Стивен Кэннелл - Король мошенников

– Мистер Кушбери, Томми и Джо Рина убили мою единственную свидетельницу, которая к тому же была мне почти подругой. Они убили также двух чудесных молодых полицейских. Я хочу, чтобы эти убийцы сели в тюрьму. Поэтому вы должны передать мне все, что имеете.

Бино снова принялся просматривать свои записи, как будто они могли содержать какой-то ответ. Он видел, что она готова вцепиться в них обеими руками, и решил ей помочь, разыгрывая смущение.

– Это все так непонятно… – Он долго смотрел на листки. – Ой… здесь есть кое-что, о чем я забыл. Подождите минутку.

– Мистер Кушбери, приятель вашего клиента, Демо Уильямс, по-видимому, разговаривал с телохранителем Джо Рина, который подстрекал его к совершению убийства. Если у вас имеется что-то, так, черт возьми, передайте это мне!

– Вот так так, Боже мой, – пробормотал себе под нос Бино и снова принялся просматривать записи. – Где же это было у меня записано?

– Я жду, мистер Кушбери. Если вы ничего мне не скажете, то обещаю сделать так, чтобы Амп Хейвуд, когда его в конце концов привлекут за хищения в особо крупных размерах, получил максимальный срок. – Она чуть наклонилась к Бино. – Поверьте, я его не оставлю в покое, а втопчу в дерьмо.

– Что вы сделаете?

– То, что слышали. Неужели вы действительно думаете, что, располагая информацией, имеющей отношение к тройному убийству, можете вот так сидеть здесь и торговаться из-за своего грошового воришки?.. Это ведь не дела с оформлением недвижимости, а тягчайшее преступление.

– Вы… вы так не можете… – Бино начал заикаться. – Я… представляю этого человека…

– Вот смотрите. – Она вынула сотовый телефон, набрала номер, но прежде, чем нажать кнопку «Вызов», подняла на него хмурый взгляд и произнесла сердито, с нажимом: – Так как?

Бино подумал, что она даже больше сумасшедшая, чем он ожидал. Прекрасная сумасшедшая.

– Я… я… ладно, но по крайней мере дайте мне хотя бы посмотреть папку с делами. Если я намерен это сделать, мне нужно вначале ознакомиться…

Бино поставил перед собой почти полный бокал апельсинового сока и неожиданно правой рукой потянулся через стол к ее папкам. Она начала тянуть их назад, и в результате получилось так, что он тыльной стороной ладони перевернул бокал.

– Господи! – воскликнула Виктория, когда полный бокал сока пролился ей на колени и начал медленно стекать по ногам. Она вскочила со стула и посмотрела вниз, на кошмар, в который превратился ее строгий деловой костюм.

– О Боже, – взволновался Бино, – какой я неуклюжий… как это ужасно… – Он схватил салфетку и начал промокать пятна на ее костюме, делая еще хуже.

– Перестаньте! – крикнула она. – Да перестаньте же! – Затем схватила со стола две салфетки и в отчаянии посмотрела на официантку Эйнджел. – Где тут дамская комната?

Эйнджел показала на дверь в задней части ресторана.

– Оставайтесь здесь, – приказала Виктория, строго взглянув на Бино, и поспешила туда, оставив на стуле свой дипломат.

Когда пять минут спустя она возвратилась к столику, Бино Бейтса там уже не было. Вместе с ним исчезли также папки с делом Рина.

– Ну что за дура! – выругала она себя и посмотрела на стол, где о недавнем присутствии адвоката Кушбери напоминал перевернутый бокал с апельсиновым соком.

Виктория Харт осторожно подняла его и завернула в чистую бумажную салфетку. Затем положила в дипломат и вышла из ресторана. До здания суда ей предстояло добраться за пять минут.

Спустя девять месяцев после тройного убийства Виктория Харт добровольно прекратила дело против Джо Рина, Танцора. Вся процедура заняла меньше десяти минут. Когда судья Гоулдстон объявил о прекращении дела, мафиози понимающе кивнул, вроде как намекая, что на то была Божья воля, и медленно поднялся на ноги.

Джералд Коэн закрывал папки и одну за другой убирал в свой дипломат, в то время как его помощники-подпевалы, выпускники Йеля, покидая поле брани, собирали с длинного деревянного стола ручки, карандаши, записи и все прочее. Красавец мафиози улучил момент, чтобы встретиться с Викторией у двери из зала заседаний суда. Он грациозно отступил в сторону, чтобы пропустить ее, а когда они вышли в холл, повернулся к ней.

– Очень приятно, что справедливость наконец восторжествовала. Верно, прокурор?

– Вы это говорите мне? – спросила она, потрясенная его наглостью.

Он улыбнулся:

– Мне кажется, да.

– Тогда скажи своему шестерке-блондину, который сегодня утром украл папки с делами, чтобы прислал их назад. Там нет ничего, что я могу использовать против тебя. Это дело закончено… Но мне нужно их просмотреть и привести в порядок. Я уверена, ты просто хотел оценить мою возню, которая оказалась тщетной.

– Понятия не имею, о чем ты толкуешь, Вики, но позволь мне дать тебе совет. По отношению к тебе я был очень терпелив, не обращал внимания на повестки, которые ты рассылала моим друзьям и партнерам по бизнесу, и все остальное. Почти целый год я мирился с твоими нахальными необоснованными заявлениями и все время спрашивал себя: почему я проявляю такую снисходительность? И не находил ответа. Возможно, это потому, что ты привлекательная молодая женщина, а я воспитан вести себя с женщинами галантно. И все же мой лимит терпения ты уже исчерпала и в будущем должна будешь вести себя по отношению ко мне много лучше и держаться как можно дальше. Короче, я хочу, чтобы между мной и тобой было как можно больше места.

– Место, которое я присмотрела для тебя, – это камера в девять квадратных метров с видом на каменоломни. И начинай, Джо, привыкать ко мне, я всегда буду где-нибудь поблизости. Потому что только начинаю с тобой работать.

Виктория повернулась и пошла прочь, расправив плечи, все время, пока шла до лифта, чувствуя на своей спине его пристальный взгляд. Когда она повернулась нажать кнопку вызова, то увидела, что Джо Рина все еще смотрит на нее. Но он больше не был похож на кинозвезду. Сейчас взгляд гангстера выражал всю его сущность. Так, наверное, выглядит абсолютное зло, подумала Виктория и вошла в кабину лифта, размышляя, удастся ли ей когда-нибудь одолеть такого опасного врага.

Перед заседанием у судьи она передала бокал из-под апельсинового сока Дэвиду Франфурктеру, чтобы он отправил его в полицейскую лабораторию на экспертизу. Вернувшись к себе в кабинет, она забыла о нем, но вскоре появился Дэвид с заключением криминалистической лаборатории.

– Ты не поверишь, – сказал он, – но этот парень, с которым ты завтракала, по-настоящему любопытный экземпляр. К счастью, на бокале сохранились три отличных отпечатка – указательного, среднего и большого пальцев и частично ладони.