Аркадий Карасик - Стреляющий компромат

-- Может быть - по бокалу шампанского? Что-то ты заскучала...

-- Просто жарко... Вот жизнь пошла: на улицы - холодрыга, на кухне хоть раздевайся...

-- Какие проблемы? Разденься. Хочешь материнский халат принесу? обрадовался идее парень. - И я переоденусь, надоело таскать на шее удавку.

Не дожидаясь согласия, притащил старенький ситцевый халатик. Видимо, страшно ему захотелось почувствовать себя в семейной обстановке, сидеть с фужером в руке, глядя на женщину-хлопотунью.

Людмила растерялась - как поступить? С одной стороны, неловко, с другой - может быть "семейная" обстановка сделает парня более решительным. Сам по себе секс ее не привлекал - сыта по горло Молвиным! - но вдруг Валерка, по-старомодному предложит "руку и сердце"?

-- Стесняешься? - рассмеялся парень. - Зря. Мы с тобой ведь не просто знакомы - стали близкими людьми...

Он принялся расстегивать молнию блузки, та не поддавалась. Людмиле неожиданно стало весело - сразу видно, что парень неопытный, мало общался с женщинами.

-- Не дергай, несмысшленыш, осторожно тяни вниз.

Молния сработала. От прикосновения к молочно-белой коже спины, пальцы Валерки задрожали, дыхание участилось. Да и девушка не осталась равнодушной - заколотилось сердечко, по телу пробежала дрожь.

-- Я выйду... Когда переоденешься - позовешь...

-- Зачем уходить, - нервно засмеялась Людмила. - Сам ведь сказал близкие люди.

Игра с переодеванием закончилась... на диване. Так бурно и сладко, что девушка задохнулась от наслаждения. Нет, судьба послала ей не "голубого" и не импотента - сильного мужчину, могучего партнера. Это была настоящая награда за мученическую ночь с Молвиным.

Валеркины родители не появлялись в своей квартире, не писали и не звонили. Ненасытные любовники ежедневно посещали ее, не сговариваясь, спешили "домой" прямо с работы. По дороге забегали в магазин, накупали продуктов. Спиртного не брали - и без него пьянели друг от друга.

Возвращалась Людмила в материнскую обитель поздно ночью. Она бы вообще постоянно жила у Валерки, но боялась неожиданного появления его предков.

Пелагея Марковна понимающе улыбалась.

-- Полюбила, доченька?

-- Ну, что ты, мама, заладила: полюбила,полюбила. В наш век любовь непопулярна, слияние душ - фу, какая древность, тел - другое дело, скрывая смущение, забормотала девушка. - Любовь придумана поэтами и женщинами-уродами...

-- Ладно, будь по твоему. Одно только скажу - будь осторожна, не открывайся полностью, не будь дурочкой. Сама же говорила: мужчины - козлы, им нельзя верить... Вот и не верь... Чем меньше будет знать о тебе твой Валерка, тем лучше.

-- Спасибо за совет, мамуля... Постараюсь...

Она, действительно, старалась не открывать Валерке душу, но с каждой встречей убеждалась в его порядочности и чистоте. Соответственно, переставала следить за каждым своим словом. Да и возможно ли принадлежать мужчине и таиться от него? Он же не Молвин, у которого понятия о взаимоотношениях людей вывернуты наизнанку, где чистое представлено грязным, святое - безбожным.

Через неделю состоялся тот самый разговор, который резко изменил жизнь девушки.

Если верить Валерке, днем ему позвонил на работу отец, предупредил: заболела сестра, он с матерью уезжает на неделю в Петербург. Парень прибежал в приемную Платонова и сообщил Людмиле радостную новость. Наконец-то, они безбоязненно проведет вместе целую ночь!

-- Возьми ключи, отпросись с работы и приготовь классный ужин, попросил он. - Вино - за мной. Постараюсь освободиться пораньше. Гляди, женушка, встречай накрытым столом, в халатике и в старых шлепанцах!

Огляделся и шутливо шлепнул девушку по спине. В ответ получил воздушный поцелуй. Оба расхохотались.

Молвин встретил просьбу секретарши без особого энтузиазма. Не проявил особой радости, но и не ответил отказом. Готовилась встреча "кровных братьев", во время которой Платонов, по настойчивым советам своего помощника, намеревался "накормить" Президента новыми предлжениями по ускорению реформ в экономике и в армии. Молвин спешно готовил письменные обоснования и соответствующие проекты указов.

-- Завтра не опаздывай, - оторвал он взгляд от разложенных бумаг. Работы много, - пожаловался он, - даже в командировку с тобой поехать недосуг...

Один бы ездил, вонючий козел, с ненавистью подумала секретарша, взял бы еще одну сотрудницу - для постели.

-- Не опоздаю.

В точном соответствии с советами Пелагеи Марковны Людмила скромно потупилась и постаралась выдавить обещающую улыбочку. За ширмой улыбки ненависть и презрение.

Даже хамское поведение босса не испортило девушке настроения. В точном соответствии с полученным "приказанием" она столько наворочала закусок и горячих блюд - взводу солдат хватило бы на добрую неделю.

Ровно в семь появился Валерка. Не появился - влетел в квартиру, поставил на пол хозяйственную сумку с бутылками и принялся тормошить подружку, кружить по комнате, обцеловывать. Вот кто искренне любит ее, вот кто ни за что не предаст!

Не обращая внимание на накрытый стол, он перенес девушку в спальню, повалил на кровать. Она не сопротитвлялась, наоборот, обхватила парня за шею, прижалась к нему...

Когда Людмила вышла из ванной, Валерик лежал поверх смятых простыней. Руки заложены под голову, глаза мечтательно полузакрыты.

-- Присядь рядом. Поговорим, - попросил он. - Как выражаются бандиты, имеется базар.

Людмила покорно заняла указанное место, закрыла полой халатика круглые колени. Набросила на любовника простынь.

-- Все бы тебе закрываться! А я люблю - живьем, - положил он узкую ладонь на теплое колено подружки. - Давай поговорим серьезно. Настало время прояснить некоторые пробелы в наших отношениях...

Девушка насмешливо повела глазками, будто спросила: какие еще "пробелы", ты заполнил их до отказа и я не возражаю продолжить это "заполнение". Подумала и покраснела.

-- Давай - серьезно. Хотя, по моему, и до сих пор мы не шутили.

-- Итак, слушай. Как мне известно, ты закончила компьютерные курсы. Поэтому не можешь не знать, что означают файлы "под паролем" и как это делается... Скажи, зачем нужно было притворяться?

Людмила покачивала ногой, внимательно следя за движениями тапочка. То ли решала, в какой форме ответить, то ли придумывала способ уйти от ответа.

-- Продолжай, Валерочка, я отвечу на все вопросы сразу.

-- Хорошо. Теперь - второе. Чем об"яснить необыкновенное доверие помощника советника Президента к скромной секретарше, которую он знает без году неделю? О сексуальных устремлениях носатого можешь не упоминать - не поверю. У политиков секс - не главная форма общения - вспомогательная.

Людмила продолжала молчать.

-- И последнее. Каковы твои планы на будущее? И не связаны ли они с "парольными" файлами?