Майкл Ридпат - Где распростерся мрак…

— А можно остановиться у фермы, куда преподобный Хакон пришел за подмогой? — вдруг предложила Инкилейф. — Не исключено, что хозяева что-то запомнили.

— Знаешь, хорошо бы поскорее вернуться в Рейкьявик, чтобы начать обработку Томаса.

— Это я понимаю, но ведь мы можем найти нечто такое, что прольет дополнительный свет на гибель отца…

Сержант призадумался.

— Магнус, ну я прошу… Ты же знаешь, насколько это для меня важно.

— Как, ты говоришь, называется та ферма? Алфабрекка? Он нам показал ее на карте…

— Точно. Чтобы туда проехать, надо свернуть к ущелью Тьоурсаудалур.

— Хм… Если считать в оба конца, это полсотни километров?

— Если не больше.

Магнус знал, что обязан как можно быстрее доложить Балдуру о результатах допроса Хакона. Причем это ему хотелось проделать лично, а не по телефону, чтобы после рапорта можно было сразу заняться Томасом.

Сержант бросил взгляд на Инкилейф. Да, он отлично понимал, что сейчас испытывает девушка и насколько важным для нее был поиск ответов.

— Ладно, — вздохнул он. — Вытаскивай свою карту, поработаешь штурманом.

Когда самолет начал снижаться над аэропортом Кеблавик, Диего невольно облизнул губы. Он нервничал. И дело вовсе не в предстоящем задании; напротив, Диего с нетерпением ждал момента, когда удастся прихлопнуть заказанного копа. Да и самолетная лихорадка тоже ни при чем: уже довелось полетать, и немало. Однако Диего никогда не был в Европе. С Испанией он наверняка справится, с Италией тоже вроде можно найти общий язык, но как быть с Исландией?

Судя по первым впечатлениям, эта страна была явно не в себе.

Он ожидал увидеть снег, лед, эскимосов и их забавные жилища под названием «иглу». Холод, видимо, удастся перетерпеть. Диего с пятнадцати лет жил в Лоренсе, милях в двадцати к северу от Бостона. Там в зимнюю пору погода была далеко не сахар.

Пожалуй, холод можно считать одним из самых сильных потрясений в судьбе Диего; во всяком случае, именно это произошло с ним в возрасте семи лет, когда он впервые прибыл в Штаты. Его семья происходила из городишка Сан-Франсиско-де-Макорис, что расположен в Доминиканской Республике. Стомильный пролив Мона, которым Доминикана отделяется от Пуэрто-Рико, они пересекли на лодке, а потом, купив себе фальшивые документы, перелетели в Нью-Йорк. Несколько лет провели в квартале Вашингтон-Хайтс в Верхнем Манхэттене, где папаша зарабатывал на жизнь, тайком доставляя наркотики от одного дилера к другому. Его поймали, сунули за решетку, где он и помер года через два. Диего и младших дочерей мать увезла в Лоренс, к своей кузине.

Именно там Диего и начал свою карьеру, поработав сначала в области «наркотической логистики», после чего сменил стезю и пошел в «силовые структуры», где проявил себя с очень хорошей стороны. Нет, он не был столь уж беспричинно и предельно жесток, как иные подчиненные Сото, однако обладал живым умом, а это порой стоило целого взвода «солдат». И уж кому, как не ему, поручать поиски бостонского копа, затесавшегося среди оравы эскимосов.

Они наконец приземлились и без излишних проволочек покинули самолет. Иммиграционный контроль оказался чистой воды формальностью: какой-то чиновник мельком бросил взгляд на американский паспорт Диего и тут же его проштамповал. Выйдя в зал прилета, Диего осмотрелся кругом, нашел плакатик с надписью «Мистер Робертс». Его держал коренастый литовец с коротким ежиком каштановых волос и акцентом, напоминавшим русский. Они вышли из здания аэровокзала и сели во внедорожник «ниссан».

Командировка выдалась сумбурной, времени подготовиться почти не дали. С другой стороны, Сото обратился к одному из своих поставщиков и договорился, что тот выведет его на надежных людей в Исландии. Люди эти оказались выходцами из какой-то Литвы (недоумевающему Диего разъяснили, что так называется одна из бывших республик Советского Союза), и они вроде бы не возражали помочь.

Диего окинул взглядом ландшафт. Снега и в помине нет. И ни одного иглу. Даже деревьев — и тех нет! Ничего себе местечко…

Спустя полчаса они свернули на парковку возле «Тако Белл». Вот это по-нашему. Диего тут же взял себе буррито, хотя час еще стоял ранний, и вернулся в машину, где на заднем сиденье уже сидел новый деятель: мужчина лет тридцати, с такой же короткой стрижкой и синими бусинками глаз.

— Меня зовут Лукас, — заявил он, и Диего отметил густой акцент, который мало чем походил на русский говор, хорошо знакомый ему по Бостону.

— Джо, — сказал Диего, тряся предложенную руку.

— Добро пожаловать в Исландию.

— Заказ принесли?

Лукас помедлил, но затем все же вытащил из черной наплечной сумки «вальтер-ППК». Диего внимательно осмотрел «машинку». Очень напоминает ППК/С, но только с голубоватым воронением. Должно быть, европейская модель. В приличном состоянии. Серийный номер спилен. Это, конечно, не револьвер, но на сей раз все равно никакого театра не будет: просто бах-бах — и в кусты.

— Вы с ним поаккуратнее, — предупредил литовец. — В Исландии нет оружия. Вот эту штучку пришлось покупать в Амстердаме, а потом протаскивать контрабандой.

— Что значит «нет оружия»? А копы? Уж у них-то есть?

— He-а. Только у тех, которые в аэропорту. У пограничников.

Диего ухмыльнулся:

— Мне тут уже нравится… А «маслята»?

Лукас передал ему пачку патронов.

— Так, и кто меня подхватит после дела?

Литовец сунул руку в сумку, вытащил мобильник.

— Вот. Первое имя в записной книжке, «Карл». Звякните на его номер, когда придет время. Только разговор начинайте фразой: «Оскара можно к телефону?» Не то мы решим, что вас фараоны сцапали.

— Понял. Ну и какой план отхода?

— Мы вас встретим на машине, а потом вывезем из Исландии.

— Быстро?

— Очень. Можете мне поверить. А если вас все-таки сцапают, не говорите полиции, что мы вам помогаем. Нам неприятности с властями ни к чему.

— Ладно, — сказал Диего. — Ну и где мне искать Магнуса Джонсона?

— Вы знаете как он выглядит?

— Угу.

— Значит, вам стоит покрутиться возле полицейского управления.

— Нет уж, дудки! Давайте лучше вы поспрашиваете, а? Выясните, где он живет и так далее…

— Нет, — решительно отказался Лукас. — Убийство полицейского на улицах Рейкьявика — вещь серьезная. Просто капитальная. Если узнают, что мы им в свое время интересовались, нам всем настанут вилы. Вы понимаете, о чем я толкую?

— Да пожалуй, — раздраженно заметил Диего.

— Вот и хорошо… А теперь мы отвезем вас в отель, где вы уже сами оформите себе прокатную автомашину. Кстати, напротив полицейского управления есть автобусная остановка. Рекомендую там посидеть да понаблюдать.