Лорел Гамильтон - Торговля кожей

— О том, что вы почтили своим присутствием спецназ всего на пару часов, и вдруг оперативники ни с того ни с сего доверяют вам прикрывать свои спины в бою и дерзят старшим по званию. Должно быть, вы и действительно настолько хороши, как о вас говорят.

Не часто удаётся лицезреть потрясённых мужчин, но сегодня мне повезло. Этот незабываемый момент, когда челюсть отпадает и ты поверить не можешь, что с чьего-то языка слетела подобная глупость. Они встали вокруг нас, и появилось чувство стаи, сгрудившейся вокруг того, кто всем не нравился.

Купер заговорил тихо, но отчётливо, не повышая голоса, но эмоции в нём кричали:

— Эта женщина собирается встать плечом к плечу с нами и войти в этот дом, в то время как вы будете прохлаждаться снаружи в комфорте и безопасности.

— Я не посещаю больше тренировки, — ответил Шоу.

Его лицо никак не могло определиться, стоит ли ему побледнеть или покраснеть, так что оно решило испробовать оба варианта.

— Но когда-то вы проходили тренировку, и вам хорошо известно, что лучше не нарываться на наше раздражение, когда до старта считанные минуты.

Каннибал протиснулся сквозь людей в зелёной униформе и заговорил низким голосом рядом с Шоу:

— Выступление против Аниты не вернёт вашу жену.

— Это не твоё дело.

— Это стало нашим делом, когда вы обвинили нас в том, что мы трахаем федерального офицера вместо того, чтобы делать свою работу.

Лейтенант Гремс начал прокладывать к нам путь сквозь толпу, но он подоспел слишком поздно, чтобы пресечь то, что произошло в следующий момент.

— Держись от меня подальше, Рокко, — прошипел Шоу.

— Ага, вот оно, вы и людей с психическими способностями боитесь, но нас вы ненавидите на порядок меньше, чем оборотней, поскольку ваша жена сбежала не с одним из нас.

Приехали, разгадка, почему Шоу ненавидел мою задницу, оказалась перед нами. Каннибалу не следовало говорить этого при начальнике своего босса, но… я была благодарна ему за то, что отстоял мою честь, или, возможно, он просто отстаивал свою честь; в любом случае, приятно было пройти через это не в одиночку.

По профессии Грегори Минс значился вышибалой, но Виктор весьма недвусмысленно поведал нам, что тот являлся силовиком для их клана, и прозрачно намекнул, что тот выполнял не совсем законные поручения отца Виктора (силовик, он же инфорсер — член бандитской группировки, в обязанности которого входит принуждение различных лиц к выполнению требований банды или приведение в исполнение её приговоров — прим. переводчика). Большинство веркрыс, охранявших бизнес Жан-Клода, имели приводы в полицию, или же просто ещё не были пойманы с поличным, так что жаловаться мне не пристало. В последнее время, когда от жалоб не было никакого проку, я просто-напросто не жаловалась. Проявление сознательности, наконец-то.

Штурмовую группу возглавлял парень с металлическим щитом, в котором было сделано специальное окошко. С нами также был парень с компактным тараном, остальная часть группы пребывала в полном боевом снаряжении с оружием наизготовку. Каждый маршал — Эдуард, Олаф, Бернардо и я — был прикреплён к одному из членов штурмовой группы. Мы будем следовать за ними, куда они — туда и мы. В пригороде непросто найти оптимальное место для снайперов, но мы разместили их, как смогли, — некоторые расположились в эвакуированных домах по соседству с домом Минса. Он наверняка догадался, что мы находимся снаружи, но с таким количеством людей и такой неповоротливой процедурой это было лучшее, на что мы были способны. Хотя, в том, что нас было так много, были и свои плюсы — дом всё время находился под пристальным наблюдением, и сбежать Грегори не удастся. Его видели внутри, но никто не видел, чтобы он выходил из дома, так что он по-прежнему находился там. На то, чтобы все люди заняли исходные позиции, ушла уйма времени. Эта часть операции нравилась нам меньше всего, и сохранение самообладания вызывало у меня определённые трудности. Не то, чтобы я сетовала по этому поводу, но мне хотелось уже начать продвигаться к дому, и я знала, что нельзя. Это был один из тех моментов, когда курение кажется заманчивой идеей, лишь бы занять себя чем-нибудь, пока мы ждём. Я следила за тем, как опускается солнце, и боролась с ускоряющимся пульсом. Не хотела бы я гоняться за Витторио и его людьми в полной темноте. Я созналась себе, раз уж больше признаться было некому, что странное ощущение у меня под ложечкой — это страх. Один серийный маньяк присылает мне человеческую голову в коробке, а я уже и хвост поджала, пойди разберись в этом.

Я в который раз уже попыталась разъяснить себе, как бесценен этот момент, пока мы ждали, когда ещё один член команды займёт позицию в отдалении. Я была прикреплена к Куперу, что означало, что я пойду в арьергарде. Понятия не имею, по какому принципу они распределили, кто где пойдёт.

— Купер, они убили ваших людей при свете дня; как только опустится тьма, вампиры придут им на помощь, и будет ещё хуже, на порядок хуже.

— На сколько хуже? — полюбопытствовал он.

— Если будем и дальше так копаться, у нас появится возможность выяснить это на собственной шкуре.

— Я не могу идти против приказов, Блейк.

Я кивнула.

— Я понимаю, что это не ваша вина, но именно ваша жизнь и жизни ваших людей находятся под угрозой.

— Моих людей и ваших тоже, — прибавил он.

Я кивнула.

— Не уверена, что они именно мои люди, но вы правы. Ваши люди и мы.

— Я слышал, что у маршалов из сверхъестественного подразделения не существует строго определённой командной структуры.

Я рассмеялась.

— Вот вам отличный предлог сколотить из нас команду.

Я заслужила ответную улыбку.

— Как же тогда вы решаете, кто какие обязанности выполняет?

— У Теда самый богатый опыт из нас, я часто позволяю ему командовать. Иногда он позволяет командовать мне. Я работала с Отто и Бернардо ранее, так что мы в каком-то смысле знаем, в чём заключаются наши сильные и слабые стороны. — Я пожала плечами. — В основном, каждый из нас работает сам по себе, и нередко случается, что нас насильно вписывают в командную структуру тех или иных вооружённых сил, с которыми мы работаем, но чаще всего мы работаем сами по себе, в одиночку.

— Как Одинокий Рейнджер, — сказал он, тут же подняв руки в безмолвном извинении. — Я помню, что вы сказали Пауку о том, что Одинокий Рейнджер был Техасским Рейнджером.

Я улыбнулась.

— Верно, но в целом менталитет одинокого стрелка достаточно распространён среди сверхъестественного подразделения. Мы столько лет работали в одиночку, что играть в команде у нас просто не получается.

Мальчик, который выглядел чересчур молодо, чтобы участвовать в происходящем, даже на мой взгляд, с огромными голубыми глазами и волосами, целиком скрытыми под шлемом, словно в надежде, что более короткая стрижка придаст ему взрослый вид, сказал: