Филип Хоули - Клеймо

В эту минуту он услышал едва заметный — как последнее эхо — звук, почти слившийся с дыханием леса.

Люк застыл.

Где-то за спиной, в лесу, колыхнулись листочки на ветке. В идеально спокойном ночном воздухе.

Он бесшумно скатился на дно и выглянул из водостока, как крокодил, всплывающий на поверхность воды. Затем расслабил зрачки, впитывая смутные тени.

Движение слева, низко к земле. Люк поднял «глок» и прицелился, медленно убирая слабину спускового крючка.

На территории комплекса взревел грузовик.

— Ой, — пискнул чей-то голос. — Хозяин. Где вы, хозяин?

Люк расслабил палец на спусковом крючке.

— Тьфу, черт.

Вспыхнули фары грузовика, и свет сошелся на желтой куртке Фрэнки, который засиял, как подсвечник.

— Ложись, Фрэнки. Ложись! — шепотом крикнул Люк.

Он поднял голову и оглянулся на комплекс. На пассажирское место грузовика запрыгивал солдат.

— Я не вижу вас, хозяин.

Люк откинулся на противоположную сторону канавы, показываясь мальчику.

— Ложись на землю, Фрэнки. Быстро!

— No mueva! [12] Не двигаться! ( исп .) — донеслась команда из-за ограды.

Мальчишка, выпучив глаза, уставился на огни, как на маяк родного дома.

Раздался быстрый топот шагов, брякнула металлическая цепочка на воротах. Люк услышал, как трется ружейный ремень о грубую ткань солдатской формы.

Шаги одного человека.

Люк сжал пистолет в правой руке, левой оперся о землю — старая привычка чувствовать ее дрожь. Правда, сейчас земля была слишком мягкой и влажной.

Фрэнки начал что-то лопотать по-испански.

— Silencio! [13] Тихо! ( исп .) — крикнул солдат.

Луч фонарика скользнул по краю канавы.

— Callate! [14] Заткнись! ( исп .) — Отрывистый голос человека взорвался стаккато. — No mueva!

В поле зрения попала сначала голова часового, затем верхняя часть туловища. Солдат отступил в сторону и начал заходить мальчику за спину, с каждым шагом приближаясь к позиции Люка.

Маккена распластался на насыпи.

Внезапно солдат поднял винтовку и трижды выстрелил в воздух.

Люк плавно, по дуге, развернул пистолет на охранника, но прицелиться не успел.

Тело солдата прошила автоматная очередь, подняла его в воздух и отбросила на землю, рядом с Люком.

Винтовочный огонь. Со стороны леса. Что, черт возьми, происходит?

Люк выпрыгнул из укрытия, схватил М-16 часового и устремился к Фрэнки, застывшему как изваяние.

Шквалистый огонь с территории комплекса взбил рядом с ними несколько пыльных фонтанчиков.

Спрятавшись за деревом, Люк направил пистолет на второго охранника, который занял боевую позицию у ворот, и дважды выстрелил. Пули ударили в правое плечо солдата. Тот вскрикнул и упал.

Зарычал мотор грузовика, яростно заскрежетали тормоза.

Люк выглянул из-за дерева. Грузовик рванулся вперед, к воротам. Из главного здания выбежал человек в штатском и запрыгнул в кузов.

Люк услышал хлопки винтовочных выстрелов, и тут же левую руку пронзила жгучая боль. Звуки доносились со спины, из леса.

Он схватил Фрэнки правой рукой и резко перекатился к ложбине. Когда они Падали в канаву, совсем рядом просвистела еще одна пуля.

Ударившись о дно, мальчишка вскрикнул.

Когда Люк зажал ему рот ладонью, то заметил, что не чувствует четвертого и пятого пальцев. Он выпрямил руку и сжал кулак. Мышцы нехотя повиновались. Пощупав локоть, Люк поморщился — боль электрическим разрядом пронзила предплечье. Пуля чиркнула по касательной, содрав кожу, и задела локтевой нерв.

Фрэнки всхлипнул.

— Хозяин, мне страшно. Что мы делаем?

— Не поднимай головы и ползи туда. — Люк указал на место, где водосток уходил в дренажную трубу. — Под дорогой есть труба. — Он нарисовал рукой круг. — Забирайся в нее и сиди тихо.

— Я с вами.

— Нет! — Люк снова взмахнул рукой. — Дуй отсюда. Живо.

Мальчишка стал поспешно отползать.

Люк остался, пытаясь хоть немного поразмыслить среди хаоса. Кто-то подрезал его, когда он лежал ничком за деревом, в темноте. Нашли одним выстрелом.

Значит, есть прибор Ночного видения.

Из леса снова открыли огонь, на этот раз с другой стороны дороги. Люк перекинул через плечо винтовку убитого солдата и под грохот выстрелов продвинулся по канаве в глубь леса. Канава стала узкой и глубокой, образуя S-образный поворот между двумя деревьями. Прикрываясь ими, как щитом, Люк поднял голову и оглянулся на комплекс.

Грузовик уже за воротами свернул с дороги и врезался в дерево. Брезентовую обшивку изрешетили автоматные очереди. Ветровое стекло разбилось, и в свете фар блеснули осколки.

Он проследил за смертоносными зелеными трассами. Огневые позиции слишком далеко. Кто же мог вести боевые действия группой, использовать ночную оптику и убивать с большого расстояния?

Жгучая боль в локте говорила о том, что групп не одна, а две. Нападавшие вели перекрестный огонь только по выходу с объекта. Или, как они считали, по единственной дороге Люка внутрь комплекса.

Не похоже, что охранники замыкали кольцо окружения. Они действовали так, словно защищали объект. Пешки, случайно попавшие под перекрестный огонь.

Неужели его поджидали? Невероятно. Всего несколько часов назад Люк и сам не знал, что будет именно здесь. Скорее охотники преследовали его от Майякиталя, а он и не скрывался. Прошел через джунгли, даже не пытаясь замести следы.

Огонь прекратился. Воображение Люка уже рисовало бойцов, прочесывающих лес — мир, подсвеченный призрачными зелеными силуэтами, — в поисках добычи. Снайперы с его стороны дороги останутся на прежних позициях.

Знают ли они хоть что-нибудь о Люке?

Сумрак смерти окутал его разум. Пульс стал редким, дыхание — спокойным.

Телом и духом завладели демоны.

Он размазал влажную землю по лицу и рукам и затаился, просеивая каждый звук и каждый запах, чтобы чувствовать только те, что исходят от человека.

Возможно, охотники считали, что он либо ретируется, либо ввяжется в бой. Вместо этого Люк ждал, заняв позицию в канаве между двумя огромными стволами деревьев.

Ждать пришлось недолго. Когда над головой пронзительно крикнула обезьяна, он едва не пропустил этот звук.

Ботинок, поднимающийся из грязи.

Прошло несколько секунд. Под весом наступившей ноги прогнулась веточка. Летучий, едва заметный звук — мгновение. Умелый охотник замер, не ступив на полный шаг, но малейшей поспешностью уже выдал себя.

Охотник приближался. Второй тоже будет рядом — возможно, наверху — и следовать параллельным курсом.

Люк отсоединил штык-нож от винтовки и пальцем провел по краям лезвия. Шестнадцать сантиметров.

Еще один шаг. Мозг проигрывал этапы боевого броска с захватом — мысленная тренировка из другой жизни Люка.