Александр Ермак - «ГЗ»

– Вроде бы не очень…

– Я не знаю абсолютно всех…

Я смотрел на Жанну с материалистическим недоверием:

– Но тогда, тогда откуда?

Она вздохнула:

– Я же говорила, что уже кое чему научилась… Так тебя интересует это здание? Нет или…

– Да.

Жанна кивнула:

– Тогда слушай. 7 – это числовое значение буквы «Заин», которая означает полноту или завершенность, гармонию, силы природы. Это сильная, основная цифра. Ты знаешь, что есть семь дней недели, семь цветов радуги, семь нот в октаве, семь дней творения, каждая клетка человеческого тела обновляется каждые семь лет, и так далее, и так далее, и так далее…

Я хмыкнул:

– Хорошая цифра, ничего не скажешь. И?

Жанна улыбнулась несколько снисходительно:

– И если человек, связанный с этой цифрой, будет делать все так, как положено, так, как это соответствует его предназначению и природе, то высшие силы будут «питать» его, создавать условия для его плодотворного мирного труда. И тогда он получит то, чего заслуживает… Ты понимаешь, насколько сильна и важна эта буква?

– Понимаю, но причем здесь «Заин»?

Она снова пронизывающе смотрела мне в глаза:

– Тебя же интересует здание.

– Да, – все еще не понимал я.

Жанна снисходительно усмехнулась:

– Сразу видно, что ты не последователь каббалы. Ты не умеешь вникать, все видишь с одной стороны, однобоко.

Вообще-то слышать это мне – журналисту, обычно рассматривающему любую проблему с разных сторон – было достаточно странно, но я продолжал слушать.

Жанна взяла меня за голову и задрала ее вверх:

– Не смотри только себе под ноги. Смотри туда, а потом оттуда. Нужно уметь видеть. Оторвись от земли, поднимись и посмотри на ГЗ сверху.

– Ну, – пялился я в небо, из которого на меня пялились звезды.

Она направила мою голову вниз и нарисовала на снегу:

– Если ты посмотришь на ГЗ сверху, то увидишь, что это здание похоже на букву «Ж».

Я не понимал:

– Семь… Заин… А при чем здесь еще и «Ж»?

Жанна смотрела на меня в упор:

– «Ж» – это аналог «Заин» в русском языке. Делай выводы сам.

Да, она сказала что-то важное или интересное. Но меня знобило. Нет, меня теперь просто трясло, и голова моя совсем ничего не соображала. Я потянул Жанну в сторону ГЗ:

– Пойдем обратно. В ГЗ…

Она еще некоторое время смотрела мне в глаза, разглядывая что-то внутри меня. Потом, потом согласилась:

– Пойдем. В Город Заин…

И тут же пошел, нет, повалил такой плотный крупный снег. Снежинки таяли на ресницах, ослепляя, и – я все-таки видел – засыпая все, что нарисовала на снегу Жанна.

Мы вернулись к ГЗ. Остановились на ступеньках. Жанна внимательно посмотрела на меня:

– На сегодня тебе хватит.

Да, мысленно согласился я с ней, но, конечно, стоит встретиться и еще раз:

– Когда у вас следующее собрание?

– Не знаю. – Жанна сунула руку в кармашек. – Но вот тебе моя визитка, позвони через несколько дней. Да даже и без собрания можешь найти меня, если еще что-то неясно.

Вздрогнул от неожиданно пробежавшего по спине холодка и кивнул:

– Я обязательно позвоню.

За колонной, кажется, снова что-то мелькнуло. Я на секунду отвернул голову от Жанны, а когда вновь обернулся к ней – то девушку рядом с собой не обнаружил. Уже не только шел снег – снова, как и вчера, замело. Белые лохматые вихри скрыли луну, фонтаны, смотровую площадку. Стало темно и неуютно. Быстрей в ГЗ. Как сказала Жанна, в Город Заин…

Пошатываясь, я вошел в комнату Зои. Она помогла мне снять куртку:

– От тебя пахнет женщиной.

