу.

Когда Савелий рассказал ему об исчезновении Воронова, Воскобойников даже вскочил со стула:

- Андрей, исчез?

- Ты знал его?

- Конечно! Во-первых, ты мне много рассказывал о нем, во-вторых, нас однажды вместе награждали! Классный мужик! Как же это произошло?