Майкл Ридпат - Где распростерся мрак…

Арни вымотался донельзя. Удивительное дело, но от долгого сидения на одном месте устаешь как от целого дня, проведенного на ногах. Он был рад вернуться в Исландию, хотя к этому моменту биологические часы его организма окончательно разладились.

Полицейский очень рассчитывал на разговор с Исилдуром. Он успел спланировать целый ворох хитроумных стратегий, которые обязательно докажут, что убийцей был все-таки Стив Джабб. И еще ему хотелось посмотреть на Калифорнию; говорят, поездка в округ Тринити — нечто умопомрачительное. Если повезет, удастся увидеть и знаменитые секвойи… А что вышло? Да он даже до Сан-Франциско не добрался, а провел ночь в аэропортовском отеле, после чего следующим же утром вылетел обратно, рейсом через Торонто.

Ему еще не доводилось бывать в Канаде. Так, ничего особенного.

Единственное стоящее обстоятельство, которым обернулась эта горе-командировка, заключалось в том, что Арни увлекся «Властелином колец». Он уже дочитал до шестьсот пятьдесят седьмой страницы увесистого тома и увлеченно следил за развитием событий. Отличная книга. Особенно после знакомства с «Сагой о Гекуре».

Аэропорт Кеблавик был переполнен: все рейсы из Северной Америки прибывали в Исландию в одно и то же время. Арни не стал следовать примеру своих соотечественников, которые оккупировали магазинчики дьюти-фри, а направился прямиком к стойкам иммиграционного и таможенного контроля. Следуя на выход в зал прилета, он вдруг приметил знакомую физиономию: Андриус Юска, коротко стриженный крепыш и боевик одной из литовских банд, которые промышляли в Рейкьявике амфетаминами. Несколько месяцев назад Арни на время прикомандировали к наркоотделу, и полицейский знал литовца в лицо, потому что лично участвовал в слежке за этим парнем.

Исландская «желтая пресса» давно уже заходилась истошными воплями по поводу залетных преступников, видя литовских наркодилеров чуть ли не в каждом человеке, стоящем без дела на уличном перекрестке. Истина же заключалась в том, что в Исландии наркотики в основном распространяли сами исландцы. Министра внутренних дел, однако, всерьез беспокоила текущая ситуация: он опасался дальнейшего расширения влияния со стороны незаконопослушных иностранцев, к которым в первую очередь относились скандинавские мотоциклетные рокеры и литовцы. Пока что не успели проявить себя ни латиносы, ни собственно русские, хотя полиция вовсю готовилась и к их появлению.

Юска стоял с плакатиком, встречая некоего мистера Робертса. Арни замедлил шаг и увидел, как к литовцу подошел худощавый загорелый мужчина. Судя по настороженной неловкости, с которой они обменялись приветствиями, эти люди встретились впервые.

Арни намеренно разжал руку, сумка выскользнула из пальцев, и он остановился, чтобы ее поднять. Мужчины говорили по-английски; Юска — с густым литовским акцентом, а вновь прибывший — с американским. Причем говор нерафинированный, явно уличный. Арни внимательно присмотрелся. Мужчине было лет тридцать, он носил черную кожаную куртку и выглядел так, словно мог постоять за себя в любой ситуации. И ни на йоту не напоминал обычного туриста-янки.

Любопытно…

Ноты «Эверморского сражения» вихрились в кабинете, где с закрытыми глазами сидел преподобный Хакон. Кольцо на пальце; музыка «Лед Зеппелин» перекатывается волнами над головой…

Он испытывал редкостное возбуждение. Чем больше пастор об этом размышлял, тем отчетливее видел собственную роль в планах кольца. Жаль, конечно, что не ему лично суждено обрушить силу кольца на окружающий мир, зато именно он избран катализатором процесса, который вызволит кольцо из тысячелетней ссылки в исландской глуши и вновь закинет его в самую гущу человеческих дел.

Что и говорить, роль чрезвычайно ответственная.

Убийство Агнара, арест Томаса… подобные вещи ординарными не назовешь при всем желании. Полиция с каждым днем подкрадывается все ближе и ближе, но пастор на этот счет не беспокоился. Все предопределено.

Он прислушался к тоскующей мандолине: «Жду ангелов Авалона…» Интересно, кому суждено стать следующим хранителем кольца? Может быть, Томасу? Вряд ли. Инкилейф? Нет. Хоть она и обладала волевым характером, пастор никак не мог вообразить ее в такой роли. А как насчет рыжего крепыша-детектива? Хм, не исключено… У него американский акцент, вокруг витает аура властности и незаурядности…

На секунду Хакону показалось, что он нашел человека, которому можно передать кольцо, — но пастор тут же понял, что не способен совершить такой шаг.

Раздался телефонный звонок. Преподобный приглушил музыку и поднял трубку. Беседа не заняла много времени. Закончив разговор, Хакон вновь бросил взгляд на кольцо. Спрятать в алтаре или на сей раз взять с собой?

События начинали разворачиваться на повышенной скорости.

Он выключил стереоцентр, схватил пальто и отправился в гараж. Кольцо плотно обнимало палец.

В нескольких километрах от Флузира Магнус с Инкилейф наконец достигли могучей Тьоурсау — самой длинной исландской реки, которая несла ледяные бело-зеленые воды глетчеров южной части страны в Атлантику. Здесь они свернули влево, к долине, где стоял древний хутор Стенк, вотчина Гекура.

В солнечном свете река отливала глянцем. По левую руку виднелись редкие фермы да нечастые церквушки, чьи шпили выглядывали из-под защитных скальных козырьков, еще засыпанных снегом. Впереди и правее нависал исполинский силуэт Геклы. Этим утром вершину вулкана занавесило плотной облачностью, и темно-серая вуаль тумана особенно резко выделялась на фоне белесых клубов, усеявших остальную часть бледного небосвода.

Следуя штурманским командам Инкилейф, Магнус съехал с основной трассы и попал на грунтовку, которая после долгого петляния в холмах привела спутников в небольшое ущелье. Служебная «шкода» сержанта натужно преодолевала горные склоны, да и вообще дорога находилась в сильно запущенном состоянии. После восьмикилометровой зубодробительной тряски машина все-таки выбралась к крошечному белому домику с красной крышей, горделиво стоящему на холме в голове долины. В основании холма раскинулся обязательный изумрудный луг, который упирался в ручеек с быстротекущей водой. Остальную часть долины покрывала бурая жухлая трава, исключая те места, где еще лежал снег.

Алфабрекка.

— «Красив этот склон», — промолвила Инкилейф.

Магнус улыбнулся, узнав цитату из «Саги о Ньяле», и подхватил:

— «Таким красивым я его еще никогда не видел».

На звук мотора к ним со стороны фермы вышел худой подвижный мужчина лет пятидесяти.

— Доброе утро! — сказал он, широко улыбаясь и едва ли не приплясывая от радости видеть новые лица. — Чем могу помочь?