Джон Гришем - Уличный адвокат

- Склад знаю. Там постоянно живут захватчики.

- Отнюдь не захватчики. Во всяком случае, мне они таковыми не кажутся.

- У тебя есть факты?

- Пока только предположения. Документы в папке подтасованы: кое-что изъято, кое-что добавлено. Самую грязную работу проделали руками ассистента из отдела недвижимости Гектора Палмы, он выезжал для инспекции и руководил процедурой выселения. Похоже, впоследствии его стала мучить совесть. Он прислал мне анонимную записку, где утверждал, что выселение было юридически небезупречным, и дал ключи от стеллажа, где хранилась папка. В вашингтонском отделении фирмы Палма со вчерашнего дня не работает.

- А где он?

- Хотел бы я знать.

- Он дал тебе ключи?

- Косвенно: оставил на столе вместе с запиской.

- И ты воспользовался ими?

- Да.

- Выкрал досье.

- Я не собирался совершать кражу, хотел снять копию.

Но по дороге в контору какой-то идиот врезался в мою машину, и я оказался на больничной койке.

- Это та самая папка, за которой мы ездили в отстойник?

- Совершенно верно. Я хотел без шума вернуть ее на место. Никто бы ничего не узнал.

- Весьма сомнительное предприятие.- Мордехай вознамерился обозвать меня ослом, да повременил до более близкого знакомства.- Что, говоришь, пропало из папки?

Я коротко изложил суть сделки.

- Главным для "Ривер оукс" было как можно быстрее стать владельцем участка. Когда Палма впервые появился на складе, его избили. Он подшил в дело докладную записку и поехал во второй раз, с охраной. Но отчет об этой инспекции отсутствует. Запись в регистрационной карточке есть, а отчета нет. Думаю, его вытащил Брэйден Ченс.

- Что было в отчете?

Я пожал плечами:

- Кажется, Гектор прошелся по складу, поговорил с жильцами, узнал, что они исправно платят за клетушки Тилману Гэнтри. Понял, что эти люди вовсе не захватчики, а квартиросъемщики, находящиеся под защитой закона, регулирующего отношения между домовладельцем и нанимателем жилья. Но к тому моменту маховик уже набрал обороты, нужно было либо подписывать акт купли-продажи, либо расторгать сделку. Этого Гэнтри допустить не мог, отчет Палмы благополучно исчез из папки, выселение состоялось.

- Семнадцать человек.

- Без детей.

- Имена выселенных известны?

- Да. Кто-то - подозреваю, Палма - подсунул мне перечень. Если мы найдем этих людей, у нас будут свидетели.

- Возможно. Но Гэнтри скорее всего удалось запугать их. Он личность известная, для него пощекотать человеку Ребра пистолетом - удовольствие. Мнит себя крестным отцом и не без оснований. Если он приказывает держать рот а замке, то так и происходит, в противном случае тело вытаскивают из реки.

- Но ты его не боишься, а, Мордехай? Давай прижмем Гэнтри. Он расколется и расскажет все, что знает.

- Нахватался уличного духа, да? Мне повезло, я принял на работу осла.Шаг к сближению сделан.- Сколько Гэнтри получил за склад?

- Двести тысяч. Приобрел за полгода до сделки. О цене в досье ни слова.

- Кто продавец?

- Город. Здание считалось брошенным.

- В таком случае он заплатил тысяч пять, максимум десять.

- Получив маленькую прибыль.

С чувством юмора у Мордехая было плохо, как, впрочем, и с отоплением в машине. Я дрожал от холода.

- Огромную. Для Гэнтри это прорыв. Раньше он промышлял мелочью типа моек для машин и овощных магазинчиков.

- Зачем ему понадобилось покупать склад и оборудовать площади под дешевое жилье?

- Наличные деньги. Он затратил пять тысяч на покупку, вложил тысчонку, чтобы установить фанерные перегородки и сортиры, дал дешевенькую рекламу. Новость быстро облетела улицы, и к складу потянулись бездомные. Гэнтри брал с каждого по сотне в месяц, исключительно наличными. Вряд ли его квартиросъемщики были искушены в бухгалтерии. Здание намеренно поддерживалось в самом неприглядном виде, чтобы городским властям, вздумай они наведаться, можно было заявить: склад захвачен самовольно. Чиновникам пообещать выгнать бродяг и, конечно, пальцем не пошевелить. Такое здесь творится сплошь и рядом.

Неузаконенное предоставление жилья.

Я хотел спросить, почему город не вмешивается, но вовремя спохватился. Ответ ясен: если выбоин на дорогах ни сосчитать, ни объехать, если треть полицейских машин - катафалки, если в школах протекают потолки, а в больницах пациенты лежат в коридорах, значит, городской механизм разрушается на глазах.

Кого волнует ловкач, помогавший, пусть сомнительными методами, убирать с уродливых улиц их безобразных обитателей!

- Где думаешь искать Палму?

- Предполагаю, фирма не столь глупа, чтобы уволить Гектора. Полно филиалов, куда его могли запихнуть. Я найду его.

Мы въехали в деловую часть города.

- Видишь трейлеры вон там?- Мордехай махнул в сторону.- Это площадь Маунт-Вернон.

Из-за высокого забора вокруг территории примерно в полквартала виднелись облезлые, покореженные фургоны, поставленные друг на друга.

- Самая паршивая ночлежка в округе,- пояснил Мордехай.- Раньше в трейлерах перевозили почту, потом списали и отдали городу, а уж он догадался осчастливить бездомных. Спят они там, как сардины в банке.

Миновав перекресток, мы припарковались у длинного трехэтажного сооружения, которое тринадцать сотен человек считали своим домом.

БАСН было создано в начале семидесятых годов группой противников войны во Вьетнаме, поставивших себе цель Действовать на нервы правительству до тех пор, пока оно не прекратит бойню. Члены братства сняли дом в северо-западном пригороде Вашингтона и организовали нечто вроде коммуны. Во время маршей протеста вокруг Капитолийского холма они частенько заговаривали с бездомными ветеранами, привлекали их в свои ряды. Братство росло. По окончании войны активные сторонники ненасилия деятельность не свернули, как можно было ожидать, а направили в новое русло: занялись практической помощью бездомным. Где-то в восьмидесятых лидером братства стал Митчел Снайдер, страстный защитник всех, кого общество отвергло.

Обнаружив пустующее здание городской школы, числившееся собственностью федерального правительства, члены братства заселили его шестью сотнями отчаявшихся найти крышу над головой. Школа стала домом для бродяг и штаб-квартирой для организации. Власти неоднократно пытались выгнать захватчиков, но успеха не добились. В 1984 году, стремясь привлечь внимание общественности к проблемам бездомных, Снайдер объявил пятидесятидневную голодовку. За месяц до переизбрания президент Рейган громогласно объявил о намерении превратить школу в образцовый приют, и Снайдер прекратил голодовку. Однако, оставшись на второй срок, Рейган забыл это обещание, и братство оказалось втянутым в вязкую трясину судебных разбирательств.