Анна Малышева - Завтра ты умрешь

– Вот ты где! Наслаждаешься природой? – пробудил ее от размышлений резкий голос, раздавшийся прямо за спиной. Женщина вздрогнула и, уронив цветок, обернулась.

– Надежда Юрьевна? – изумленно воскликнула она, оказавшись лицом к лицу с сестрой Банницкого. – Как вы…

– Попала сюда? – перебила та. – Попробовали бы они меня не пустить! Скажи на милость, твой женишок собирается платить долги или нет? Что это за прятки – на работу не дозвонишься, по мобильному или не отвечает, или врет, что нет времени! Он мне должен пять тысяч долларов!

– Я не знаю… – пробормотала Марина, опасливо оглядываясь на окна дома. Ей очень хотелось поскорее выпроводить отсюда незваную гостью, чтобы не допустить ее стычки с детьми. «Да, легко сказать! – Она мучительно придумывала предлог, чтобы распрощаться с Надеждой. – Не уверена, имею ли я на это право? Вот когда оценишь достоинства законного брака! Будь я Мишиной женой, я бы в два счета выставила ее отсюда!»

– Так знай! – бросила та, закуривая и угрожающе указывая на Марину сигаретой: – Он при свидетеле обещал заплатить, и вот я уже два дня за ним бегаю! Я не так богата, чтобы прощать долги! Тем более мне пришлось срочно снять квартиру – не ночевать же на улице! Ну и цены в Москве, Господи помилуй! Два месяца предоплаты за неказистую квартирку, даже не в центре, комиссионные агенту и на тебе – три тысячи долларов как корова языком слизала! Моя собственная квартира освободится только через полгода, и я уж не знаю, въеду я туда или прямиком попаду на кладбище! – В ее громком пронзительном голосе зазвучали плаксивые нотки. – Я задыхаюсь, по ночам не сплю, бросает в жар, все тело немеет… Я знаю, знаю, что это такое – мне долго не протянуть!

Женщина быстро вытерла глаза, так что Марина не успела заметить – были в них слезы или нет. Она решительно взяла гостью под руку:

– Идемте в дом, я сама позвоню Мише и напомню ему о деньгах. Уверена, он просто замотался и забыл.

– Да, будь добра… – расслабленно проговорила та, повисая на локте молодой женщины. – И это в благодарность за все мои труды! Если бы не я, на что бы сейчас были похожи его драгоценные детки! Он надеется на платных гувернанток – пусть, они ему еще покажут… Ведь просто невозможно найти такую, которая бы действительно думала о детях, они просто отрабатывают свой хлеб! А я – хорошо ли, плохо ли – заботилась о них, переживала, всю душу из себя вымотала, и вот… Вот результат!

Марина предоставила ей изливать сердце, сколько угодно, и, проведя в столовую, усадила на хозяйское место. Увидев на столе остатки сервированного на двоих завтрака, Надежда не удержалась от горькой улыбки:

– Блаженствуете? Если выдержишь больше месяца и не сойдешь с ума от этих девчонок, я решу, что ты волшебница! Как справляешься?

– Мы поладили. – Марина потрогала бок остывшего кофейника. – Сварить вам свежего кофе?

Надежда кивнула и с недоверчивым видом заметила, что цыплят по осени считают, и то, что ее племянницы пока ведут себя тихо, ничего хорошего как раз не предвещает. Марина сбежала на кухню от ее мрачных пророчеств и набрала номер Банницкого. Тот ответил сразу, голос звучал весело:

– Кто это по мне так быстро соскучился?

– Твоя сестра! – обрадовала его женщина. – Она толкует о каких-то деньгах, которые ты ей якобы должен. Что мне сказать? Она думает, ты от нее прячешься.

– Зачем ты ее впустила? – раздраженно воскликнул банкир. – Хотя она без мыла в душу влезет… Правда, я ей пообещал сгоряча какие-то деньги, но с ее стороны это был чистый шантаж, она пользовалась ситуацией… И вообще, мне надоело ей платить! Если бы хоть «спасибо» говорила – нет, у нее даже мысли такой не мелькает! Обязательно нахамит, даст понять, что я зажимаю каждую копейку, другие на ее месте взяли бы больше… Короче, я решил ее наказать, и на этот раз перекрыть кран. Если уж выслушивать упреки, то хоть не зря!

– О Господи! – Марина в смятении присела на край разделочного стола. – Мне так ей и передать?

– Можешь ничего не передавать, а попросить от моего имени убраться!

– Миша, я не смогу!

– Учись, – легко ответил тот. – Она еще не раз явится полюбоваться на наше счастье. На самом деле ей больше всего хочется посмотреть, как мы потерпим крах, и ей все равно, почему – из-за детей, из-за денег, из-за моего характера… Все ее добрые пожелания – чушь собачья! Гони ее в шею! Дети встали?

– Нет еще. – Марина взглянула на часы и испуганно воскликнула: – Но вот-вот! Сейчас спустятся, а у меня ничего не готово и сидит их любимая тетка…

– Главное – не психуй! – посоветовал Банницкий и дал отбой. Женщина торопливо занялась приготовлением кофе и придумыванием отговорок, надеясь, что гостья быстро проглотит то и другое и соизволит избавить ее от своего присутствия. Однако, выйдя с подносом в столовую, она убедилась, что опоздала – Надежда уже была не одна. Выбравшись из-за стола, та вертела за плечи ошеломленную Ульяну, резко выговаривая девочке:

– Опять с горбом ходишь, опять сутулая?! Я не занимаюсь тобой три дня, и вот результат – опять хоть в корсет затягивай! У тебя сколиоз, и, если не будешь все время о нем помнить, скоро тебя можно будет показывать в зоопарке, вместе с гориллами! Алина, иди сюда! – приказала она, бросив свою безмолвную жертву. – Я уверена, что ты опять отращиваешь когти! Покажи руки!

– Пошла ты! – заявила та, все-таки спрятав руки за спину. Она уже заметила Марину в дверях столовой и потому держалась вдвойне храбро.

– Что ты сказала?! – задала стереотипный вопрос возмущенная тетка.

– Какого черта ты сюда приперлась? – невежливо, но дельно поинтересовалась племянница. – Ты нами больше не занимаешься!

– С нами теперь Марина! – пискнула Ульяна, оправляя съехавшую набок фуфайку.

Только сейчас Надежда заметила свою преемницу, и та поняла, как был прав ее жених, предупреждая о неискренности добрых намерений своей сестры. Лицо гостьи было искажено злобой, тем более едкой, что она не находила выхода. Марина подошла к столу и поставила поднос, стараясь двигаться спокойно, без резких движений, как в клетке с дикими зверями.

– Вот и кофе. Девочки, побегайте-ка по парку, сегодня позавтракаем позже.

– Она же здесь не останется? – подбежала к ней Алина. Схватив женщину за руку и сжав ее до боли, она настойчиво заглядывала ей в лицо: – Скажи, что нет!

– Правда ведь, нет? – подскочила с другой стороны Ульяна. Марина погладила детей по головам и легонько подтолкнула обеих к выходу:

– Не останется. Бегите в парк!

Те мгновенно исчезли, будто развеянные колдовским заклинанием, а Надежда, услышав свой приговор из уст новой хозяйки, посмотрела на нее со смешанным выражением недоумения и ненависти. Марина налила чашку кофе и вежливо поинтересовалась: