Алан Глинн - Корпорации «Винтерленд»

— Понятно.

— Мы, кстати, туда сейчас и направляемся.

Джина переводит взгляд на Нортона: он стоит футах в тридцати, слушает человека в сером костюме, но смотрит на нее.

— Я была наверху, — говорит она и поворачивается к Вогану. — Всего один раз. Но впечатления колоссальные. Мой брат очень гордился своей причастностью к этому проекту.

Последнюю фразу она произносит с легким надломом — возможно, намеренным. А может, и нет. Сложно сказать. Она нервничает, смущается, но все же немножко играет.

— Послушайте, — обращается к ней Воган. — Если вы вдруг сейчас свободны, может, присоединитесь к нам?

Она секунду раздумывает. Хотя, учитывая обстоятельства, о чем тут думать?

— Да, мистер Воган, — отвечает Джина. — С удовольствием. Спасибо.

— «Мистер»? Ну перестаньте, Джина, — журит ее старик и кивает на Нортона. — Если уж он для вас Пэдди, то я Джимми. Я настаиваю.

— Хорошо, Джимми.

— Чудесно. — Он снова улыбается. — Тогда пройдемте. Нас ждет автомобиль.

Он протягивает руку, и Джина принимает ее.

— А теперь, юное создание, — произносит он, — вы должны рассказать мне о себе.

— Ах, конечно. Ну, с чего начнем? Я возглавляла Госдепартамент при Рузвельте…

Воган смеется, и, пока они перемещаются к выходу, Джина оглядывается на Нортона.

— В чем дело, Пэдди? Ты меня не слушаешь.

— Слушаю, Рэй, но давай уже, поехали.

— Да-да, — отвечает Салливан. — Одну минуту. Расслабься, ладно?

Нортон видит, как Воган что-то шепчет своему телохранителю и затем они вместе с Джиной исчезают за крутящимися дверями.

Телохранитель подходит к ним и сообщает Салливану, что мистер Воган встретится с ними в Ричмонд-доке через двадцать минут.

— Хорошо, Фил, — говорит Салливан. — Спасибо.

Телохранитель разворачивается и уходит.

— Да, так, собственно, мм… это два процента или два с половиной, максимум три, но фишка в том, что это реально.

— Рэй, как скажешь. Теперь мы можем ехать?

— Ладно, угомонись. Мы едем.

Уже в машине Салливан спрашивает про девушку.

— Это просто… сестра, мм… коллеги, — отвечает Нортон. Он не хочет вдаваться в подробности.

Хотя что-то с этим делать придется.

Салливан смеется, и Нортон поднимает на него удивленный взгляд:

— Что такое?

— Да Джимми. Неисправимый сукин сын. Гоняется за юбками, в его-то возрасте. Не может устоять перед симпатичной мордашкой. Четыре жены и бог знает сколько романов.

Они выезжают на Нассау-стрит.

Нортон смотрит в окно. Вторая машина не могла их намного опередить.

О чем они там, интересно, разговаривают?

Когда «мерседес» выплывает на Колледж-Грин, грудь и желудок начинает бить дьявольская дрожь. Он привык к тревожным состояниям, но чтобы так сильно, почти паника, — такое с ним впервые.

— Знаешь, Рэй, — начинает он и смотрит при этом строго вперед. Он совершенно не знает, что говорить, и тем больше удивляется, когда изо рта выходят следующие слова: — Мне кажется, она опасна.

— О, как раз такие ему и нравятся. Он кажется жутким консерватором, но, поверь, в душе он настоящий…

— Нет-нет, я не про то. Она может представлять реальную угрозу безопасности. Я не уверен в ее… стабильности. Теперь его несет. — Старая история. Она… она, можно сказать, преследовала меня, предъявляла претензии, всякий бред…

— Что? Господи помилуй! — восклицает Салливан. Он вытаскивает мобильник. — Она психованная, что ли? Да кто она такая, черт возьми?

Нортон объясняет. Рассказывает про Ноэля, добавляет, что, видимо, с горя у нее теперь случаются галлюцинации, временные расстройства, паранойя. Это максимум, на что он способен в плане упреждающего удара.

Салливан подносит телефон к уху:

— Фил? Да. Женщина, которая с вами. Не спускай с нее глаз, ладно? Когда прибудете на место, не выпускай их из виду. Не отходи от старика ни на шаг. Мы приедем буквально через пару минут после вас.

Он закрывает телефон.

— Господи, Пэдди! — восклицает он. — Если эта сука что-нибудь выкинет, клянусь, я… — Он вздыхает. — Боже! Как же ты допустил это?

— Ты же увел меня, — оправдывается Нортон. — Ты меня и отвлек. Но в общем-то, это со мной у нее проблемы; я не думаю, что…

Но Салливан не слушает.

— Эй, водитель, — произносит он, — давай подбавь газку!

Они сворачивают на набережную Кастом-Хаус.

Нортон гадает, вооружен ли Фил.

— …И вот мы в люксе отеля, «Плазы», если не ошибаюсь. Мне остается только стоять и ждать. Передо мною Бобби: рукава рубашки закатаны, говорит по телефону. Ходит из угла в угол. За столом позади него — пять или шесть помощников: сортируют предвыборные листовки. Один — на телексе. В углу телевизор.

Джина по ходу истории кивает. Это не чума, это уже черт знает что! В 1960 году ее родители только переехали в Доланстаун, тогда еще новый район. Ноэль был совсем младенцем; сестрами еще не пахло. До ее рождения оставалось целых пятнадцать лет.

— В дальнем конце комнаты закрытая дверь. Она приотворяется, совсем чуть-чуть, и возникает Джек. Медлит у двери, поправляет галстук. Выглядит он так, будто продолжает разговаривать с кем-то, находящимся в комнате, откуда он только что вышел. Затем к нему подходит Бобби — трубку все так же прижимает к груди. Покуда они разговаривают, дверь еще немножко приотворяется, и кого я там случайно замечаю? Кто там сидит перед трюмо? Разглядывает себя в зеркале и подкрашивает губки? — Воган заливается смехом. — Моя чертова женушка — вот кто.

— Вот это да!

— Моя первая женушка. — Он качает головой. — И скоро, конечно, бывшая.

Джина всматривается в Вогана, заинтригованная рассказом. И все же: удастся ли ей когда-нибудь вставить словечко, а если удастся, то что она скажет?

— В общем, скоро до них доходит, и Бобби начинает размахивать руками. Через секунду дверь захлопывается, и меня вышвыривают из комнаты. — Он опять смеется. — И через шесть месяцев я в министерстве финансов.

— Невероятно!

— Да, теперь-то я смеюсь, а тогда… ох!

Шанс предоставляется через несколько секунд, когда на горизонте показывается здание.

— Итак, — произносит она, указывая вперед, — каков размер вашей доли?

— Простите?

— Вы сказали, что владеете долей в Ричмонд-Плазе. Вот я и спрашиваю: каков размер вашей доли?

Воган напрягается. Джина видит, что огорошила его прямотой вопроса. Он поворачивается к ней, внимательно смотрит, что-то там взвешивает, но взгляда не отрывает.

Джина нервничает: не стоит забывать, что впереди сидят двое здоровых мужчин.

Но вроде проехали.

— Пятнадцать процентов, — в итоге отвечает он, по-прежнему не отрывая от нее взгляда — Конечно, вдобавок мы еще владеем «Амканом», якорным арендатором.

— Ясно.

— Здесь разместится их европейская штаб-квартира. — Он делает паузу. — Рэй Салливан. Высокий тип, который был с нами в гостинице, помните? Президент компании. Большой молодец.