Эдгар Уоллес - Черный аббат

— В чем его сила? — поинтересовался Дик.

— Не понимаю.

— Я хотел бы знать, какова причина его влияния на вас?

— О чем это вы?

— Неужели непонятно? Вы никогда бы не потерпели такого человека, как Джилдер, в роли претендента на руку и сердце вашей сестры, не говоря уже об оскорблении, нанесенном будущей графине Челсфордской. Но ваше самолюбие умолкает перед боязнью последствий, что могут свалиться на вашу голову.

Артур Джин с огромным трудом овладел собой.

— Как все это мелодраматично, дружище, — воскликнул он. — Влияние на меня! Вы, должно быть, увлекаетесь кинематографом. Конечно, я предпочел бы видеть мою сестру замужем за вашим братом, но не буду чинить препятствий, если она пожелает выйти замуж за кого-нибудь другого.

— Например, за Джилдера?

— Даже за Джилдера! — спокойно подтвердил Артур с таким видом, будто бы дело заслуживало самого серьезного рассмотрения.

В этот момент Дик Алсфорд задал вопрос, который заставил собеседника побледнеть и вскочить на ноги.

— Не повинны ли во всем те четыре векселя?

— Что? — пролепетал адвокат.

— Те четыре векселя, якобы подписанных моим братом, с поддельной подписью? Я уже видел их, но когда решил посмотреть на них еще раз, то они оказались изъятыми. Я предполагаю, что именно Фабриан Джилдер изъял их. Это обошлось ему в сумму, равную пяти тысячам фунтов, но я не думаю, что он сделал это из простого удовольствия.

Губы Артура пересохли, он едва мог говорить.

— Я не знал об этом вплоть до сегодняшнего дня, — наконец пробормотал он. — Гарри был нездоров в то время, а мне причитались деньги за… за некоторое ведение дел. Я пошел в банк, и они приняли их.

— В этом-то и заключается весь секрет его влияния на вас?

Джин опустил голову, не в силах выдержать внимательного взгляда, устремленного на него.

— Да, в этом, если вы так уж хотите все знать! Не думаете ли вы, что я позволил бы Лесли выйти замуж за типа вроде Джилдера, если бы он не держал меня в своей власти! Понимаете ли вы мое положение, Алсфорд? Я разорен. Тот тип мог бы послать меня в тюрьму, даже может сделать это и сейчас…

Дик покачал головой.

— Рассчитайте его завтра же! — посоветовал он. — Если он предъявит векселя, я уговорю Гарри признать их за свои собственные.

Краска вернулась на бледное лицо адвоката.

— Вы сделаете это? — живо спросил он. — Боже мой! Вы не знаете, какую тяжесть вы сняли с моей души! Черт возьми, я рассчитаю его завтра же!

Он протянул руку, и после некоторого колебания Дик пожал ее.

Даже в эти минуты Артур не нравился ему. Сейчас же, обрадованный до самозабвения, выглядел еще более жалким.

— Я выплачу Гарри все до последнего пенни. У меня в запасе имеется кое-что, способное принести мне богатство, это очистит меня от всех долгов и снова поставит на ноги.

Они вышли из кабинета вместе. Лесли, которую их беседа не могла не тревожить, увидев на лице брата улыбку, с облегчением вздохнула.

Дик взялся за свою шляпу.

— Я надеюсь, вы еще не уходите?

— Мне нужно вернуться домой, — ответил он, но, увидев ее разочарованный вид, в нерешительности остановился.

— Пойдемте играть в маджан. У меня настроение как раз для маджана, — почти весело объявил Артур.

Единственное, чего не мог сегодня вынести Дик, это провести вечер в обществе Артура. Он очень хотел бы поговорить с Лесли наедине, но в этом доме ее брат был необходимым третьим лицом.

— Вот предмет, способный заинтересовать вас! — обратился он к Дику и указал на стену.

На дубовой панели красовался топор зловещего вида с потертой рукояткой и острым лезвием. Дик обратил внимание на него еще раньше.

— Он должен был бы находиться в вашем доме, Алсфорд, — продолжал адвокат. — Это знаменитый топор убийцы черного аббата — Губерта Редрата.

— Я уже видел его, — коротко заметил Дик. — Наденьте пальто, Лесли, и давайте немного погуляем.

Артур готов был сегодня поддержать любое предложение Алсфорда, и молодые люди беспрепятственно покинули дом.

Стояла холодная туманная ночь. Полная луна время от времени показывалась сквозь лохматые тучи.

Лесли просунула руку под локоть Дика, только лишь они вступили в мрачную аллею, ведущую к шоссе.

— Вы ссорились? — спросила она.

— О… нет, мы не ссорились, — ответил Дик, — у нас был небольшой откровенный разговор, но мне кажется, что он только очистил атмосферу. За этим, собственно, я и пришел сегодня. Он уволит Джилдера завтра же.

Девушка молчала вплоть до того момента, когда они вышли на дорогу.

— Разумно ли это? — наконец задала вопрос она. — Я немного боюсь этого человека. Чувствую, что он может быть опасным врагом.

В ответ она услышала тихий, сразу успокоивший ее смех.

— Вы правы! — заметил молодой человек. — Мне кажется, что он наихудший враг, какого только можно иметь. Но каждый враг опасен только тогда, когда способен поразить, а Джилдер поразить уже не сможет никого.

— Даже Артура?

— Даже Артура. Не говоря уже о вас.

Она крепко сжала его локоть.

— Вы удивительный братец!

— О, да! — коротко подтвердил Дик, и девушка улыбнулась.

— Ваш же великолепный братец попросил меня настоять на том, чтобы вы повенчались в будущем месяце, и я прямо ответил ему, что ни за что не сделаю этого. Лесли, а почему вы встречаетесь с Гарри не больше одного раза в неделю?

Она недоумевала по этому поводу уже давно, отметив про себя, что ей все меньше и меньше хочется бывать в обществе жениха.

— Говоря по правде, он совсем не интересуется мной, Дик, — ответила она. — Гарри так занят погоней за пропавшим сокровищем и тем удивительным эликсиром жизни…

— Он уже говорил вам о нем? — быстро спросил Дик.

— Ну, конечно же! — усмехнулась она. — И знаете, Дик, он почти уже уверил меня в том, что какая-то доля правды во всем этом есть. А как думаете вы?

Она ждала ответа.

— В эликсире жизни? Что же, может быть, и есть…

— А в сокровище? — снова спросила она.

— Может быть. Целые поколения Челсфордов гонялись за этим злосчастным золотом, и мне кажется, что в продолжение этих последних четырехсот лет было истрачено на поиски столько же, сколько стоят сами сокровища! Я же лично уверен, что королева Лизи успела присвоить все, вплоть до последнего грамма.

— А я уверена, что она не могла сделать этого! — возбужденно ответила Лесли. — Я внимательно читала историю царствования Елизаветы, и в тот год, когда ваш предок спрятал золото, королева так нуждалась в деньгах, что ей пришлось занять их у Ломбардского королевства.

Дик остановился.

— Неужели? — недоверчиво спросил он.

— Точно! Если бы вы не были таким скептиком и побольше читали, то знали бы то, что знает каждый, что в пятьсот восемьдесят втором году королева осталась на бобах!.. Вы не в претензии на меня за такое вульгарное выражение?