Джеффри Дивер - Разбитое окно

Вы были как родные братья…

– Но ведь Джуди говорила, что вы с Блэйн ездили к ним в гости спустя годы? Значит, ты не держал на Артура обиду за прошлое?

– Конечно, ездили. То есть Адрианна была всего лишь школьным увлечением. Она, кстати, высокая, рыжеволосая и красивая.

Сакс рассмеялась.

– Но я согласен, из-за нее не стоило жертвовать дружбой.

– Выходит, история еще не закончилась?

Райм заговорил после некоторого раздумья:

– Незадолго до того, что со мной случилось, я ездил в Бостон.

Он отпил через соломинку немного кофе.

– Выступал на международной конференции по криминалистике. В перерыве я зашел в бар. Ко мне подошла женщина, профессор на пенсии, когда-то преподававшая в МТИ. Ее внимание привлекла моя фамилия. Она спросила, не прихожусь ли я родственником ее давнишнему студенту со Среднего Запада, Артуру Райму. «Двоюродный брат», – сказал я ей. Тогда она сообщила мне об Артуре кое-что интересное. Вместе с заявлением о поступлении в институт он вместо обычного эссе представил научную работу – блестящую, по определению профессорши. В ней содержалось оригинальное, прекрасно исполненное и не оставляющее без внимания даже малейшие детали исследование. Сакс, если захочешь сделать комплимент ученому, скажи, что его исследование выполнено со скрупулезной точностью.

Райм опять помолчал.

– Ну, так вот, профессорша убеждала Артура немного дополнить эту работу и опубликовать в научном журнале, но у него, видимо, не дошли руки. С тех пор между ними прервалась связь, и теперь она хотела узнать, продолжал ли Артур исследования в той области… Мне стало любопытно. Я поинтересовался темой работы Артура. Профессорша запомнила ее дословно: «Воздействие некоторых материалов на биологическую среду на уровне наночастиц»… Чтоб ты знала, Сакс, эту работу написал я.

– Ты?

– Это был мой конкурсный проект для компании «Вестингауз». Он занял второе место в штате. И, без лишней скромности, работа действительно весьма оригинальная.

– Так Артур украл ее?

– Ну да… – Даже теперь, по прошествии стольких лет, Райма окатила горячая волна гнева. – Но это еще не все.

– Рассказывай дальше.

– После конференции у меня из головы не выходило услышанное от той женщины. Я позвонил в приемную комиссию МТИ. Они хранили вступительные заявления на микрофишах. Мне переслали мою копию. В ней все было не так. То есть само заявление, подписанное и отправленное мной, настоящее, а документы, поступившие туда из школы, из офиса консультанта по университетскому образованию, оказались поддельными. Оценки «А» исправлены на «Б». Артур постарался. Он даже новые рекомендательные письма сочинил, посредственные и формальные. А может, и не сочинил, подсунул те, что сам получил от своих учителей. А рекомендация дяди Генри вообще пропала.

– Он изъял ее?

– Вместе с моим эссе, а вместо него написал какую-то дурацкую галиматью на незамысловатую тему «Почему я хочу поступить в МТИ» да еще сдобрил ее хорошо продуманными ошибками.

– О, Райм, мне так жаль. – Сакс сочувственно пожала ему руку. – И ведь Адрианна работала в офисе консультанта? Значит, не обошлось без ее участия?

– Сначала я тоже так подумал, разыскал номер ее телефона и позвонил. – Райм невесело усмехнулся. – Поговорили о жизни, о семьях, о карьере. Вспомнили прошлое. Адрианна сказала, что до сих пор не понимает, почему я так неожиданно прекратил наши отношения. Она удивилась, узнав, что мне стало известно об их свиданиях с Артуром и я решил не путаться у них под ногами.

Вот тут-то и выяснилось, что Артур всего лишь попросил Адрианну помочь ему подготовить документы для поступления в университет. Он несколько раз приходил к ней в офис, расспрашивал об условиях приема, знакомился с чужими эссе, рекомендательными письмами. Жаловался на консультанта в его школе, мол, с ним каши не сваришь, а так хотелось поступить в хороший вуз. Просил никому не говорить о своей просьбе, особенно мне, – ему якобы было стыдно, что он не в состоянии подготовить документы самостоятельно. Так и получилось, что Адрианна пару раз прокатилась с Артуром в его «корвете» украдкой от меня. По ее словам, ей все еще было совестно, что поддалась тогда уговорам моего двоюродного брата и солгала мне.

– А когда Адрианна отошла в туалет или к копировальной машине, он воспользовался ее отсутствием и выпотрошил папку с твоими документами.

– Именно так и произошло.

Арт за всю свою жизнь мухи не обидел. Он просто не способен на это…

«Как бы не так, Джуди».

– Ты настолько уверен? – засомневалась Сакс.

– Увы. Закончив с Адрианной, я сразу позвонил Артуру.

Тот разговор почти дословно до сих пор звучал в ушах Райма.

– Скажи, зачем, Артур? Зачем ты это сделал? – начал он, не теряя времени на приветствие.

В наступившей тишине слышалось только дыхание двоюродного брата.

Артур сразу догадался, что речь идет о его давнем прегрешении, хотя годы минули с той поры. Он не стал спрашивать, как Линкольн узнал об этом, не счел нужным отрицать свою вину или притворяться, что не понимает.

Артур взорвался сердитой тирадой, словно дал себе волю и выплеснул наболевшее:

– Хочешь знать зачем, Линкольн? Ладно, скажу. Помнишь рождественский приз?

– Какой приз? – недоуменно переспросил Райм.

– Тот, что ты получил от моего отца за победу в викторине в рождественский сочельник, последний перед окончанием школы.

– Бетонный обломок от стадиона Стэгг-Филд? – Райм все еще находился в замешательстве. – При чем тут он? – «Какое отношение к предательству имеет дешевый сувенир, представляющий ценность лишь для нескольких людей?»

– Он предназначался мне! – выкрикнул Артур, словно испытывая смертельную обиду. – Отец назвал меня, своего сына, именем руководителя атомного проекта. И я знаю, он и дальше следовал бы логической цепочке. Рано или поздно он вручил бы мне этот камень в честь окончания школы или университета. Это был мой приз, мой подарок! Я мечтал о нем долгие годы!

Райм потерял дар речи. Он и его двоюродный брат, двое взрослых мужчин, по-детски выясняли отношения, как если бы не поделили книжку комиксов или шоколадку.

– Он отнял у меня вещь, которой я по-настоящему дорожил. И отдал тебе! – Голос Артура дрогнул, будто от слез.

– Артур, я просто дал правильные ответы на несколько вопросов. Это была игра!

– Игра? Дурная игра в канун рождественского сочельника! Вместо того чтобы распевать колядки и смотреть по телику «Эту чудесную жизнь», отец устроил долбаный урок! Ему плевать, что присутствующие не знали, куда деваться от неловкости и скуки. И никто не посмел возразить великому профессору.

– Господи, Арт, не моя вина, что дядя Генри вручил мне этот приз! Я у тебя ничего не крал!