Ирина Боур - Слёзы Рублёвки

Хотя, строго говоря, на месте 'Люцифера' могло оказаться и что-нибудь ещё. Даже не обязательно Бог или другое божество. Некоторые индейцы Америки, скажем, поклонялись водопадам.

Просто так уж сложилась вокруг Леонида жизненная и информационная среда, что водопада возле него не было…

* * *

Борис Семёнович Владимирский откинулся на спинку кожаного кресла. Дела идут. Идут неплохо. Это очень полезно, что он тогда решил 'вписаться' в это дело с ОСАГО. Банк банком, это неплохие деньги, но всегда полезно взяться за оказание обязательных услуг населению. Сбербанк ему не переплюнуть, конечно, — его никому не переплюнуть. Но то, что к буквально вырванному праву обслуживать платежи людей третьим организациям он прилепил ещё и страховую компанию, дело весьма перспективное. Тем более — когда в доле и кое-кто из серьёзных государственных чиновников. Что бы там ни говорили, а в нынешних условиях государственного капитализма такое участие не то что необходимо — оно даже не обсуждаемо. Зимой без дублёнки не побегаешь…

Да к тому же он и сам был в определённом смысле государственным деятелем. Четыре его человека сидели в Думе, один — в Совете Федерации. Он был, таким образом, тоже чем-то вроде лидера политической партии. И парламентской фракции. И именно его люди — то есть и его люди тоже — помогли Союзу страховщиков протащить столь выгодные положения в законе об ОСАГО.

И в РСПП у Владимирского неплохие позиции. После назначения Саши Жохина они даже укрепились. Слава Богу, он еще в 1993 году разглядел в нём, картавом и нудном очкарике, большой политический потенциал. Хоть в те поры его и забивал Сергей Чухрай. Владимирский тогда помог им с деньгами для предвыборной кампании. И потом это отозвалось сторицей. Вся команда быстро пошла наверх, вплоть до Администрации. И Саша Коровин стал представителем президента в Госдуме.

А в ТПП силу набрал Боря Исхаков. Рядом со старым зубром Вымаковым. Ключевое здесь — слово 'старый'. С перспективами Борис человек. Хоть не все его любят.

А дальше само идёт. Пусть журналюги орут о коррупции. На самом деле конвертики с долларами — это так, баловство для фининспекторов. Настоящий бизнес и настоящая власть не нуждаются уже в деньгах как смазке для своих отношений. Всё — на уровне дружбы. Особой, конечно, её разновидности. Когда счёт всё равно ведётся. И если за услугу кто-то предложит большую цену, то дружба будет вынуждена проглотить и предательство…

И тем не менее, мир здешний — достаточно тесный и узкий. Рано или поздно пересекаются интересы каждого с интересами каждого. А раз уж решено, что стрельба и взрывы отменяются, то и приходится действовать соразмерно. Случаев, как с Ваней Кивелиди, больше не будет.

Кстати, о случаях…

Очень интересный доклад представил Логовенко. Очень.

Теперь ясно однозначно — чистая бытовуха. Обычные рублёвские бабы, жутко ревнивые друг к другу, вечно живущие в постоянном соревновании с себе подобными. В этой вечной гонке за лучшей одеждой, за лучшей косметикой. За лучшим телом, в конце концов… Где выигравшим достаются призы в виде состоявшихся богатых мужчин. А проигравшие безжалостно из здешней жизни выкидываются.

Обычные бабы сцепились из-за места на автостоянки.

Борис Семёнович усмехнулся. Да нет, Лариска — милейшая девка, но, конечно, из-за такого случая открывать полноценные боевые действия он не будет. Не хватало ещё славы, что он за бабьим подолом в соседскую свару ввязался. Будто пьяная деревенщина из-за пропавшего с плетня кувшина…

Пускай сама разбирается. Баба боевая…

А вот другая сторона конфликта — это может быть интересно…

Владимирский вызвал помощника.

Костя, человек доверенный, хоть и хваткий. Или наоборот — хваткий, но, в силу того, что Владимирский платит за эту хватку сильно значительные деньги, — доверенный. Пару раз его пытались перекупить — не сумели.

Помощник появился в кабинете почти сразу же. Словно ждал за дверью. Это тоже было одним из его достоинств — чрезвычайная быстрота и гибкость. Для него не существовало ничего выше приказа босса, и ради его исполнения помощник бросал всё. Чем бы ни занимался. Владимирский даже подозревал, что Костя, услышав звонок от него, способен сорваться и с женщины. Во всяком случае, не было ещё такого, чтобы он не ответил по телефону уже после третьего сигнала.

Но в то же время приказ он мог исполнить именно гибко: результат будет достигнут подчас с весьма большой фантазией. В своё время это именно он предложил ход на Вымакова через телевизионщиков. Отчего Березовский — тогда они были в союзе — пришёл в неописуемый восторг.

К тому же помощник изобретательно пользовался подчас весьма неожиданными методами.

— Слушай, Костя, — произнёс Владимирский. — Ты садись, что ты стоишь. Разговор будет небольшой, но и не очень деловой. Почти семейный. Скажи, у нас есть что-нибудь на Серебрякова?

Х.8.

Виктор Серебряков сидел за столом и угрюмо смотрел в последние сводки.

Продажи падали.

И не потому, что люди переставали покупать его продукцию. В его собственных филиалах продажи шли не хуже, чем раньше. В общем, конечно, ибо сезонность в их деле очень ярко выражена. Но в целом тут дела шли.

А вот оптовикам и дилерам словно какая шлея под хвост попала! Начались отказы. Необъяснимые, непонятные. Ребята из внешней службы уже кучу денег на командировочные извели, но серьёзной прибавки реализации это не принесло. Оптовики смотрели честными глазами. И говорили, что они, 'серебряковцы', гонят устаревший модельный ряд, который перестал пользоваться спросом. Что китайский ассортимент рынком отвергается. Потому что благосостояние выросло. И люди стали понимать, что под видом китайского продукта им продают ширпотреб. Вроде давешних китайских же дублёнок.

Дилеры тоже вели себя непонятно. Часть исчезла куда-то. Часть, по их словам, перепрофилировалась. Часть сменила учредителя и опять-таки перепрофилировалась.

Эти явления пока ещё трудно было назвать массовыми. Но цифры — упрямая вещь: некий непонятный мор настиг часть самых эффективных его партнёров. И, несмотря, на в целом не критическое число затронутых переменами фирм, количество продаж упало заметно.

Серебряков, конечно, не забыл слов Владимирского. Несмотря на то, что прошло уже два спокойных месяца с момента их единственной и последней встречи, и никто на него до сих пор не 'наехал'. Ни налоговая, ни защита потребителей, ни ещё что-нибудь в этом роде. Первое, что он перепроверил, это возможность, что за всеми падениями продаж стоит востроглазый банкир.

Но нет. На первый взгляд, видимой посторонней руки — и тем более Владимирского — за всеми этими событиями не прослеживалось. На ребят в Иркутске, например, сугубо местный банк санкции ввёл — действительно с кредитами заигрались. А слияние во Владивостоке, из-за которого ему пришлось лихорадочно искать новый магазин? Тоже как-то само собой у них там вышло.