Наталия Левитина - Интимные услуги

Главному бухгалтеру было шестьдесят три года. Виктор Сергеевич, комплектуя штат из молодых и резвых, не пренебрегал опытом и мудростью старшего поколения. Геннадий Петрович, которого вежливо проводило на пенсию родное государственное предприятие, испытывал чувство горячей признательности к фирме «Шелтер»: она спасала его от одиночества и безделья. Свободный от семейных хлопот, душевных переживаний юности, бытовых проблем, он отдавался любимой работе с упоением трудоголика. Компетентность и профессиональная изворотливость главного бухгалтера сберегали за один месяц страховой компании больше денег, чем зарабатывало за квартал предприятие, избавившееся от услуг Геннадия Петровича. Сейчас он обсуждал с президентом «Шелтера» очередной хитроумный финт.

– Извините, прервемся, – сказал Виктор Сергеевич, – срочные бумаги надо подписать.

Правой рукой он начал ставить на документах размашистый автограф, левая его рука скользнула под стол, нащупала Катину ногу и дружески сжала колено. В ту же секунду Катя истерически взвизгнула и отлетела от стола. Ручка выпрыгнула из пальцев Виктора Сергеевича, Геннадий Петрович вздрогнул, подскочил на стуле и схватился за сердце.

– Таракан!!! Таракан, да вот, прополз, – объяснила Катерина.

– Какой таракан! – закричал на нее Виктор Сергеевич. – Что ты мелешь!

Фиолетовый Геннадий Петрович висел на спинке кресла и растирал грудь в области сердца.

– Вам плохо! – подскочила к нему Катерина. – Сейчас я воды принесу.

– Вон отсюда! – крикнул Виктор Сергеевич, швыряя ей подписанные бумаги. – Глаза бы мои тебя не видели! Брысь!

– Чай с лимоном и две ложки сахара, – прохрипел вдогонку Геннадий Петрович.

Через несколько минут Катерина снова появилась в кабинете. Шеф следил за ней настороженным взглядом. Катюша поджала губки и скромно и почтительно поставила перед бухгалтером чай.

– Виктор Сергеевич, – кротко произнесла она, – готов кофе. Горячий.

– Спасибо, Катя, не надо, – сдержанно прорычал тот. – Пожалуйста, иди.

– Ты мне на уши не падай, – недовольно говорил полковник Скворцов, – красные платья, рыжие волосы… Я тебя не узнаю.

Андрей сосредоточенно смотрел на канцелярскую скрепку на столе начальника и шариковой ручкой пытался загнать ее в маленький бокс между старательной резинкой и краем кожаной папки.

– Ну, я понимаю, трудно что-либо найти на обочине шоссе по прошествии двух месяцев… Но в ресторане, через полчаса-час после совершения преступления? Там находилась в этот вечер, наверное, целая толпа, и никто ничего не видел? Ничего не заметил?

Канцелярская скрепка развернулась боком и застряла. Андрей бросил ручку.

– Молчишь? Сказать нечего?

За сутки, отделявшие разговор в кабинете полковника Скворцова от трагического происшествия в ресторане «Анна», Андрей Пряжников досконально изучил биографию Людмилы Трушкиной, познакомился с ее родственниками, друзьями и любовниками. И все это для того, чтобы прийти к выводу: Людмила стала случайной жертвой маньяка, подвернувшись ему под руку в своем красном платье.

– Ну а кроме того, что он реагирует на красное? Что ты еще можешь сказать о нем?

Андрей пожал плечами.

– Поздравляю. Постарайся не попадаться мне на глаза до тех пор, пока не откопаешь что-то более убедительное.

Андрей встал и направился к двери.

Катя появилась на пороге Орысиного кабинета за час до окончания рабочего дня. Взгляд ее лихорадочно блуждал.

– Я пропала! – трагически объявила она. – Все кончено!

– Уронила дырокол на Киру Васильевну, – предположила Орыся, поднимая голову от словаря, – или пролила кофе на страховое соглашение в двести тысяч долларов?

– Хуже, – ответила Катерина. – Виктор Сергеевич объявил, что сегодня вечером он подбросит меня до дому на своей машине.

– У-у… – нахмурилась Орыся. – Будь уверена, если ты сядешь в его автомобиль, то и на работу утром приедешь на нем же. Вряд ли он удовлетворится осмотром пятиэтажки, в которой ты живешь, он напросится в гости на всю ночь…

– Что же мне делать? Что делать?!

– Ладно, крошка, – решительно сказала Орыся. – Иди к себе, я все устрою. Не волнуйся.

Она достала из шкафа шубу, накинула ее на плечи, вышла из кабинета и спустилась вниз.

На улице было ясно, солнечно и морозно. На площадке около здания аккуратно выстроились автомобили сотрудников «Шелтера». Орыся воровато оглянулась и нырнула к заднему колесу «вольво»: Виктор Терентьев и его друг Леня Кочетков предпочитали одну и ту же марку автомобиля. Девушка достала припасенный гвоздь и попыталась проколоть толстую резину. Ей это не удалось.

– Нет, мэм, так не пойдет!

Переводчица-вредительница вздрогнула и оглянулась. Рядом стоял мальчик лет десяти в драповом пальтишке и спортивной вязаной шапочке. Тонкая шея была небрежно раз пятнадцать обмотана замызганным шарфом.

– Так у вас ничего не получится, сорри. Нужно вот этим. – У мальчугана в руке оказался маленький складной ножик. По лезвию бегали солнечные зайчики. – Вы хорошо подумали, мэм?

– Давай быстрей! – взволнованно поторопила его Орыся.

Выверенным движением мальчик всадил нож в колесо. Автомобильная камера начала со свистом освобождаться от воздуха.

– Спасибо, мальчик. Молодец!

– С вас доллар, мэм, – деловито объявил юный гангстер.

– Ничего не понимаю! – Виктор Сергеевич раздраженно пнул колесо «вольво» и посмотрел на Катерину. Катя нетерпеливо оглядывалась и всем своим видом показывала, что ей некогда. – Ведь в обед я ее поставил, все было в порядке!

Катерина сочувственно покачала головой:

– Виктор Сергеевич, мне очень жаль, что так получилось, но я, наверное, поеду с Орысей, хорошо? А то опоздаю на «Элен и ребята». Спасибо, что предложили меня подвезти.

Катерина махнула рукой и побежала к машине Леонида.

– Мы тебя ждем, – обрадованно сказала Орыся. – Бедненький, несчастненький Виктор Сергеевич!

– А что такое? – спросил Леонид. – В чем дело?

– Хотел подбросить нашу Катю домой, а ему какая-то шпана проколола колесо.

– Безобразие. Хорошо, что не нам.

– Да, это чудовищно! – горячо поддержала Катя. – Такая красивая машина! Мне жаль, хотя я, конечно, вовсе не мечтала прокатиться на автомобиле Виктора Сергеевича.

– Девчонки, сейчас я вам испорчу настроение, – предупредил Леонид, разворачивая на коленях газету. – Приготовьтесь.

– Что случилось? – спросила Орыся. – Не волнуй меня, пожалуйста, я за рулем!

– «В ночь с 13-го на 14 января в туалетной комнате ресторана „Анна“ обнаружен труп молодой женщины Людмилы Т. Это четвертая жертва маньяка-душителя, который объявился в столице…»