Александр Ивин - Коридор до Рождества

- Что тебе надо? - спросила Анджела из-за дверной цепочки.

- Только то, что у тебя есть!.. - широко улыбнулся Боксон и достал из-за пояса длинные кусачки. - Ты угостишь меня кофе или мы устроим скандал на весь дом?..

С этими словами он ловко просунул кусачки в приоткрытый проем и перекусил цепочку. Анджела попыталась захлопнуть дверь, но ещё раньше Боксон предусмотрительно поставил на порог ногу.

- Не глупи, Анджела, - сказал он, - пора признать свое поражение и приступить к сотрудничеству...

Боксон отодвинул журналистку от двери, вошел в квартиру, тщательно закрыл замок.

- Что тебе надо? - повторила она.

- Правду, Анджела, только правду, - он подошел к ней вплотную, схватил за руку и отработанной подножкой сбил с ног. Она вскрикнула, но он уже затыкал её рот сдернутой со стола салфеткой. Потом, без особых затруднений преодолевая сопротивление, связал - руки к ногам.

- И да поможет тебе Бог! - сказал он, укладывая Анджелу на кровать, включил стереофон, поставил большую пластинку (что-то из репертуара Джимми Хендрикса), отрегулировал звук. - Нас могут подслушивать, поэтому перестань мычать, и я расскажу тебе интересную историю... Если ты согласна выслушать меня молча, моргни два раза, я вытащу салфетку...

Полными ненависти глазами она моргнула два раза, Боксон вытащил кляп.

- Чего ты хочешь? - проговорила Анджела, и Боксон приложил ладонь к её губам:

- Помолчи, пожалуйста, пока я говорю... Тебе удобно?

- Нет! Развяжи меня!

- Рано! По крайней мере - пока! А теперь слушай...

Боксон спокойно, стараясь не повышать голоса, рассказал Анджеле некоторые подробности создания "Фронта пролетарского освобождения", незначительные детали из жизни команданте Пеллареса, его соратника Хорхе Латтани, а также о других персонажах, прямо или опосредовано связанных с гватемальской революцией, многонациональной американской мафией и гватемальскими же "эскадронами смерти". Всю эту увлекательнейшую информацию ему передал разговорившийся Хосе-Рауль Мартино. Примерно на середине рассказа Анджела начала кричать:

- Заткнись, ты все врешь!..

Боксон закрыл её рот ладонью и показал салфетку:

- Не перебивай меня, ещё не время!..

Закончив рассказывать, он спросил:

- Итак, начнем сначала: где Пелларес?

- Я не знаю, развяжи меня!.. - завизжала она.

- Сейчас...

Он снова заткнул ей рот салфеткой, достал нож и одним длинным взмахом разрезал платье сверху донизу.

- У тебя красивая грудь, - сказал Боксон. Потом он сделал ещё несколько разрезов и лохмотья одежды полетели в угол.

- Подожди, я сейчас что-нибудь найду... - Боксон легко шлепнул Анджелу по обнаженному заду, отчего она содрогнулась всем телом, огляделся по сторонам, подошел к деревянной табуретке, отвинтил ножку.

- Вот смотри... - он показал эту деталь мебели Анджеле. - С этим инструментом ты сейчас займешься энергичным сексом. В том числе - анальным. Я буду содействовать изо всех сил, а потом выломаю тебе все зубы и трахну сам. Мне однажды рассказывали, что секс с окровавленной кричащей женщиной невероятно стимулирует интеллектуальную активность...

(Эти подробности Боксон слышал в Легионе от бывшего американского морского пехотинца Стивена Ларса, сбежавшего из Сайгоне от американской же военной полиции, арестовавшей склонного к садизму соотечественника за преступления против мирных вьетнамских жителей.)

Он полминуты смотрел в её полные ужаса глаза, потом тихо произнес:

- Сейчас я достану салфетку и ты ответишь на все мои вопросы... По-моему, тебе уже надоело быть жертвенной пешкой у зажравшегося мафиозных боссов, нет? Только не кричи...

Он осторожно вынул кляп, укрыл её одеялом и положил под голову подушку.

- Извини, я пока не могу тебя развязать...

Из её глаз потекли слезы.

- Ну, вот!.. Все в порядке, малышка, - он достал платок и начал вытирать ей лицо, - пока я с тобой, тебя никто не обидит...

- Развяжи меня... - она хлюпнула носом.

- Только после твоей исповеди... Не бойся, я не падре из конгрегации, интимных вопросов задавать не буду...

- Я тебе не верю...

- Я бы тоже не поверил, но как-то уж красиво все складывается... Давай не будем обманывать сами себя...

За окном раздался длинный автомобильный сигнал, потом какой-то грохот и крики. Боксон осторожно приблизился к окну и захохотал: десятка полтора колумбийцев навалились на коричневый "понтиак" и перевернули его вверх колесами. Изрыгающие страшные проклятия автомобилисты вылезали сквозь окна, размахивая полицейскими жетонами и револьверами. Боксон поставил на стереофон другую пластинку ("Лед Зеппелин-1") и вернулся к Анджеле.

- Где Пелларес?

Анджела рассказывала недолго - не успела закончиться одна сторона пластинки.

- Будем считать, что на этот раз ты не соврала. - Боксон разрезал веревки и начал растирать ей лодыжки. Анджела попыталась ударить его ногой, но он уверенно перехватил движение, и улыбнулся:

- Не дергайся, со мной тебе не справиться...

- Обязательно надо было меня связывать, да?.. - обиженно спросила она, заворачиваясь в простыню.

- А иначе ты бы молчала как камбала в марсельском супе... Не огорчайся, истинные гватемальские кабальеро из "эскадрона смерти" разговаривали бы с тобой иначе... Точнее, они бы совсем с тобой не разговаривали - ну что такого ты могла бы им рассказать, чего они уже не знают?..

- Дай сигарету... - попросила она.

- У меня только армейские, - он протянул пачку "Лаки Страйк", щелкнул зажигалкой и выключил стереофон.

- Что дальше? - спросила она, выдохнув облачко дыма.

- Я продолжу свои поиски. А тебе рекомендую взять длительную командировку куда-нибудь в Калифорнию. Прятаться среди нелегальных иммигрантов не советую ты красивая, сутенеры будут преследовать тебя день и ночь... Вернись в Лос-Анджелес, по вечерам танцуй румбу и пиши книгу о революции... Реально против тебя ничего нет, так что можешь начать новую жизнь... Наверное, свои возможности ты знаешь гораздо лучше, чем я. А пока завершим одно дело...

Боксон достал из кармана почтовый конверт.

- Напиши, пожалуйста, адрес.

Она встала с кровати, поправила обмотанную вокруг тела простыню, села за письменный стол.

- Диктуй!

- Старшему инспектору Клоду Дамерону...

- Что!?

- То, что ты услышала! - подтвердил Боксон. - Я пошлю во Францию твою схему, пусть похоронят убиенных богоотступников по христианскому обряду...

- Да ты сошел с ума, полиция начнет дело об убийстве, ты же единственный подозреваемый!..

- Если надпись на конверте будет сделана твоей рукой, то при неблагоприятных обстоятельствах ты сможешь ссылаться на факт помощи следствию...

- А тебе-то какая выгода?..

- А я позвоню во Францию и попрошу господина старшего инспектора отнестись к этому письму со всей серьёзностью... Таким образом, я тоже буду косвенно причастен к помощи следствию... В конце концов, весной трупы и так найдут, поэтому мы всего лишь перехватим инициативу у случайности...