Александр Трапезников - Проект «Мегаполис»

Внимание Днищева привлекли двое пьяных, начавших громко браниться. Но их нарочитая возня вдруг перестала его интересовать. «Стоп! — мелькнуло в голове. — Что-то здесь не так». Он вспомнил: пакет, полиэтиленовый пакет с рекламной надписью «Мальборо», который несла стриженая девушка. Ее рука была засунута внутрь, а сам пакет был схвачен у запястья, словно привязан чем-то. И то, что она держала в ладони, закрытое газетой, несомненно было… Сергей не увидел, а скорее почувствовал, как рука в пакете развернулась к его левому боку, хотя юноша и девушка продолжали болтать, и он, оттолкнувшись от скамейки, сделал пружинистый кувырок назад. Щелчок из пистолета с глушителем прозвучал на мгновение позже. Пуля ушла в сторону проспекта, разбив ветровое стекло проезжавших «Жигулей». Остальные пули девушка посылала в бегущего зигзагами Днищева, который совершал немыслимые прыжки в стороны. Пригнувшись, он достиг припаркованных возле Большого театра автомобилей, слыша смертоносный посвист вокруг. Затем бросился к длинному ряду коммерческих палаток и укрылся за ними.

— Идем, — произнес юноша, останавливая свою подругу. — Кролик хорошо бегает.

Они поднялись, спокойно пересекли сквер и сели в поджидающую их машину, где уже находились двое «пьяных», бранившихся у фонтана.

— Ушел, — коротко ответила девушка на вопросительный взгляд.

Отдышавшись, Сергей смешался с толпой, выходящей из ЦУМа, затем пошел вдоль Кузнецкого моста, нырнул в метро. То, что произошло возле Большого театра, когда он чудом избежал смерти, не столько ошеломило его, сколько еще сильнее сконцентрировало все силы и внимание, подвинтило какие-то гайки в возбужденном механизме. И развеяло последние сомнения в отношении Василия Федоровича. Только бывший тесть знал о месте их встречи. Все встало на свои места: мавр, то есть он, Днищев, выполнил свое дело — вывел из игры Гуслярского, и теперь этот мавр должен умереть. Теперь его не оставят в покое до тех пор, пока не убьют. Охота началась. Забавно, что ему нет смысла искать защиты у официальных органов власти, потому что он сам является фактически тем человеком, который убил Гуслярского. Если тот, конечно, уже умер в больнице. Но дай Бог, чтобы он оклемался: хоть один грех спадет с души. Ай да Василий Федорович, примите поздравления!.. В эти минуты Сергею хотелось очутиться рядом с бывшим тестем, посмотреть в его внимательные глаза и задать только один вопрос: почему? Неужели тот не мог выбрать кого-то другого для своих дьявольских козней?

Вернувшись домой, Сергей стал поспешно собирать вещи в сумку. Упаковал в целлофановый пакет и смокинг. Раз пошла такая пьянка, то скоро они найдут его и здесь. Савва, явившийся после ночных похождений по клубам, лежал на диване и осоловело глядел на него.

— Съезжаешь? — спросил он. — Я же тебя пока не гоню.

— Пора, братушка, — ответил Сергей. И добавил немного спустя: — Только что в меня стреляли.

Савва подскочил под одеялом, разинул рот:

— Люди Рендаля?

— Думаю, нет.

Но сейчас Днищев не исключал и эту версию: а почему бы им не выследить его? Ведь в удостоверении, которое он показывал референту, стояла его собственная фамилия. Они могли посчитать сквер возле Большого театра самым удобным местом. Но… возможно ли такое совпадение?

— Дай мне ключи от «Волги», — попросил Сергей. — Я должен смотаться в одно заведение. А завтра встретимся, как договаривались, на пятидесятом километре. Предупреди ребят.

— На чем мы туда доберемся?

— На такси. Потом шофера отпустите. И прошу тебя: проследи, чтобы за тобой никто не увязался. Вообще, если кто-либо будет меня спрашивать, я здесь не живу.

— Ясно. Я скажу, что ты умер неделю назад.

— Еще накаркаешь!

Напоследок Сергей сделал два звонка: Василий Федорович к телефону не подходил, а отец Светы ответил, что дочь не возвращалась. «Так… — подумал Днищев. — Значит, и отец Назарий решил поиграть со мной в кошки-мышки. Ладно…»

Попрощавшись с Саввой, он на всякий случай выбрался через чердак на крышу и спустился в другом подъезде. Огляделся на улице, приближаясь к помятой «Волге». Теперь в каждом прохожем ему чудился потенциальный убийца. Им мог оказаться любой, допустим, вон тот неприметный брюнет, стоящий возле газетного киоска. Или этот старик в помятой шляпе, идущий мимо. Почему он так странно посмотрел на него? А та группа кавказцев, спорящих о чем-то? Сергею казалось, что он теперь до конца жизни обречен подозревать каждого. Надо спрятаться, залечь куда-нибудь на дно, но прежде покончить с оставшимися делами. На сегодня их было два: выполнить данное Полине обещание, а вечером, если отец Назарий так и не сдержит слово, вызволить из его лап удерживаемую пленницу.

Сев в «Волгу», Днищев включил зажигание и мягко тронулся с места. Куда теперь? Ехать в Хотьково было еще рано: гостей на вернисаж ожидали к пяти часам. Подумав немного, Сергей развернул машину в сторону Преображенской площади. Он решил навестить бывшую супругу и попрощаться с дочкой. Кто знает, когда им еще доведется увидеться?..

Дверь открыла Катюша.

— Привет! — обрадовалась она, даже обвила шею руками и поцеловала в губы.

Столь нежный прием Сергей отнес за счет ее некоторых охлаждений в отношениях с Федосей. Он не ошибся.

— Подлец не ночевал дома, — пожаловалась Катя. — Где он может шляться?

— Кем он у тебя вообще работает? — спросил Сергей. — Или сидит на твоем иждивении?

— Он манекенщик в Доме моделей. Наверное, завел себе какую-нибудь шлюшку.

— Нет, скорее дружка, — пошутил Сергей.

Но он был уверен, что Федося проводит время где-нибудь с Натали. Ему это, конечно, было все равно, но за бывшую супругу стало чуточку обидно: видно, она всерьез привязалась к этому напомаженному мальчику.

— Да плюнь ты на него, — посоветовал он. — Заведи себе нормального мужика.

— И заведу! — угрожающе пообещала Катерина. — Вот хоть тебя. А ну-ка быстро раздевайся — и в койку.

— Мы это уже проходили.

— Странно. Несколько дней назад ты сам предлагал начать заново.

— Время сумасшедшее, так быстро все меняется… Извини, если огорчил тебя.

— Ничего себе «огорчил»! Женщина намекает на любовь, а он брыкается.

— Постель и любовь — разные вещи. Думаю, у тебя все образуется. Где, кстати, Танечка? — сменил он опасную тему.

— Папа утром повел ее в зоопарк, — ответила пепельнокудрая Венера, обиженно повернувшись к нему спиной.

Вот так, пока Сергей ждал его возле Большого театра… Он даже позавидовал железной выдержке Василия Федоровича: рассматривать в клетке обезьян и кормить крошками павлинов, когда его зятя расстреливают из пистолета с глушителем… Такие люди построят не только коммунизм или демократию — они установят на Земле железный мировой порядок.