Эдгар Уоллес - Черный аббат

Повинуясь непонятному импульсу, она последовала за ним, но увидела его только тогда, когда поднялась на холм.

«Он может оглянуться», — подумала она и легла в траву, наблюдая за ним издалека.

Дик подошел к башне, задержался у углового камня и через минуту исчез внутри. На таком расстоянии его исчезновение казалось просто сказочным, потому что вход был так узок, что, казалось, он просто слился со стеной.

Прошло десять, пятнадцать минут томительного ожидания.

Часы в Челсфордберри пробили два.

Жаворонок в синеве неба распевал свою обычную песенку.

С Красной фермы доносилось мычание коров. Странная противоположность, возможно, происходящей в настоящее время трагедии…

Она уже была готова встать и бежать к руинам, чтобы там отыскать, спасти Дика, когда он снова появился. Медленными шагами вышел из башни, прикрыл вход, и, прислонившись к стене, сжал голову руками, являя собой картину отчаяния и безнадежности.

Она припала к земле, боясь оказаться замеченной, и проводила глазами молодого человека, медленно, по-стариковски уходящего прочь.

Быстрыми шагами Лесли вернулась в замок и присоединилась к Мэри в кабинете. Путлера она не видела с самого утра, с тех пор, как он приезжал в ее дом на велосипеде с листком, найденным на дереве.

— Моя дорогая, — начала Мэри, — я, наверное, останусь ночевать здесь, хотя это место и дышит ужасом. Я хотела бы, конечно, повидать вашего брата, но вы можете сами рассказать ему о комнате в аббатстве, не правда ли? Поверьте моему слову, там и спрятано все золото!

— Золото? — переспросила Лесли, не поняв вначале, что подразумевала девушка. — О, вы говорите о сокровищах Челсфордов? Все несчастья и произошли от него, не считая убийства Томаса и исчезновения Гарри!

Мэри, громко стуча пишущей машинкой, спокойно заметила, что, возможно, так оно и есть.

Сюрприз следовал за сюрпризом! В половине пятого горничная принесла Лесли письмо, прибывшее со специальным посыльным и написанное рукой Артура.

Она быстро вскрыла его и прочла следующие строки:

«Дорогая Лесли!

Ни при каких обстоятельствах не выходи замуж за Джилдера! Я отказываюсь принять это самопожертвование ни сейчас, ни потом. Я уезжаю на несколько месяцев во Францию. И вернусь, когда минует гроза».

Всегда весьма сообразительная, на этот раз Лесли долго не могла понять значение всего написанного, а поняв, немедленно отнесла письма Дику, который молча прочел его.

— Что все это значит? — спросила она.

— Это значит, что Артур пошел по линии наименьшего сопротивления. Выражаясь вульгарно, он удрал.

Лесли почувствовала себя одинокой как никогда. И к тому же обманутой…

Девушки обедали одни, и Гловер, не стесняемый присутствием Дика, впал в излишнюю болтливость.

— Господин Алсфорд очень старается для полиции, барышни. Он приказал мне приготовить корзинку с провизией, флягу с вином и все, чего только души ни пожелают. Лично я, мисс, не верю в необходимость так заискивать перед полицией. Это только балует их. К тому же, господин Алсфорд не позволил никому отнести эту корзинку. «Я возьму ее сам, — распорядился он. — Приготовьте ее к девяти часам и поставьте у бокового входа». С моей точки зрения, они рады были бы и куску хлеба с сыром да бутылке пива! К чему полицейскому сэндвичи из цыпленка? И даже лучшая бутылка вина из погреба?

Лесли слушала со все возрастающим волнением. Теперь ей многое стало понятно…

Провизия предназначалась вовсе не для полиции, а для Гарри!

Гарри был пленником Челсфордского замка!..

Вечером Дик застал Лесли за письменным столом. Она только что запечатала письмо.

Оно было адресовано Фабриану Джилдеру.

— Что вы написали ему? — спросил Дик.

— Написала, что тщательно обдумала его предложение и решила, что ни при каких обстоятельствах не смогу выйти за него замуж, да это все равно было бы невозможно ввиду неожиданного исчезновения Артура.

Дик взял письмо и вынул из своей записной книжки почтовую марку, наклеил ее на конверт.

— Я отправлю его сам, — просто сказал он, и, заметив ее усталость, добавил: — Бедная девочка, сколько всего пришлось вам пережить за эти дни!

Пожатие ее руки, любовь и нежность в глазах… Ему пришлось стиснуть зубы, чтобы тут же, на месте недавно происшедшей трагедии не схватить ее в объятия и не рассказать о своей любви, принесшей столько горьких страданий его натянутым нервам.

— Идите пораньше спать, — произнес он. — Зато встанете с зарей. Я буду сегодня занят до позднего вечера.

— Камердинер сказал, что вы приказали приготовить корзинку с провизией для полисменов.

Ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Это правда. Один или двое из них постоянно патрулируют окрестность и нуждаются в легком подкреплении. Они не могут прийти в дом, мы же не можем послать никого, чтобы сменить их.

Она была достаточно умна, чтобы не настаивать на продолжении этих объяснений.

Скрытая жизнь замка начинала понемногу открываться перед ней.

Больше всего Лесли опасалась, чтобы Мэри Винер не вздумала уехать. Одиночество было бы теперь пыткой для нее.

— Буду счастлива, если сумею сегодня уснуть, — сказала ей Мэри. — Вы ничего не будете иметь против, если я оставлю дверь к себе открытой и не погашу свет?

— Пожалуйста, — улыбнулась Лесли.

— В дверях есть замок, и я попросила Гловера отыскать к нему ключ, — продолжала Мэри. — И скажу вам откровенно, Лесли, если он не найдет его, я ни за какие деньги не останусь здесь!

Лесли подумала, что бесполезно успокаивать напуганную девушку, тем более, что она и сама с неприятным чувством ожидала приближения ночи под неприветливой крышей замка.

Несмотря на то, Лесли прождала Дика до одиннадцати часов, ей не удалось его увидеть и, наконец, уступая усиленным просьбам своей компаньонки, они вместе прошли наверх в свои комнаты.

Замок освещался динамо-машиной, установленной на полпути между зданием и речкой Равенсвиль. Эта машина своим существованием была всецело обязана Дику.

По словам Мэри, Гарри всегда имел в своей комнате свечи, освещение же библиотеки электричеством принял в виде уступки…

— Удивительно, — заметила Мэри, — но Гарри всегда ужасно боялся электричества. В грозу он прятался в подвале и не выходил оттуда до тех пор, пока она не кончалась. У него там даже была приготовлена постель на случай, если буря начнется ночью и… — Она прошла к себе в спальню.

В этот момент лампочки в обеих комнатах мигнули и погасли.

— Это вы потушили свет? — забеспокоилась Мэри.

— Я даже не подходила к выключателю. Может быть, они перегорели…

Лесли вспомнила, что на столе были свечи и спички и, пробравшись в темноте к столу, зажгла две из них. Мэри, бледная и испуганная, стояла в дверях ее комнаты.