С. Бокс - Сезон охоты

— Не все потеряно, Джо, — сказал Верн. — Может, Уэйси понадобится новый помощник шерифа. Он собирается избавиться от старины Макланахана, как только его изберут. Не все потеряно.

Джо встал из-за стола и посмотрел Верну в глаза.

— Ты ошибаешься, Верн, — почти шепотом сказал он.

— Джо, слушай…

— Верн, заткнись и послушай меня. Сегодня я потерял работу и дом. Моя семья вот-вот окажется на улице. Вот получу последнюю зарплату, и все. Только что я потерял надежду на обещанную мне работу. А ты вдобавок говоришь, что моя репутация подмочена. Так что, по-твоему, еще не потеряно?

Верн положил руку Джо на плечо, но Джо сбросил ее.

— Эй, Джо! — сказал Верн. — Настало время побольше думать о самом себе, а не о семье и не о том, кто что скажет. Я вот это давно понял. — Взгляд у Верна стал жестким, губы искривились в презрительной усмешке. — Добро пожаловать в реальный мир. Где с хорошими людьми необязательно происходит только хорошее. Я предприниматель. Я делаю деньги. Тебе сделали предложение, но ты свой шанс упустил.

— Верн, ты слыхал когда-нибудь про ласок Миллера?

Уголки рта у Верна дернулись, улыбка получилась неискренней.

— Ласки Миллера — вымерший вид, — сказал Верн. — Их не существует, хотя раз в десять лет и появляются слухи, будто кто-то где-то их видел. Все это сказки — как про снежного человека.

В глазах Верна мелькнуло то самое выражение, которое Джо заметил, как только вошел. Но на сей раз мелькнул и страх. И Джо это было приятно.

Дом у Кенсинджеров был роскошный, но Джо, осмотрев его, остался равнодушен. Стены были увешаны современной живописью и английскими гравюрами восемнадцатого века. С потолка свисали индейские ковры по две тысячи долларов за штуку. В кабинете — множество полок с книгами и телескоп на треноге — в него отлично была видна река, можно было разглядывать антилоп, пришедших на водопой. Джо не покидало ощущение, что все вокруг совершенно нереально.

— Тебе принести чего-нибудь? — спросила Мэрибет, появившаяся в дверях.

Он взглянул на нее так, будто увидел впервые. Она была в широкой футболке, едва прикрывавшей бедра. Тонкая ткань обтягивала выпуклый живот. А ноги были по-прежнему стройными и крепкими. Выглядела она очаровательно.

Он, как только пришел, тут же ей все рассказал: и про то, что случилось в Управлении, и про Дейва Эвери, и про то, что говорил Верн о работе и о репутации Джо.

— Значит, он все-таки продемонстрировал свою власть над тобой, — сказала тогда Мэрибет. — Знаешь, Верн Даннеган — единственный человек, которого я научилась по-настоящему ненавидеть.

Джо сказал, что завтра собирается поехать в каньон у Крэзи-Вуман, туда, где были убиты охотники, — пока у него есть на это право. Может, найдет что-нибудь, что подтвердит его подозрения. Когда он закончил, Мэрибет, глядя на него, произнесла:

— Здесь есть о чем подумать.

А потом пошла спать, но вскоре вернулась и села рядом с Джо. Положив теплую руку ему на колено, она заглянула ему в глаза.

— Джо, я все думаю о том, что ты рассказал. Не все потеряно. У тебя есть я. Есть твоя семья. У тебя сильный характер. Это уже немало. У многих и такого нет. Мы тебя любим и ценим тебя, какой ты есть.

Он усмехнулся.

— Ты хороший человек, Джо. Таких почти не осталось. Помни об этом. У тебя доброе сердце, ты человек глубоко порядочный. Делай то, что сочтешь нужным.

Джо не верил своим ушам. Неизвестно по какой причине — теперь ему было за это немного неловко — он решил, что она скажет: с меня достаточно, наверное, лучше будет, если я с детьми уеду к маме в Аризону, поживу немного там.

— Не спрашивай меня ни о чем, Джо. Я ничего не могу тебе объяснить. Могу только сказать, что доверяю тебе и буду с тобой, что бы ни случилось.

— Этого вполне достаточно, чтобы жить дальше.

— А то, — усмехнулась Мэрибет. — Ты меня никогда прежде не подводил.

Джо казалось, что сейчас она красива, как никогда.

— Даже не знаю, что тебе на это ответить, — смутился он.

Она взяла его руку и положила себе на живот. Он почувствовал, как толкается ребенок.

— У нас с тобой получаются замечательные дети, — сказала она нежно. — Мы приносим в мир чудесных малышей, и у них есть мама и папа, которые любят их и о них заботятся. Они знают, что хорошо, а что плохо, потому что родители учат их этому и сами подают пример. Джо, нам обязательно воздастся. Нужно только в это верить. Нас не бросят на произвол судьбы.

Джо смотрел на Мэрибет и не находил слов.

— А сейчас отправляйся в спальню, — сказала Мэрибет. — Ты мне нужен там.

Он пошел следом за ней в спальню, которую видел впервые, лег на незнакомую кровать. Они занялись любовью — тихо и осторожно — и на несколько мгновений Джо забыл, где он.

Джо не знал, сколько проспал, но проснулся он, когда за окном было еще темно. Осторожно, чтобы не разбудить Мэрибет, он вылез из кровати, вышел в коридор, прошлепал босиком по холодному кафельному полу, выглянул в окно. До рассвета было еще далеко. Он собирался выехать в семь, чтобы добраться до лагеря к двенадцати. Куда он направится дальше и что будет делать, Джо пока не решил. Он взглянул на часы.

— Папа!

Услышав детский голос, он вздрогнул и поглядел по сторонам. Джо еще ни разу не был в комнате, где спали дети. Зайдя в нее, Джо увидел, что Шеридан сидит в кровати.

— Радость моя, ты что не спишь? — спросил Джо. — Сейчас половина четвертого утра.

Он погладил ее по голове, помог улечься поудобнее.

— Не могу спать, — через силу прошептала Шеридан.

— Потому что дом чужой? Кровать непривычная?

Она не ответила, но Джо показалось, что дочка хочет что-то ему рассказать. Он услышал, как она всхлипнула.

— Ну, что стряслось? — спросил он ласково.

Шеридан снова села, обвила его шею руками.

— Мне здесь не нравится.

— И это все?

Она долго молчала, а потом тихо прошептала:

— Все.

— Мы же здесь не навсегда, — сказал он.

Джо посидел с Шеридан, пока, как ему показалось, она не заснула. А потом встал и пошел к двери.

— Я люблю тебя и маму, — сказала она. — Люблю всю нашу семью.

— И вся семья тебя любит. Ну, Шеридан, спи.

Джо скакал во весь опор и к полудню добрался до лагеря. Было холодно. Затянутое серыми тучами небо, казалось, нависало прямо над головой. В лагере он спешился, расседлал лошадь. Спина у Лиззи была вся в подтеках, он вытер их перчаткой, пока она пила из ручья, и насыпал ей немного овса.

С семи утра Джо не встретил ни единого человека, кроме нескольких охотников, вставших пораньше. Пока Лиззи отдыхала, он сел на валун, достал из сумки термос, налил себе кофе. Кроме «смит-вессона», Джо купил еще дробовик, который зарядил картечью.

Он расстелил на коленях карту и нашел на ней лагерь. Неподалеку от лагеря начиналось глубокое ущелье, а ручей Крэзи-Вуман становился совсем узким. Тропа, судя по карте, перед ущельем оканчивалась.