Джордж Кокс - Час на убийство

Уоллес попытался сопоставить факты. второй машиной несомненно была та, когорую он видел перед нападением, но так и не смог определить марку. То, что была и ещё одна машина было довольно интересно, но в данный момент толку от этого было мало, он не стал строить предположения и догадки без дополнительной информации, а решил просто пока запомнить этот факт.

- Она больше ничего не слышала?

- Нет. Вскоре после этого она все-таки уснула.

Уоллес поблагодарил его и посоветовал не говорить об этом, если снова появится полиция. Потом сослался на неотложное дело и предупредил, что если кто-нибудь захочет его видеть, то Оливер может сказать, что ему неизвестно, когда вернется хозяин.

11

По мере того, как Дейв Уоллес приближался к площади Марин-сквер, полуденное движение транспорта становилось все более напряженным, пока наконец ему не пришлось остановиться позади длинного ряда машин, и он начал разиышлять над истоками этого названия. потому что Марин-сквер не была площадью в общепринятом смысле этого значения, а скорее широкой усаженной деревьями аллеей, разделявшей мостовую на две части, тянувшейся несколько кварталов до самого порта и составлявшей центральную часть города.

Круизный лайнер, который он виде прошлой ночью в начале Королевской пристани смонило серо-синее грузовое судно довольно современного вида, и когда Дейв проезжал вдоль Южного причала, то оглянулся и увидел вдалеке один из рудовозов, доставлявших алюминиевую руду из Гвианы. Неподалеку от здания таможни ему удалось найти место для парковки, запер машину, перебросил пиджак через руку и направился вдоль пристани, служившей конечным пунктом для судов, курсировавших между островами.

Ему было известно, что Ник Рэнд иногда бросает якорь в стороне от яхт-клуба, но его шхуны на месте не оказалось, когда он проезжал мимо, но теперь ему не составило труда заметить место её стоянки. Остальные шхуны с облупившимися черными бортами были местной постройки и, по большей части, без дополнительной силовой установки, с широкими, грубо сработанными корпусами и такелажем, да кое-как сколоченными грязными палубными надстройками. "Морская ведьма" Ника Рэнда отличалась от своих сестер-работяг как грузовая яхта от рыбацкой лодки. Спроектированная и построенная в Новой Скотии, она была футов шестидесяти пяти в длину с изящными обводами морского судна, её синий корпус контрастировал с незапятнанной белизной палубных надстроек.

Для спасения от палящих солнечных лучей на корме был натянут тент, и Уоллес с удовлетворением заметил, что обнаженный до пояса цветной мужчина драил палубу, а одетый на такой же манер Рэнд отдыхал с бутылкой пива в шезлонге. Он был босиком, на его длинныхе белокурые волосы было нахлобучено видавшее виды кепи яхтсмена, а на коленях лежала газета, из-под которой виднелись замызганные белые парусиновые брюки.

- Можно взойти на борт?

Рэнд огляделся и отложил в сторону газету.

- Считай, что разрешение получено, - Уоллес осторожно поднялся на палубу, и он небрежно махнул рукой, деожавшей бутылку, в сторону складного стульчика. - Присаживайся. Как насчет пива? ... Эстебан! - позвал Ник матроса, но когда Уоллес отрицательно покачал головой, снова выкрикнул. Отставить. Продолжай заниматься своим делом.

Уоллес был бы непрочь промочить горло, но в свете того, о чем собирался говорить с ним, счел за лучшее отказаться от подобного проявления радушия хозяина. Он присел на стул и положил пиджак прямо на палубу.

- Чем обязан? - поинтересовался Рэнд, откинувшись назад и сложив свои мускулистые руки на загорелой груди. - А где же мольберт, краски, кисточки?

Уоллес внимательно посмотрел на его приятное лицо. Широкая усмешка казалась вполне естественной, серые глаза с юмором смотрели из-под выцветших на солнце бровей. Однажды ему сказали, что они с Ником очень похожи, но сам он так не считал. Рэнд был на дюйм-другой повыше ростом и крепче сложением. Цвет волос у них был почти одинаковый, но Ник носил длинные волосы, и на концах они были посветлее. Глаза были одной формы и почти одинакового цвета, но угловатое, мускулистое лицо Ника было под стать его крупной шее. Рельефность мускулатуры особенно выделялась на его обнаженном торсе. Взгляд Уоллеса скользнул по его руке, покоившейся на правом бицепсе, и заметил металлический блеск массивного золотого перстня с печаткой на третьем пальце. На мизинце кольца не было, но Дейв засомневался в том, что ему зажали рот левой рукой, а раз так, то кольцо могло оказаться и на третьем пальце, разве не так?

Он так и не смог ответить на этот вопрос, когда понял, что Рэнд ждет от него ответа на свой вопрос.

- В это утро мне не до живописи, - заметил Дейв. - Полиции здесь ещё не было?

- Полиции? Ты имел в виду службу безопасности порта? Какого черта им здесь делать, у меня с таможней все чисто, - рассмеялся он в ответ и добавил. - Если ты думаешь о тех маленьких неприятностях в прошлом году, забудь об этом. Теперь у меня все в полном порядке, можно сказать, что я веду себя здесь как примерный мальчик.

Ник приподнял бутылку и сделал несколько глотков, потом окинул взглядом гавань и снова усмехнулся.

- У меня теперь другие приработки, и, слава Богу, гораздо более безопасные. Деньги небольшие, но я понял, что жадность до добра не доводит. Это началось, когда новый премьер здесь на Барбадосе так поднял налоги на ром, что в моем бизнесе нужно быть сумасшедшим, чтобы не извлечь из этого кое-какую прибыль.

Он посмотрел на Уоллеса и снова сел на своего любимого конька.

- Предположим у меня четырех-пятидневный чартерный рейс с туристами на борту. Я сообщаю барбадосской таможне, что отправляюсь на десять дней и буду брать на борт приличное количество спиртного. Им наплевать, сколько рома я вывезу, поскольку не собираюсь привозить его обратно. Положим я взял на борт десятьящиков прямо с винокурни беспошлинно, - Ник поднял бутылку, чтобы подчеркнуть важность сказанного, - ведь налоги составляют значительную часть его цены и все счастливы. А когда я встану на якорь в Сан-Винсента или Гренаде, местные ребята перегрузят в свою шлюпку ящиков восемь. Выходит по двадцать пять долларов прибыли с ящика и пара сотен у меня в кармане. Не жирно, но приличный довесок к моему бизнесу. В другое время, - продолжил он, погружаясь в приятные воспоминания, - я захожу на Мартинику. Бываю там не часто, с ромом там делать нечего, но ты берешь на борт бренди и шампанское, и снова беспошлинно, понимаешь? Привожу все это сюда и попадаюсь. Сумел отделаться штрафом, но теперь в этих местах веду себя паинькой. Черт побери, я собираюсь делать на этом деньги и могу попробовать провернуть то же самое в Венесуэле. Ты следишь за моей мыслью?