Иван Сербин - Черная акула

– Я вижу тебя, – вдруг достаточно отчетливо и громко произнес убийца. Алексей вздрогнул. На секунду им овладела паника, захотелось закричать, выскочить из-за кузова и броситься на человека с пистолетом. В следующее мгновение пришло прозрение. Не видит его капитан! Если бы видел, то просто подошел бы и пристрелил. Старый как мир трюк, рассчитанный на дураков и людей, находящихся в панике.

– Выходи, – скрипуче продолжал говорить капитан. В голосе его слышалось усталое равнодушие. Поддельное, конечно же. Оно не могло быть неподдельным. – Выходи, и я сохраню тебе жизнь. «Расскажи об этом Поручику», – едва не вырвалось у Алексея, однако он вовремя прикусил язык. Сулимо поднялся во весь рост и медленно побрел вдоль кунгов.

– Ну что же, если ты не хочешь выходить, я сам подойду к тебе. И пристрелю тебя, – многообещающе добавил он. Стараясь попадать в такт шагам капитана, Алексей двинулся в противоположную сторону. Вот он миновал первый кунг и оказался на открытом месте, почти у самой тропы. Осторожно обойдя кузов, Алексей выглянул из-за машины ровно настолько, чтобы увидеть медленно удаляющуюся спину убийцы. Что ж, пусть Сулимо думает, что он все еще здесь. Хоть какое-то преимущество во времени. Алексей сделал несколько шагов, пересек тропу и быстро потрусил к капонирам, держась чуть левее взлетной полосы. Иногда снег проваливался под его весом, и Алексей почти по колено погружался в сугроб. Бежать по асфальту, конечно, было бы быстрее, но тогда он оказался бы на свету. И если бы капитан, не дай бог, обернулся, то Алексей моментально был бы обнаружен. Поэтому он брел у самой границы электрического дня и природной ночи, проваливаясь в снег и выбираясь из него, приближаясь к заветной цели – аварийному запасу, хранящемуся в кабине самолетов.

Сулимо обошел машины. Он заранее откинул вариант, что беглец окажется непосредственно в одном из кунгов. Солдаты наверняка подняли бы тревогу, и Алексей Николаевич Семенов не мог не предвидеть подобного исхода дела. Под машинами его тоже не было. Вывод: летчик прячется в одной из кабин. Капитан заметил приоткрытую дверцу в среднем кунге, прижался плечом к клепаному борту «ГАЗа» и осторожно, беззвучно, как его и учили, шагнул вперед. Толкнув дверцу правой рукой, левую с пистолетом он вытянул перед собой, готовый нажать на курок. Вместо летчика на него уставился бледный заспанный солдат, непонимающе, по-совиному лупающий глазами. Капитан опустил пистолет.

– В чем дело? – жестко спросил он.

– Извините, товарищ капитан. Сморило.

– Смори-ило. Вернемся в часть, я тебе дам «сморило». – Он сплюнул на снег. – Еще раз увижу, что спишь в кабине, отправишься на гауптвахту. Будешь очко драить все десять дней, понял?

– Так точно, товарищ капитан, – промямлил солдат. – Извините, товарищ капитан. Больше не повторится.

– Никого не видел? – поворачиваясь к третьему кунгу, спросил убийца.

– Никак нет, товарищ капитан, – уже бодрее отрапортовал солдат, поняв, что гроза миновала.

– Ладно. – Сулимо подумал секунду, а затем, снова сплюнув на снег, приказал: – Увидишь здесь парня в летной форме, жми на клаксон, понял?

– Так точно, товарищ капитан, – словно механическая кукла ответил водитель.

– Смотри в оба. Капитан пошел к следующей машине, стараясь двигаться спокойно и бесшумно. Когда до кабины оставалось метра полтора, он заметил, что и тут дверца со стороны водителя приоткрыта. Держа пистолет в опущенной руке, убийца взвел курок, а затем быстро метнулся вперед. Кабина была пуста, но дверца оказалась открытой и с противоположной стороны. Капитан хмыкнул. В голосе его отчетливо прозвучали нотки разочарования. Значит, не таким уж сообразительным оказался летун, раз не пустился в бега сразу, а решил отсидеться. Капитан обошел «газик» и вгляделся в темноту, в силуэты тягачей. Ни малейшего признака движения. И все-таки Алексей Николаевич Семенов должен быть где-то здесь. Капитан усмехнулся и зашагал к тягачам, сжимая поставленный на предохранитель пистолет в левой руке.

В тот момент, когда убийца достиг темных машин, Алексей уже был в пяти метрах от первого капонира. Отличный был капонир, правда, недостаточно высокий. Хвост «МиГа» возвышался над ним примерно на полметра. Стараясь выглядеть естественно и спокойно, Алексей вышел на взлетную полосу и направился к устанавливающим под крылья «МиГа» подпорки техникам.

– Слушайте, ребята, документы оставил в кабине. – Он заметил, что голос его все-таки предательски подрагивает. Однако техникам, судя по всему, было наплевать. Один из них, угрюмый молодой парень, кивнул на все еще болтающийся сбоку трап.

– Полезай забирай, – сказал он. – Только смотри, поосторожнее там.

– Хорошо, ребята, я быстро. – Алексей за две секунды вскарабкался по трапу в кабину, перегнулся и сунул руку за кресло. Аварийный комплект был здесь. Вот его пальцы коснулись специального кармашка, в котором хранились «ПМ» и запасная обойма. В следующую секунду Алексей почувствовал, как внутри у него все холодеет. Пистолета в аварийном комплекте не было.

– Черт! Алексей принялся лихорадочно ощупывать аккуратный, тугой, похожий на ранец АЗ в надежде, что пистолет все-таки тут. Он просто наткнулся не на тот отсек. Тем не менее чей-то голос, сидящий у него в голове, ледяным, безразличным тоном повторял: «Ты не ошибся. Пистолета нет». Скорее всего и во втором «МиГе» он тоже ничего не найдет. Кто-то вытащил оружие из аварийных комплектов. И все-таки…

– Ну что, нашел? – гаркнул снизу техник.

– Да, спасибо, ребята, – быстро кивнул Алексей, скатываясь по трапу. – Сейчас, парни, сейчас. Мне нужно еще во втором самолете посмотреть…

– Что, тоже документы? – удивился техник.

– Да нет… Там… безделицу, ерунду, так… – Алексей кинулся во второй капонир. Там трапа уже не было. – Мужики, приставьте трап. Я там в кабине забыл кое-что. Кто-то посмотрел на него с раздражением, кто-то – с безразличием.

– Слушай, отец, может, потом, а? Завтра. Куда твоя вещь из кабины-то денется? С утра бы и забрал.

– Нет, мужики, мне сейчас надо, правда. Один из техников вздохнул, повернулся к кому-то стоящему у другого борта самолета и громко сказал:

– Эдик, приставь-ка трап.

– На кой? – послышалось с той стороны.

– Да летчик что-то в кабине забыл. Алексей повернулся и увидел рыжего здорового парня, глядящего на него из-под днища самолета. Того самого, что указывал дорогу к капитану Сулимо.

– А-а, это ты, – протянул Эдик и усмехнулся. – Ладно, летун, иди сюда. Поставлю тебе трап. – Он ловко подтащил оранжевый трап к кабине и закрепил его за край. – Скажи спасибо, «фонарь»‹»Фонарь» – стеклянный колпак, накрывающий кабину.› еще закрыть не успели, а то бы не стал возиться.