Эдна Бьюканан - Тени прошлого

Покинутый дом, захваченный буйной растительностью, словно съежился под ее натиском, потерявшись в чаще субтропического леса. Он стал частью дикой природы, совершенно слившись с ней.

Широкий балкон был увит виноградом и воздушными корнями баньяна. На жестяную крышу, зацепившись за медный водосток, забралась фиговая лиана. Над патио, окруженным пальмовыми деревьями, нависали железные деревья и фикусы.

У самого дома безумствовал жасмин, перила балкона скрылись под грудой фиолетовых цветов пассифлоры.

— Вы только посмотрите на эти цветы, — прошептала Кики. — В старину испанцы считали, что трехгранный пестик пассифлоры олицетворяет гвозди, которыми Христа прибили к кресту, а пять тычинок символизируют его раны.

— Застройщика и здесь нет, — пробурчал Корсо. — Или он не дождался и уехал, пока мы искали это богом забытое место.

Повсюду на земле валялись спелые плоды манго, которые уже давно никто не собирал.

— Вы только гляньте на это, — проворчал Корсо, выбираясь из машины. — У меня тоже есть манговое дерево, но я так ничего от него и не дождался. Я его и обрезал, и опрыскивал. Потратил уйму денег на удобрения. В итоге на нем появился один хилый плод, который так и не вызрел. Один! Это проклятое дерево обошлось мне в тысячу баксов. А здесь к ним сто лет уже никто не прикасается, а они — вот вам, пожалуйста, завалили всю землю.

Он поднял один из плодов. Круглый, твердый и ароматный, он напоминал цветом закатное солнце.

— Кто-то мне сказал, что если дерево не плодоносит, надо взять бейсбольную биту и лупить его, пока не образумится. От страха оно начинает давать плоды.

— Хорошая идея. Может, стоит опробовать ее на детективах, от которых тоже мало толку, — невозмутимо заметил Берч.

— Ну и где этот ваш Эдельман? — нахмурился Стоун. — Ему давно пора быть здесь.

— У нас есть разрешение. Можем начать и без него, — сказал Берч, стараясь не наступать на колючки «тернового венца», сплошным ковром покрывавшего каменные ступеньки. Красные цветы были похожи на капли крови.

— Слышите? — подала голос Кики Кортелис.

Они услышали рокот мотора и шорох шин подъезжающей машины.

Именно этот звук слышал убийца, сидя в засаде в ту ночь. Берч посмотрел на дом и встретился взглядом со Стоуном. Вероятно, они подумали об одном и том же. Где прятался стрелок? Берч вздохнул, а Стоун покачал головой. Все вокруг так разрослось, что сейчас уже и не представишь, как дом выглядел раньше. Черт, ведь больше сорока лет прошло!

Стоун вынул из багажника цифровую рулетку «Ролатейп», камеру и блокнот.

На дорожке показалась машина — серебристый внедорожник «линкольн-навигатор».

— Это он, — с отвращением прошептала Кики. — Настоящий пират, разоряющий южную Флориду.

Джей Эдельман, вылощенный и загорелый, отлично выглядел для своих пятидесяти лет. Дорогие очки, шелковая рубашка цвета морской волны, светлые полотняные брюки и сверкающие ботинки от Феррагамо. Он не торопясь разговаривал с кем-то по сотовому телефону.

— Приветствую вас, джентльмены, — наконец произнес он, захлопывая мобильник. — А также вездесущую мисс Кики Кортелис. Вы спросите, почему я не удивлен, увидев ее здесь? Да потому что она преследует меня повсюду — опротестовывает мои разрешения в мэрии, забрасывает петициями публичные собрания. Весьма неутомимая дама. Неужели и вы здесь по ее инициативе? — повернулся он к детективам.

— Обычный стандартный выезд, — объяснил Берч, представив свою команду. — Здесь произошло громкое убийство, поэтому мы решили собрать кое-какой материал, пока это еще возможно.

— Будьте как дома, господа детективы. Ну разве это не лакомый кусочек? — воскликнул он радостно. — Взгляните вокруг. Что вы видите? Джунгли. Кусок неухоженной, заросшей земли. А знаете, что вижу я? Сто тридцать тысяч футов побережья, застроенного роскошными кондоминиумами. Двести пятьдесят два дома. Четыре квартиры на этаже, три-четыре тысячи квадратных футов жилой площади. Высота потолков — десять футов, панорамные балконы шириной двенадцать футов, летние кухни.

— И почем все это? — поинтересовался Берч.

— Квартиры будут стоить от двух с половиной до пяти миллионов долларов, — пожал плечами Эдельман. — У каждого владельца будет по два машино-места в общем гараже, но им придется выложить еще по миллиону на внутреннюю отделку и модернизацию.

— И как это место будет называться? — спросил Назарио.

В последнее время в Майами вошло в моду называть новые элитные кондоминиумы одним словом: «Оникс», «Долина», «Апогей», «Континуум»…

Застройщик просиял:

— Мы рассматривали такие варианты, как «Утопия», «Элизиум» или «Парадиз», но после того как мисс Кортелис любезно познакомила нас с историей этого места, мы решили сохранить его прежнее название — «Шедоуз». В этом есть особый шик, думаю, покупателям понравится. В холле будет мозаика: знаменитый контрабандист — как там его? Бесстрашный капитан ведет свой корабль по бурному морю, — сказал он со смешком. — «Контрабандист» — так мы будем называть общий холл для жильцов, — широко улыбнулся он. — Я даже предложил мисс Кортелис консультировать нашего дизайнера по интерьерам. Предложение остается в силе. — Он подмигнул Кики, которая тут же повернулась к нему спиной.

У Эдельмана зазвонил сотовый телефон, и он отошел, чтобы поговорить. Вернувшись, посмотрел на дорогие золотые часы.

— Как вам удалось заполучить этот дом? — спросил Берч.

— Увидел его с вертолета, когда мы проводили разведку прибрежной полосы, и сразу положил на него глаз, — ответил Эдельман, потирая руки. — Один из последних незастроенных участков на побережье. В собственности у одной семьи еще с двадцатых годов. Пришлось долго разыскивать теперешнюю владелицу. Она живет в другом штате. Когда дама услышала наше предложение, она сразу же согласилась.

— Сколько вы ей предложили, если не секрет? — спросил Берч.

— Сорок миллионов, — улыбнулся застройщик.

— О Господи, — простонал Стоун.

Назарио только присвистнул.

— Люди, не знакомые с состоянием дел на здешнем земельном рынке, всегда удивляются, как взлетели цены на прибрежные участки. Для вдовы это было весьма приятной неожиданностью. Старый капитан, не помню его имени, в свое время, вероятно, заплатил по двадцать долларов за акр. В общем, владелица была в восторге. Да и я тоже. Для такого места это весьма выгодная сделка.

Там ведь, вероятно, не потребуется моего присутствия, — продолжал Эдельман. На его массивном кольце из оникса играли лучики солнца, пробивающиеся сквозь листву. — Будьте осторожны, когда пойдете в дом. Он может рухнуть вам на голову.

— Ничего подобного, Эдельман, — прошипела Кики. — Этот дом пережил несколько ураганов еще до вашего рождения. Он бы выглядел гораздо лучше, если бы вы не разорили его, чтобы поскорей уничтожить.