«Жжанной», – хотел сказать я, но произнес другое:

– Жженщиной? Не думаю…

Сказал и рухнул на кровать. Сознание покидало меня: «Заин», «7», «Ж», «15 февраля»… Да самое важное – это «15 февраля». Что будет? Что случится 15 февраля?…

Как жарко. И душно. А вокруг метет, метет, метет… И нет сил ни сдвинуться, ни пошевелиться. А из темноты что-то большое и белое надвигается на меня. Оно холодно прикасается, ощупывает, мутно заглядывает в глаза. И отступает. И метель тут же стихает. Я помню: так уже было. И звезды в небе. И луна. Так близко. Как она прекрасна. Я вижу – от нее отрываются маленькие лунные капельки. Они падают. Падают на землю. Падают на меня. А я все никак не могу найти в себе сил. Я не могу сделать и шага, я не могу пошевелиться, чтобы увернуться. Я лишь зажмуриваюсь, и лунные капли бьют меня по лицу. Нет, не бьют. Они просто капают. Как дождь. Это теплые капли летнего дождя. Я глубоко вдыхаю, я хочу прочувствовать весь его влажный аромат. Пахнет. Пахнет очень приятно, очень знакомо. Но не летним дождем. Я снова открываю глаза.

Луна гуляет по небу. Останавливается. Остановилась. Так и должно быть. Но нет, она сорвалась. Она падает. Падает на меня. Луна заслоняет собой уже все небо. Но я не пытаюсь отойти в сторону, я не зажмуриваюсь в ожидании. Я смотрю, я всматриваюсь в приближающуюся нее. И я вижу кратеры, похожие на глаза. И горные хребты, как нос и губы. И я вдруг удивляюсь тому, как луна похожа на Зою. И понимаю: луна и есть она, ее лицо. Зоя смотрит на меня сверху и из ее глаз капают слезы:

– Слава богу, ты приходишь в себя…

Я, наконец, смог пошевелиться. Губами:

– Зоя…

Она вздыхает:

– Наконец…

По моему лицу текут лунные капли. Хочется пить и я, кажется, улыбаюсь:

– Еще воды…

Зоя тут же подносит к губам стакан. Я пью, тяжело глотая. Луна-Зоя смотрит с надеждой:

– Кушать хочешь?

– Кажется, нет…

Зоя-луна заставляет меня съесть пару ложек меда. И я так устал. Мои ресницы схлопываются. А я не хочу:

– Зоя… Луна-Зоя… Зоя… За…

В ответ откуда-то издалека приходит шепот Жанны:

– Заин… Заин… Заин… Полнота… Завершенность… Гармония… Плодотворность… Заин… Заин… Заин…

И вокруг снова метет, но не так сильно, и я вижу не просто белые полосы-пятна, я различаю отдельные снежинки. Нет, это не снежинки, это цифры-кружева: «7» и «8», «2» и «3», «1» и «4», «5» и «9», «6» и «0». Это что-то значит?

И снова:

– Заин… Заин… Заин…

Я оборачиваюсь. И не вижу Жанны.

– Жанна!

– Заин…

– Жанна!

И снова, снова ее голос. Он вьется, вьюжит вокруг, и он шепчет, шепчет, шепчет:

– Заин… Заин… Заин… Полнота… Завершенность… Гармония…

Я снова всматриваюсь в снежинки-кружева. «7» и «8», «2» и «3», «1» и «4», «5» и «9», «6» и «0». Что это значит? «7» и «8», «2» и «3», «1» и «4», «5» и «9», «6» и «0»… А еще – я не заметил сразу – здесь есть «+», «-», «х». И другие, и другие…

Снежинки-кружева падают с неба. Я подставляю ладони и ловлю их. «7» и «8», «2» и «3», «1» и «4», «5» и «9», «6» и «0». Они покрывают мои пальцы горкой. Белой. Кружевной. Невесомой.

Я вижу и цифры, и знаки сначала отчетливо, но потом, потом они начинают мутнеть и таять. Да, они тают. Мои руки холодны, но снизу от земли идет ровное, уютное тепло…