Майкл Ридпат - Где распростерся мрак…

Томас дернул кадыком.

— Понятия не имею, о чем вы…

— Я только что вернулся из Хруни, где беседовал с вашим батюшкой. Побывал я и на ферме Алфабрекка, где разговаривал с теми фермерами, которые помогли ему отыскать тело доктора Асгримура. Они вас там видели.

— Не может быть.

— Ну как же, они прекрасно помнят тринадцатилетнего парнишку, который крался мимо их хутора по снегу.

Томас нахмурился.

— Значит, это был не я.

— Да что вы?

— И вообще, с какой стати отцу понадобилось убивать доктора? Они дружили.

Магнус улыбнулся:

— Из-за кольца.

— Какого кольца?

— А того самого, ради которого вы ездили к профессору Агнару.

— Я за вами не поспеваю.

Сержант подался вперед и заговорил напористым шепотом:

— Дело в том, что фермеры заметили древнее кольцо на пальце вашего отца. И вы отлично помните, как он столкнул доктора Асгримура со скалы, после чего забрал себе это кольцо. Вы же испугались и убежали прочь.

— И что на это ответил мой отец? Он признался? — спросил Томас.

Магнус отчетливо видел, что Хаконарссон в ту же секунду пожалел о своем вопросе — значит, ему было что скрывать.

— Ничего, еще признается. Мы его с минуты на минуты арестуем.

Он помолчал, разглядывая Томаса и выразительно сминая пальцами бумажный стаканчик из-под кофе.

— Скажите нам правду. Хватит заступаться за своего отца, сейчас слишком поздно.

Хаконарссон перевел взгляд на адвоката, которая напряженно прислушивалась к разговору.

— Ладно…

— Итак, слушаю вас, — напомнил о себе Магнус.

Томас глубоко вздохнул.

— Меня там не было, — наконец сказал он. — Уж не знаю, что видели ваши фермеры, но только не меня.

Сержант едва не взорвался, но вовремя прикусил язык. Лучше всего вытянуть из Томаса всю придуманную им историю, а потом найти в ней дырки и нестыковки.

— И насчет убийства я тоже ничего знаю, хотя у отца действительно имелось кольцо. Когда-то оно принадлежало Гекуру.

— Откуда такая уверенность? — спросил Магнус.

— Отец сам мне об этом сказал. Лет через пять, когда мне исполнилось восемнадцать. Он утверждал, что кольцо должно перейти ко мне, а он пока что за ним присматривает. И еще он рассказал мне всю историю этого кольца: что его выковал карлик Андвари, что именно о нем говорится в «Саге о Вельсунгах», что Исилдур привез его в Исландию, а потом Гекур убил своего названого брата и завладел кольцом. Однажды отец мне его показал.

— То есть вы его видели собственными глазами?

— Ну да.

— А он рассказал, где его раздобыл?

Томас помедлил.

— Да… Рассказал. По его словам, кольцо они нашли вместе с доктором Асгримуром в тот злополучный день и доктор носил его на пальце, когда сорвался со скалы… Ну, отец спустился и снял кольцо…

— Другими словами, отобрал его у умирающего человека, пока тот истекал кровью у подножия утеса?

Томас дернул плечом.

— Ну… наверное. Не знаю я. Может, так, а может, он его взял, когда вернулся с фермерами… Хотя, наверное, стягивать кольцо с руки окоченевшего трупа гораздо сложнее…

— Рассказ отца вас потряс?

— Да. Конечно. — Томас сглотнул. — Отец всегда был немножко… того. А после смерти доктора у него вообще тормоза отказали. Я даже его побаиваться стал… До сих пор боюсь, если честно. А потом…

— Ну-ну?

— В общем, я бы не удивился, если б узнал, что он обобрал умирающего человека…

— После того как сам столкнул его со скалы?

Хаконарссон помедлил. Магнус взглянул на адвоката. Женщина слушала внимательно, однако не мешала своему клиенту говорить. Похоже, в ее глазах это шло Томасу на пользу, свидетельствуя о его невиновности.

Балдур тоже не упускал ни слова, но в тактику Магнуса никаких корректив не вносил.

Наконец Томас вздохнул:

— Да, это было бы в его характере…

— Он когда-либо признавался в совершенном убийстве?

— Нет. Ни разу, ни при каких обстоятельствах.

— Но вы все равно его подозревали?

— Во всяком случае, далеко не сразу, — ответил Томас. — Поначалу это вообще не приходило мне в голову. Я верил отцу всегда и во всем… Это потом меня начали терзать сомнения. Я очень надеялся, что мои подозрения беспочвенны, однако никак не мог отделаться от мысли: а что, если отец и вправду столкнул доктора со скалы?

— Вы говорили с ним об этом?

— Да что вы?! Нет, конечно! — Было совершенно ясно, что скорее мир перевернется, чем Томас решится бросить отцу такие обвинения. — Однажды я совершенно случайно подслушал разговор моих родителей. Они уже несколько лет как развелись, и дело было на свадьбе Бирны Асгримсдоттир, где отец совершал богослужение. В общем, они обсуждали, до чего нелепую жизнь вела Бирна. И отец заявил что-то типа: «Неудивительно, что ее отца убили…» Не знаю, обратила ли мама на это внимание, потому что она ничего не ответила. Однако я-то заметил, как напрягся отец, когда понял, что проговорился. Впрочем, он, похоже, и не знал, что я прислушиваюсь.

Магнус покачал головой:

— Я бы не назвал это бесспорной уликой.

— Да я бы тоже, — согласился Томас.

Все это объясняло ту относительную легкость, с которой удалось вытащить признание из Хаконарссона. Сержант до сих пор не мог решить, был ли Томас свидетелем преступления, но с этим можно разобраться попозже.

— Ладно, допустим. Ну а в связи с чем вы приехали на дачу к Агнару?

— А можно водички попросить? — сказал Томас.

Магнус кивнул и с изумлением увидел, что просьбу допрашиваемого взялся передать не кто иной, как сам инспектор Балдур: тот подошел к двери, отдал команду, и через минуту дежурный полицейский принес кувшин и пластиковый стаканчик.

Томас благодарно принял воду и стал пить, попутно собираясь с мыслями.

— Агнар сам на меня вышел. Мы друг друга едва знали, изредка пересекались на вечерниках, знакомы через пару-тройку общих друзей… Сами понимаете, город-то у нас невеликий…

Магнус кивнул.

— Мы встретились в кафе.

— Кафе «Париж», — вставил сержант, припомнив рассказ Катрин, которая заметила их вместе.

Томас недоуменно нахмурился.

— Ничего-ничего, продолжайте, — подстегнул его Магнус.

— Агнар сообщил, что к нему обратился некий богач американец с предложением продать кольцо Гекура. Я разыгрывал из себя ничего не понимающего простака, однако Агнар не сдавался. Он сказал, что только что вернулся из Хруни, где разговаривал с моим отцом. Тот тоже делал вид, будто впервые слышит о кольце, но Агнар ему не поверил.

— Он объяснил, откуда у него такая уверенность?

— Объяснил… Курам на смех, честное слово. — Томас слабо улыбнулся. — Он сказал, что отец выглядит намного моложе своих лет и это, дескать, верный знак. Тот воевода, который носил кольцо в «Саге о Гекуре» — Ульф чего-то такое… Так вот, он тоже был гораздо моложе своих девяти десятков лет, потому Агнар и придумал теорию, что то же самое происходило и с отцом. Мол, он перестал стареть.