Александр Курмузаков - Тень ивы

– Но если кто-то узнает об этом, тебя посадят за насильственное, я не знаю, заключение людей, понимаешь?

– Вот чего боится моя дочь! Ты, Роксана, которая должна перенять от меня дар сигнальщика для мира людей. Могла бы возрождать людей из мертвых. Могла бы пробуждать в людях их могущество !

– Я?

– Да. У тебя все это есть.

– Вот это? Вот этого у меня нет. Более того, я пойду, в полицию. Я обо всем там расскажу.

– Ты не пойдешь.

– Почему это?

– Потому что я тебе нужен.

– Нужен. Но и эти люди… Они тоже люди. Неужели тебе их не жалко?

– Тебе тоже. Тебе ведь здесь… брезгливо. А? Страшно. Но про то,что ты их жалеешь… Скажи другому. Ты же моя дочь.

– Зачем ты меня привел сюда?

– Чтобы ты знала, что делает твой отец. Чтобы ты могла ему помогать. Ты тоже можешь спасать людей. Ты имеешь для этого силы.

– Помогать мучить людей. Есть у меня силы, нет у меня сил, я не хочу иметь отношения к подобному.

– Да знаю я, чего ты хочешь. Ты красивая, молодая, у тебя красивый молодой муж. Вам надо демонстрировать другим свое счастье. Это занятие для богатых. И тебе нужны деньги. Так?

– Почему ты так решил?

– Потому что я знаю. У меня есть деньги. Но это деньги для того, чтобы расцвел твой дар. А ты считаешь своим поручением демонстрировать свою красоту и свою счастливость. Так вот, Мнвинду имеют другое поручение: сделать людей лучше, спасти их от плохого в этой земле.

– Ну ладно, мы не на воскресной проповеди, я это слышала с малых лет.

– Ты никогда и подумать не могла, что у меня могут быть деньги, а? Поэтому я тебе и не был нужен. И вот они у меня есть. И ты сразу пришла. Разве это не говорит о плохости этого мира?

– У тебя есть деньги? – совершенно сбитая с толку, спросила Роксана. Отец никак не мог знать о наследстве.

– Как я могу сомневаться, что у тебя есть моя сила? – словно не слыша дочь, продолжал Ивхав. – Сразу почувствовала, пришла. Я точно знаю, что и поручение у тебя то же, что и мне досталось, – с улыбкой сообщил Ивхав.

– И откуда деньги?

– Они даны судьбой на исполнение ее поручения.

– А помощь жене, которая долгое время тебя содержала, ну, или терпела. Помощь дочери, у которой ты ни разу не спросил: нужно ли тебе чем-то помочь? Это как – не входит в это поручение? Не нужно их спасти от плохости этого мира?

– Не нужно. И тебя, и твою мать нужно спасать от лишнего. Но это вы можете сделать только сами.

Роксана пошла к дверям, которые распахнула перед ней Жанна, и почти бегом бросилась по коридору мимо железных дверей, сопровождаемая криками из камер и торопливыми шагами подручной Ивхава. И снова под ногами разлетались в разные стороны серые поблескивающие спины, от которых мороз пробегал по коже.

На улице, когда дверь за ней плотно закрылась, Роксана дышала глубоко и часто, будто наркоз вдыхала. Только ощущение, что чистый воздух не очищает грязные внутренности, не проходило. Но злость была сильнее.

Она с ужасом поняла, что утешение пришло бы к ней, если бы она прямо сейчас начала бить своего отца каким-нибудь тяжелым предметом, причем начать с его невозмутимой азиатской рожи, которая бы сохраняла и эту улыбку, несмотря на удары. Она даже ринулась назад к двери, но остановила себя. Он сильнее. И он ей нужнее сейчас, чем она ему.

Она решила пройтись и успокоиться: через парк, центральные улицы, а дальше – решить, что делать. Ясно, что Пиднель ей не помощник. Кто еще?

Когда она выходила из парка, пошел дождь, под которым ее простое платье промокло насквозь.

На ее удачу, перед ней на переходе открылась дверь большого черного внедорожника, на которых обычно ездят крутые бизнесмены. Крутые – это когда с криминальным прошлым. А с каким еще прошлым могут быть богачи, даже если богатство им направляет судьба на их поручение?!

Игорь Гарпунов.

Повторение пройденного.

Игорь приехал в управление, где работал Сергей Сергеевич, не предупреждая, поэтому у дежурного внизу, соединявшегося с приемной Дугина, пришлось подождать.

Он решил, что особое отношение к габэшникам, в конце концов, и формируют вот эти ожидания, безликие, но ухоженные коридоры и пустынные холлы. Настройтесь на главное, сообщал интерьер.

В кабинете Дугина, напротив, царил уют: негромкая музыка, множество крупных цветов в красивых глиняных горшках, на стене – чья-то живописная работа в рамке, изображающая кого-то на коне.

Как коворил Дугин, не чья-то, а Могодишева, знаменитого инакомыслящего, изображающая не кого-то, а Георгия Победоносца в представлении, конечно, Могодишева.

– Ну, что-то тебя дело завело, – встречая Игоря, заметил СС, так его называли дежурные на входе.

– Да, завело. В тупик.

– Ну-ну. Садись, расскажи.

– Этот мой подозреваемый, задержанный, Жнец, он как-то без мотива, понимаете? И в то же время явно в тесном знакомстве состоял с дочерью убитого. Но не признается. Говорит, шапочное знакомство. А она на него написала заяву, что убил именно он, и сообщила, что пистолет, из которого убили ее отца, на квартире этого Жнеца.

– Тут ее интерес поискать надо.

– Ищу. И вот что надумал. Понимаете, ни у кого из всей этой компании пистолета в хранении не могло быть. Он специально приобретался, понимаете?

– Понимаю. Так. В регистрации его нет наверняка.

– Нет.

– Давай так. Я встречусь с одним человеком, который в теневых кругах фигура бесспорная. Но так как человек это мой, я тебе про него рассказывать не буду. Но про пистолет попрошу узнать. Ты мне дай документы по нему.

Игорь протянул папку Сергею Сергеевичу.

***

Сергей Сергеевич Дугин имел обыкновение, ошибочно приписываемое Черчиллю, – помогать тому, кто может потерпеть поражение, до тех пор, пока тот не приблизится к победе, а после этого – помогать уже противнику. Так поддерживалось мировое равновесие, как кому-то казалось, в отдельном участке контролируемого им пространства.

У СС была привычка встречаться с людьми, не склонными афишировать свое знакомство с ним, в комфортабельной комнате государственного пенсионного фонда, куда интересующий его человек приглашался обычным извещением на серой казенной бумажке.

Когда в этот раз он, встретив сопровожденного к нему по служебному ходу посетителя, налил ему чаю и поставил перед ним блюдце с финиками, то сказал провожатому:

– Через полчаса подойдите, пожалуйста, сюда.

– Ну, Сергей Сергеевич, давно у вас не гостил, – сказал пришедший, коренастый крепыш, густым басом.

– Вот, комплимент мне. Значит, жить не мешаю?

– Да без вопросов. Мы всегда.

– Вот посмотри на эти карточки, – открыл перед посетителем папку Дугин, – есть такая машинка. Калибр ПМ 9. Приходилось ли встречать? Продажа, покупка. Может быть, где-то мелькал?